Страница 15 из 34
“Значит, карга все-таки решила избавиться от меня. Что же мне теперь делать? Куда меня хотят отправить на улицу или в психушку?”
- Нет-нет, – между тем улыбнулся Дамблдор, укрепляя его подозрения, улыбка походила на одну из тех какими врачи улыбаются больным детям, желая успокоить их.
- Я вам не верю, – сказал, разозлившись, Том, просто так он сдаваться не собирался. – Она хочет, чтобы вы меня осмотрели, да? Говорите правду!
Последние два слова он произнес звучно и властно, словно приказ, надеясь напугать мужчину, смутить. Глаза мальчика расширились, он пристально смотрел на Дамблдора. Тот в ответ только продолжал приятно улыбаться. Через несколько секунд Том перестал сверлить Дамблдора взглядом, поняв, что того так просто из равновесия не вывести. Взгляд его тогда стал еще более настороженным.
- Кто вы такой? – потребовал он правды, одновременно боясь ее услышать, ожидая самого худшего.
- Я уже сказал. Меня зовут профессор Дамблдор, я работаю в школе, которая называется Хогвартс. Я пришел предложить тебе учиться в моей школе – твоей новой школе, если ты захочешь туда поступить.
Том вскочил с кровати и шарахнулся от Дамблдора, глядя на него с яростью.
“Длинноволосый держит меня за дурачка? Так я и поверил. В школу… В психушку или на холодную улицу, вот это более верно! Взрослый, а так нагло врет! Ненавижу! Тебя и старую каргу!”
Прижавшись к стене и, решая, что предпринять дальше, мальчик злобно крикнул:
- Не обманете! Вы из сумасшедшего дома, да? «Профессор», ага, ну еще бы! Так вот, я никуда не поеду, понятно? Эту старую мымру саму надо отправить в психушку! Я ничего не сделал маленькой Эмми Бенсон и Деннису Бишопу, спросите их, они вам то же самое скажут!
- Я не из сумасшедшего дома, – терпеливо сказал Дамблдор. – Я учитель. Если ты сядешь и успокоишься, я тебе расскажу о Хогвартсе. Конечно, никто тебя не заставит там учиться, если ты не захочешь...
- Пусть только попробуют! – скривил губы Том, он не верил ни единому только что произнесенному слову.
- Хогвартс, – продолжал Дамблдор, как будто не слышал последних слов мальчика, – это школа для детей с особыми способностями...
- Я не сумасшедший! – опять закричал Том, он готов был выскочить из комнаты и бежать, бежать, но только куда...
- Я знаю, что ты не сумасшедший. Хогвартс – не школа для сумасшедших. Это школа волшебства.
Стало очень тихо. Том застыл на месте. Лицо его теперь ничего не выражало, но взгляд метался, перебегая с одного глаза Дамблдора на другой, как будто пытаясь поймать один из них на вранье.
- Волшебства? – повторил он шепотом, не смея поверить услышанному.
- Совершенно верно, – сказал Дамблдор.
- Так, это... это волшебство – то, что я умею делать? – мальчик судорожно пытался сообразить, что происходит.
- Что именно ты умеешь делать?
- Разное, – выдохнул Том, его лицо залил румянец, начав от шеи и поднимаясь к впалым щекам. Он был как в лихорадке. – Могу передвигать вещи, не прикасаясь к ним. Могу заставить животных делать то, что я хочу, без всякой дрессировки. Если меня кто-нибудь разозлит, я могу сделать так, что с ним случится что-нибудь плохое. Могу сделать человеку больно, если захочу.
У него подгибались ноги. Спотыкаясь, он вернулся к кровати и снова сел, уставившись на свои руки, склонив голову, как будто в молитве.
- Я знал, что я не такой, как все, – прошептал он, обращаясь к собственным дрожащим пальцам. – Я знал, что я особенный. Я всегда знал, что что-то такое есть.
Охватившая мальчика радость плясала в нем словно безумная, на мгновение он потерял сознание, но сумев удержаться в сидячем положении, Том не позволил себе упасть.
- Что ж, ты был абсолютно прав, – сказал между тем Дамблдор. Он больше не улыбался и внимательно смотрел на Реддла. – Ты волшебник.
Том поднял голову. Лицо его преобразилось. Теперь на нем отражалась исступленная радость, но почему-то это его не красило; наоборот, красивые точеные черты стали как будто грубее, в выражении лица проступило что-то почти звериное.
“Ты знал, что я здесь, давно знал. И все равно позволил жить в приюте так долго, заставив мучиться, находясь рядом с глупыми детишками, пребывая в неведении, кто я есть на самом деле. Ведь меня могли забрать и раньше. Почему ты не пришел за мной раньше? Год назад? Два?.. Или он нагло меня обманывает?”
Он зло посмотрел на мужчину.
- Вы тоже волшебник?
- Да.
- Докажите! – потребовал Том тем же властным тоном, каким только что приказал: “Говорите правду!” Его вдруг начали охватывать сомнения. Может ему говорят неправду? Разыгрывают? Издеваются? Над кем еще можно издеваться, как не над детьми из приюта? Несмотря на все появившиеся у него способности, Том до конца не мог поверить, что он волшебник. Как в такое, вообще, можно поверить! Пусть длинноволосый докажет!
Дамблдор поднял брови.
- Если, как я полагаю, ты согласен поступить в Хогвартс...
- Конечно, согласен!
- ...то ты должен, обращаясь ко мне, называть меня “профессор” или “сэр”.
На мгновение лицо Тома сделалось жестким, но он тут же сказал вежливым до неузнаваемости голосом, испугавшись, что может все испортить:
- Простите, сэр. Я хотел сказать – пожалуйста, профессор, не могли бы вы показать мне...
Дамблдор извлек из внутреннего кармана сюртука волшебную палочку, направил ее на потертый платяной шкаф, стоявший в углу, и небрежно взмахнул.
Шкаф загорелся.
Мальчик вскочил на ноги и издал протяжный крик ужаса и злобы, ведь все его имущество, за исключением денег, находилось в этом шкафу. Но в ту же секунду, как Том кинулся на Дамблдора, желая наказать того за издевательство над ним, пламя погасло. Шкаф стоял нетронутый, без единой отметины.