Страница 87 из 226
— Давайте посидим. Пусть другие идут.
— Эйра, посмотри на меня.
Она устремила на Адэра лихорадочный взгляд.
— Во дворец никто не войдёт, пока не зайдём мы, — сказал он.
— Бог мой, что я здесь делаю…
Адэр откинулся на спинку кресла:
— Ладно, давай посидим.
Эйра посмотрела через плечо:
— Это все на бал?
Адэр оглянулся на бесконечную вереницу машин:
— Не все. Кто-то успел проскочить перед нами.
В письмо вместе с приглашением и списком девиц, как обычно, был вложен список гостей. Их было немного — всего пятьсот холостяков и столько же сопровождающих дам. На балах короля Толана IV, отца наследного принца, иногда присутствовало до десяти тысяч человек. А Великий как-то устроил бал, на который пригласили сорок тысяч.
— Как я узнаю, в ком из них течёт королевская кровь? — спросила Эйра.
— Ты их увидишь и сразу поймёшь.
Эйра встряхнула головой:
— Идём.
Адэр вышел из автомобиля, подал ей руку. Холодные пальцы мелко дрожали. Эйра выбралась из салона, и Адэр выпустил её ладонь. С этой минуты они могут прикасаться друг к другу только в танце. Но танцевать они не будут. Адэр не успел найти ей учителя. Точнее, не искал — за полтора месяца невозможно выучить даже самые простые па. Поэтому, если вдруг Эйра станет дамой другого кавалера, она скажет ему, что подвернула на ступенях ногу.
Они прошествовали по ковровой дорожке — Эйра шла за левым плечом Адэра — и очутились в холле, украшенном ледяными, в человеческий рост скульптурами музыкантов и танцующих пар.
В гардеробе было шумно, людно. Увидев Адэра, гости отступили к стенам. По царившему в Росьяре придворному этикету к членам королевских семей нельзя подходить ближе, чем на три шага. Даже нечаянное прикосновение к ним могло стоить титула. Это правило не распространялось на дам отпрысков правителей — они соблюдали иные требования.
В полной тишине Адэр и Эйра отдали дворцовым слугам плащ и накидку и направились в одну из смотровых комнат, которые находились рядом с гардеробом.
Стены обиты бледно-зелёной тканью, в вазах белые розы. С потолка струился мягкий свет и отскакивал от золотистого паркета. Роскошное трюмо с тремя зеркалами. Пуфики на изогнутых ножках. На столике лежали новенькие шпильки, булавки, пуховки и гребни. На табурете — щётки для одежды и обуви. Устроители праздника ни о чём не забыли.
Адэр не видел Эйру в бальном платье — из своих покоев она вышла в норковой накидке. В гардеробе разглядывать её было неудобно и неприлично. Весь путь до смотровой комнаты Эйра проделала за его плечом. Похоже, что до этой минуты она тоже не успела себя толком рассмотреть и теперь смущённо взирала на своё отражение. Бронзовое платье с морозной росписью золотой нитью. Такая же нить обвивала собранные на затылке волосы. Ни украшений, ни декольте, ни оголённых плеч и рук.
Глядя на Эйру, Адэр сделал глубокий вдох и медленно выдохнул.
Она посмотрела на него растерянно:
— Что с вами?
— Я изо всех сил стараюсь дышать ровно.
Будь на её месте другая, Адэр сказал бы, что он с бóльшим удовольствием вернулся бы в гостиницу и закрылся с ней в спальне. Эйре говорить этого нельзя. Как можно обладать такой потрясающей внешностью и быть такой зажатой?
— Вы волнуетесь?
Адэр улыбнулся:
— Уже нет.
Эйра прижала ладони к щекам:
— А я волнуюсь.
— Не стóит. Если ты в чём-то ошибёшься, никто не заметит.
Адэр одёрнул мундир шоколадного цвета, поправил стоячий воротник, расшитый золотом. Если бы не Парень, на них были бы другие наряды, более подходящие к цветовой гамме бала: платье оттенка слоновой кости и костюм цвета «райская свежесть». Что ж, на фоне гостей они будут таким же тёмным пятном, каким стал Грасс-Дэмор на карте Краеугольных Земель.