Бессмертный

         И кто же это такой умный придумал такую систему? Вот так всегда бывает с вещами и людьми: снаружи все выглядит идеально, но если присмотреться, внутри оказывается полно дерьма и мусора.

         — И чего? — снова вступил я в разговор. — Ты и оставайся! Ты же полицейский, так что должен защищать простых граждан, даже жизнью пожертвовать, если это необходимо.

         Он невесело ухмыльнулся, поудобнее перехватывая пистолет и опасливо поглядывая на телохранителей и даже напарника, в общем, на всех тех, кто тоже при оружии.

         — Полицейский? — повторил он, хрустнув шеей. — И чего? Я тоже жить хочу!

         — Все хотят... — начал я.

         — А ты? — перебил он меня.

         — Что я?

         — Это же ты бомбу заложил, да?

         Полицейский, только что бывший спокойным, начал постепенно краснеть и потеть, разволновавшись чуть ли не сильнее молодого коллеги. Переминался с ноги на ногу, повышал где не нужно голос. В общем, резко поглупел. А может, он всегда был глупым, просто умело притворялся.

         — Если бы это я заложил, меня бы тут давно уже не было, и я не бегал бы от зомби и ядовитого газа по всему кораблю.

         — Но это ведь ты первый закричал о бомбе! Или я не прав?

         Логика была железной. Метеорологи не предсказывают погоду, а создают ее. Бритва Оккама.

         — Так ведь меня героем надо считать, а не преступником, — усмехнулся я. — Если бы я промолчал...

         — Редьку тебе, а не героя! — выкрикнул Костун, и даже сделал шаг, но за пределы расчищенного от трупов и крови места выходить не стал. — Посмел меня ударить! Террорист, он и есть террорист! Будь моя воля...

         — Что бы ты сделал? Натравил бы на меня своих красномордых?      Красномордые поморщились, вспоминая, как я их раскидал, но предпринимать попыток мне отомстить не стали. Значит, зачатки разума есть. Но у них было оружие, так что самоуверенность могла пересилить логику, поэтому особо издеваться над ними я не стал — понаделают еще дырок в двери, а отдуваться всем придется.

         — Я на тебя другую управу найду...

         — Все! Хватит! — Это был полицейский. Несмотря на льющийся по лицу пот и все еще бегающие глазки, голос его звучал уверенно. — Я решил. Так как ты тут самый... самый главный преступник, ты и останешься. Отправишь нас на планету, а сам останешься ждать своей участи.

         Сказал как отрезал. Вообще, я самого начала планировал так и поступить, услышав, что капсулу можно запустить только снаружи. Мне терять было нечего. Правда, теперь не очень-то хотелось соглашаться, так как выглядело это так, будто я пошел на поводу у трусливого копа.

         — С одним условием, — после небольшой паузы ответил я. — Точнее — с двумя.

         — Зачем ты соглашаешься?! — крикнула девушка.

         — А есть выбор? Лучше помолчи, я тут договориться пытаюсь. Девушка покраснела, хотя виду не подала, что как-то смущена, пытаясь делать вид, что просто разгневана. Хотя, скорее всего, и это тоже.

         — Слушай своего друга, милочка. Я подумаю об условиях, — сказал он, наверняка даже не осознавая, что сам звучит как террорист, который захватил заложников. Теперь он обратился ко мне: — Только сначала повернись и руки за голову.

         Я так и сделал. У меня из штанов вытащили вакуган. И как он додумался так вовремя?

         — Так что за условия? — спросил он, не проявляя особого интереса.

         — Первое — я скажу девушке на ушко пару слов, — я сказал «девушка» так, будто это ее имя, ведь настоящего я не знал. От нее это не ускользнуло, но она промолчала. Кто знает, может она меня про себя называет парень или мужчина, а может и урод!

         — Хорошо. А второе?

         — Она пойдет первой. Либо я отправлю ее на планету первой, либо не отправлю никого. И раз уж вы забрали мое оружие, не могли бы вы передать его девушке?

         Довольно наглое условие, но выбора-то особого у них и нет.

         — Пусть идет первой, мне все равно, но вот оружие. Тут уж извини, — полицейский развел руками, в каждой из которых было по пистолету. Теперь он явно чувствовал себя уверенней.

         — Почему? Просто вытащи обойму и кинь в капсулу. Девушка войдет в шлюпку, дверь за ней закроется. Наклониться, чтобы поднять оружие, у нее не получится физически, так что сделать она ничего не сможет.