Бессмертный

         — Опять я виновата! — всплеснула девушка руками. — Вообще-то, пока ты там костюмы мерил и любовался в зеркало («Сама же меня заставила переодеться, и не один раз! — зло подумал я, но промолчал»), я уже сделала полдела.

         — Как это? — удивился я. Похоже, она уже все взяла в свои руки, и если все провалится, то виноват, естественно, буду я.

         — На каждом уровне лайнера есть стойки регистрации. Так вот, я подошла к одной из них и попросила, чтобы нас выписали из наших старых номеров и дали новый двуместный где-нибудь в промежутке между 1400 и 1410, мотивируя это тем, что ты крайне суеверный. Именно поэтому я и сказала тебе забрать из номера все свои вещи. Странно, кстати, что ты с собой только одну сумку с инструментами захватил, если собирался остаться тут на продолжительное время.

         — То есть как это выписала? Никто же кроме самого постояльца не может выписать его из номера.

         — А я представилась твоей женой — хмыкнула она самодовольно, словно делая мне одолжение. — Мол, мы только что поженились — здесь, кстати, есть неплохой храм на верхних ярусах — и хотим провести первую брачную ночь в своем общем номере. Пара красивых бумажек растворила все сомнения служаки за стойкой.

         Хоть она и говорила практически равнодушно, но... мне показалось или она немного покраснела? Все девушки такие, как бы они себя не вели, все мечтают о принцах на белых конях. Именно во множественном числе, чтобы был выбор. У меня, правда, был только белый костюм, так что я и принц, и конь одновременно. Такого кентавра вы еще не видели.

         — Быстро ты, — протянул я.

         — Это для дела.

         — Ты слишком серьезно к этому относишься.

         — Так и надо, вообще-то, — поучительно сказала она. Она точно не поверила, что у меня больше опыта. — Кстати, мы на месте: номер 1409. Не знаю, какой умник это проектировал, но дверь прямо напротив двери 1408. Хотя, может это и к лучшему, — удобней следить за перемещениями постояльцев. Кстати, в твоей этой инструкции не было указано, кто живет в этом номере или кто его охраняет?

         — Нет. Но зато было сказано, что проникнуть в номер не сложно, а вот с сейфом придется повозиться.

         — Это само самой. Куда без сейфа-то?

         Номер был шикарным. Просторная комната с диваном у стены справа и креслами вокруг небольшого стеклянного стола в центре. В углу слева мини-бар. А главное — окно. Огромное окно на всю стену, открывающее вид на космос. Маршрут круиза проходил лишь по одной галактике, а точнее, лишь по небольшой части этой галактики, ведь никакой жизни не хватит, чтобы пролететь через все «молочное кольцо»... ну, не считая кое-кого вам небезызвестного. И как раз сейчас мы проходили мимо скоплением астероидов, что для обывателя выглядело довольно уныло: просто огромные камни в невесомости. Мне, по крайне мере, было скучно, девушка тоже лишь мельком взглянула в окно. Справа в углу находилась дверь в спальню. Большая двухместная кровать с телевизором напротив и зеркалом на потолке. Зеркалом прямо над кроватью, отражающим все, что происходит в постели...

         — Ты спишь на диване. — Голос девушки вывел меня из мира грез.

         — Что? Почему? — Я все еще витал в облаках и не смог или забыл сдержать странный тембр голоса, будто обиженный. Она это расслышала.

         — По кочану!

         — Тогда нафига взяла номер с двухместной кроватью?

         — Потому что мы, типа, женаты. Это было бы слишком подозрительно, если бы я взяла номер с двумя отдельными кроватями. Да и нет здесь других.

         — Ладно, не важно. Но мы же взрослые люди, можем и в одной постели поспать...

         — Диван, — твердо сказала она и выпроводила меня из спальни.

         Заняться делом было решено завтра. Хоть в космосе и нет заходов и восходов солнца, но на лайнере зато было свое собственное время, и в данный момент часы показывали шесть после полудня. Примерно часов в восемь мы заказали ужин в номер, молча поели и разошлись спать. Завтра предстоял долгий и сложный день.

         Пусть мы и собирались встать пораньше, но сон ко мне никак не шел, зато напали предсонные думы, из-за чего я заснул примерно за два часа до начала «операции», хотя это не было проблемой из-за моей способности приспосабливаться. Я мог вообще не спать сотни и тысячи лет, и был бы всегда свеж и бодр, но... Вы когда-нибудь не спали очень долго, например, дня три? Глаза слипаются, в голове туман и вата, ноги передвигаются на автомате, а единственное желание — СПАТЬ! Лечь на мягкую кроватку с мягкой подушечкой, накрыться облачным одеяльцем и провалиться в небытие с приятными снами про пони, радугу и розовую травушку-муравушку. Я такого состояния не испытываю, но зато я испытываю радость от просыпания. Не эту саркастическую радость от просыпания в шесть утра от трели будильника, мол, «О, понедельник! Наконец-то! Как же я рад проснуться ни свет ни заря и пойти на любимую работу!», а настоящую радость от естественного пробуждения. Это действительно удовольствие, и я не отказываю себе в свободное время вздремнуть, чтобы потом приятно проснуться в хорошем настроении. Иронично, но из-за дум о приятности сна я никак и не мог заснуть. А может, истинная причина была в другом. Может, истинная причина мирно спала за стенкой. Или не спала? Прислушался — тихо.