Страница 190 из 226
Правительственный кортеж держал путь по вечерним улицам Ларжетая. Люди выбегали из магазинов и рестораций, прохожие останавливались. Все махали руками, аплодировали и кричали: «Поздравляем!» Малика подумала: «Вот глупый народ! День рождения правителя был почти два месяца назад, а они до сих пор празднуют».
В окнах ратуши горели белые, голубые и жёлтые лампы, и казалось, что здание опутано гирляндами. В коридорах толкались секретари и работники канцелярии, помощники советников и мелкие чиновники. Со всех сторон летело: «Наши поздравления!» Следуя за Адэром, Малика только успевала поворачивать голову. Когда к ней подскочил советник Юстин Ассиз и начал трясти её руку: «Это победа! Малика! Наша первая победа!» — она поняла, что Ларжетай празднует не день рождения.
— Граф Ассиз! О какой победе вы говорите?
— Все конфискованные предприятия наши!
— Мы выиграли суд?
Юстин округлил глаза:
— Вы не знаете?
Малика смутилась:
— Я болела.
Юстин взял её под локоть и повёл через толпу, с восхищением глядя Адэру в спину:
— Суда не было. Трой Дадье забрал исковое заявление и оплатил все судебные издержки. А вслед за ним забрали заявления все, у кого мы конфисковали заводы.
Она не верила своим ушам:
— Как так?
— Они испугались нас. Это победа! — выкрикнул Юстин и, выпустив её локоть, присоединился к Адэру.
Рядом с Маликой возник Макидор:
— Правитель велел вам переодеться.
И правда, дорожный костюм — не самый подходящий наряд для заседания Совета.
В приёмной какого-то чиновника стояло зеркало, позволяющее видеть себя в полный рост. Малика провела ладонями по юбке нового платья, которое надела впервые: тёмно-серое, строгого покроя. Макидор сшил его без единой примерки!
— Оно превосходно! Мой любимый цвет. И пуговицы на манжетах.
— Я пришил их армированной нитью, — сообщил Макидор, довольно улыбаясь. — Можете крутить сколько хотите.
— Как ты догадался, что я люблю крутить пуговицы?
— Правитель сказал. И ткань он выбрал. И фасон. — Макидор пристегнул к лифу платья брошь: чайка из молочно-белого опала и орёл из чёрного сапфира держали крыльями платиновый щит. Герб Грасс-Дэмора. — Ну как?
— Где ты взял это чудо?
— Правитель приказал изготовить. Вам и себе. — Макидор подозвал служанку. — Уложи госпоже волосы. Я к правителю.
Луга провёл Малику в кабинет старосты Ларжетая. Приподнявшись над стульями, советники поздоровались и вновь зашелестели бумагами. За месяц собралось много вопросов, требующих срочного решения. Лишь Малика пришла с пустыми руками, зато с твёрдым намерением обсудить религиозную реформу.
Правитель не заставил себя ждать. Сел во главе стола и жестом остановил поток поздравлений. Малика хотела выступить первой, на что Адэр сказал: «В следующий раз». Дал советникам по две минуты, чем их сильно озадачил. Глядя на настенные часы, обрывал речь ораторов словами «поддерживаю» или «отклоняю». Отправив советников в актовый зал, приказал Малике никуда не уходить и покинул кабинет.
Такого короткого и малословного собрания никто не помнил.
— Малика! — прозвучало от двери.
Она оглянулась:
— Крикс! — Подбежала к бывшему главному стражу страны, схватила его за руки. — Рада тебя видеть, Крикс!
— Как ты?
— Хорошо. — Малика посмотрела поверх его плеча. — Мебо и Драго с тобой?
— Они в следственном изоляторе. Правитель отдал их под трибунал.
— Это неправда!
— Правда, Малика. Только не вздумай за них заступаться.
— А ты?
— Что — я?
Малика выпустила руки Крикса:
— Ты за них заступился?
— Правитель — закон. С законом не спорят.
Она упёрлась ладонями Криксу в грудь, вытолкала его в приёмную и закрыла перед вытянутым лицом дверь.
Адэр вернулся в тёмно-сером костюме военного образца. На застёгнутом под горло кителе красовался такой же герб, как на платье Малики.
— Журналисты в сборе. Идём, Эйра.
— Верните мне Мебо и Драго.
— Сейчас не до этого. Пошли.
— Верните! — повысила голос Малика.
— Они не выполнили мой приказ.
— Они выполняли мои приказы.
— Не испытывай моё терпение. У меня с ним туго.
— У меня тоже. Я сама верну своих стражей!
— Только через мою постель.
— Мой правитель! — донёсся из приёмной голос Гюста. — Время.
Глядя на Малику, Адэр улыбнулся:
— Отлично! Вот с таким видом и войди в зал.