Бессмертный

         — Зачем это тебе? — прищурился коп, снова завертев головой, от чего его шея то и дело похрустывала.

         — Забочусь о ее жизни. Вы посмотрите на нее, — я театрально показал на девушку. — Она же простая хрупкая девушка. — Просто хрупкая девушка крякнула, но я не позволил ей испортить построенный мной образ: — Мало ли что ее ждет на той планете? Оружие не будет лишним. Может, ты и хреновый полицейский, но хоть капля благородства в тебе должна быть? Народ, ну, поддержите же меня!

         Телохранители закивали и пробубнили что-то невнятное о хрупкой девушке, которую с первой секунды пожирали ее глазами. Даже богатенькие тетеньки и дяденьки что-то озвучили в поддержку моих суждений. И только Костун запротестовал, но он оказался в меньшинстве. Полицейский помялся для приличия, но согласился. Потом я выполнил первое условие, подойдя к девушке как можно ближе:

         — Короче, когда приземлишься, — заговорил я шепотом ей на ухо, — собери пистолет. Ты же знаешь, как это делать? — Девушка кивнула. — Так вот, собери пистолет и иди к самой высокой горе или холму, что будет, в общем. И жди меня там.

         — Ты спасешься?

         — У меня есть план, не беспокойся, — успокоил я ее. — Только никто не должен знать, что я выживу, поэтому сильно не радуйся сейчас, поняла?

         — Еще чего! — фыркнула она.

         — Вот ты стерва. Ладно, вали в капсулу и делай, как я сказал.

         — Хорошо.

         — Все! — Повернулся я к народу. — Можем приступать.

         — Прощай! — немного театрально обняла меня девушка и зашла в шлюпку.

         Я нажал пару необходимых кнопок на панели и отошел. Секунд через пять, которые сопровождались высоким сигналом, кабина начала «проваливаться» вглубь стены, набирая скорость. Образовавшийся проем перекрыла вторая шлюпка, вывалившаяся откуда-то сверху.

         — Раз уж я полицейский, я пойду последним, так и быть. — Какой храбрый муж. — Но не забывай, что ты у меня на мушке, поэтому не рыпайся.

         — Я все понял, — поднял я руки.

         Вообще, так как девушка уже была в относительной безопасности, я мог бы перебить всех собравшихся, ну, или только тех, кто решит со мной повоевать, но было несколько «но». Здесь были камеры, через которые, я был уверен, тот, кто меня подставляет, следит за каждым моим шагом, и очередная бойня добавит моему недругу лишние доказательства моего причастия к происходящему. Было и еще кое-что. Очень неприятное. Планета, на которую эвакуировались выжившие пассажиры лайнера, скорее всего, была необитаема. Полностью. Я мог не есть вообще, а вот девушка...

         После девушки хотел пойти Костун, но я отказал ему в чести, ибо он мог приземлиться недалеко от нее, и его мозг мог бы выдать бессмысленный план мести за ее побег от него. Даже с вакуганом у неопытной девушки мало шансов отбиться от двух йофиров. Так что следом пошла пожилая лысая пара с высокомерным выражением лица. В одну капсулу, предназначенную для двоих, сначала влезла сухопарая старуха, рядом с которой встал телохранитель (не йофир), а за ней, в такой же компании, отправился ее муж уже во второй шлюпке. Потом пошел высокий франт с черными волосами и черными склерами глаз — при этом радужка была желтой, а зрачок опять же черный, — который за все это время, что мы пребывали в помещении, ни разу не изменился в лице и не сказал ни слова. Он тоже отправился в сопровождении. Хотя его телохранитель (не похож, пусть и в сером) был человеком, что странно, при этом выглядел моложе. Потом я отправил еще одного толстяка — куда более потного, чем Костун —  с телохранителем. После чего в сопровождении одного из телохранителей Костуна отправился молодой полицейский человеческой наружности, а за ним и сам Костун со вторым йофиром. И я остался наедине со старшим.

         — Ты ведешь себя слишком спокойно для того, кто скоро умрет или превратится в овощ — сказал он надменно. — А может, сначала второе, а потом первое.

         — А что еще делать? Бегать и кричать? — Уверен, он бы так и поступил, зная, что у него нет шансов на спасение. — Не сильно поможет.

         — Зачем ты девушку отпустил первой? Мог бы повеселиться с ней напоследок, — ухмыльнулся нехорошей улыбкой коп. Если он доберется до девушки...

         — Да, все-таки хреновый ты полицейский. Придется тебя убить. Жаль, ты только начал мне нравиться.

         Он высадил в меня всю обойму, прежде чем я подошел достаточно близко и сломал ему шею, навсегда оставив на его лице гримасу ужаса. Это я умею. Хорошо, что он решил пойти последним, не пришлось убивать его на планете при всех. И плевать, что там засняли камеры.

         Дела сделаны, все улетели. Пора и мне. Я посмотрел на дырку в двери и только сейчас, присмотревшись, заметил, что помещение, в котором я нахожусь, слегка под пеленой. Газ, пока мы болтали, все же проник внутрь, и в довольно большом объеме. Я выругался. Не знаю, что сделает этот дым с организмом в таком относительно малом количестве, но явно не что-то хорошее. Возможно, именно из-за газа полицейский вел себя так агрессивно, как и большинство остальных. А может, у них всех просто такой характер. Не всем нужен внешний раздражитель, чтобы быть ублюдком.