Страница 125 из 226
— Сейчас принесут.
Время тянулось мучительно медленно. Придерживая на груди полотенце, Малика смотрела из окна на бредущих по единственной улочке селян и селянок — ни одного молодого лица.
— Ты помнишь, как в вашем селении появился Праведный Отец? — спросила она и повернулась к старухе. — Первый день, когда он пришёл с Братьями.
Женщина опёрлась плечом о дверной косяк:
— Помню.
— Он говорил, как его зовут?
— Не говорил.
— Как называлось ваше селение?
— Никак.
— Кто придумал название?
— А тебе это зачем?
Раздался стук в дверь.
— Уже незачем, — сказала Малика и глубоко вздохнула, пытаясь утихомирить сердцебиение.
Старуха впустила Брата в дом. Он положил на кровать кроваво-красное длинное платье из тончайшего шёлка:
— Я жду на улице. — И удалился.
Малика взяла платье. Это её цвет! Цвет незамужней моруны. Она здесь не просто так…
Жёлтое солнце пряталось за кронами берёз. Ветер холодил кожу и перебирал распущенные волосы. Трава щекотала босые ноги. Детские голоса летели к полупрозрачным облакам. В этой сказке поселился кошмар под названием Праведное Братство. Кто его сюда впустил и кто поддерживает? Уж точно не Бог.
Брат провёл Малику в белое вытянутое здание на краю рощи. Зеркальные окна скрывали обитателей от посторонних взглядов. Вслед за Братом она поднялась по ступеням, вошла в помещение с множеством закрытых дверей. Из дальней комнаты струился живой мерцающий свет.
Малика переступила порог и задержала дыхание. В зале сидели Братья — человек сто. Или двести. Много… У каждого на левой руке, чуть выше локтя, чёрная повязка. Знак Избранных? Вроде бы так их назвал Праведный Отец. Он сам — в костюме, без галстука — сидел за столом на возвышении, похожем на сцену. Верхний свет был выключен. Вдоль стен стояли шандалы с горящими свечами. В воздухе витал запах расплавленного воска.
Брат проводил Малику до возвышения, повернул её спиной к Отцу, лицом к Избранным. Дрожа как осинка, она вцепилась в платье и потупила взгляд.
Отец поднялся из-за стола, спустился в зал:
— Малика изъявила желание стать Праведной Сестрой. — Засунув руки в карманы брюк, прошёлся вдоль первого ряда. — Малика сирота.
Она уставилась на Отца. Откуда он узнал?
— Была в услужении у знатного человека, который донимал её своим порочным вниманием, — продолжил Отец. — Бог обязательно его накажет, но сейчас разговор не о нём. Нам нужны верные сёстры. Нам нужны достойные сёстры. И вам решать: достойна ли Малика стать вам сестрой до скончания своих дней?
С первого ряда поднялся сектант. Взял шандал, поводил свечами перед лицом Малики:
— В тебе сатана. — Поставил шандал справа от неё.
То же самое проделал ещё один Избранный:
— Я чувствую запах серы. — И поставил шандал слева.
Один за другим к Малике подходили Избранные Братья, и уже через несколько минут она стояла окружённая шандалами. Перед глазами прыгали оранжевые огоньки, в голове шумело, во рту пересохло. Не зная, чего ожидать, Малика посмотрела на Отца.
Он взмахнул рукой:
— Довольно. — Приблизился к Малике. — В тебе прячется дьявол.
Она облизнула онемевшие губы:
— Неправда.
— Твои низкие желания и гадкие мысли скрываются в уголках твоего существа. Сатана хитёр, он застилает тебе глаза адским дымом, и ты не видишь последствий своих поступков. Он медленно ест тебя изнутри.
— Это неправда!
— Мы излечим тебя.
— Как?
— Только боль делает человека настоящим. Только боль выдавит гной из тайников твоей души. Только так ты сможешь услышать голос Бога. Ты готова пройти через боль очищения?
— А если я откажусь?
— Когда человек смертельно болен, ни один врач не позволит ему покинуть больницу. Долг врача — если не излечить болезнь, то хотя бы облегчить страдания больного.
— Я хочу уйти.
— И вместе с тобой уйдёт сатана. — Отец повернулся к Братьям. — Мы позволим ему скрыться?
— Не позволим! — прозвучало в ответ.
Малика смотрела по сторонам, но, кроме огоньков свечей, ничего не видела.
— Я не ставлю перед тобой условий, — сказал Отец. — Я предоставляю тебе выбор. Либо ты пройдёшь через боль очищения и станешь Праведной Сестрой, либо до конца своих дней будешь терпеть адские муки в подземелье.
Малика сжала кулаки:
— Я пройду через боль очищения.
— Ты готова?
— Да. Я готова.
— Дороги назад не будет.
— Я готова! — выкрикнула она.