Страница 118 из 226
В густеющих сумерках Авраас больше походил на посёлок, чем на город: пыльные дороги, одноэтажные дома, безлюдные улицы.
Неприметный постоялый двор стоял неподалёку от дома молитвы, где Праведный Отец иногда произносил проповеди (молитвенных домов в Авраасе насчитывалось несколько десятков). В вестибюле лежали листовки, в них сообщалось, где и когда можно послушать наставления самого уважаемого человека в городе.
Малика зря переживала, что к ней и её спутникам отнесутся с подозрением. Оказывается, сюда со всей страны стекались приверженцы учения праведной секты. Особо почитался День Веры, который праздновался в начале каждого месяца. В этот день улицы заполоняли толпы горожан и гостей города. Богослужение в любую погоду проводилось на площади перед обителью Братства и заканчивалось демонстрацией святой силы Праведного Отца.
Малике и охранителям выделили соседние комнаты. Хозяин постоялого двора — лысый мужичок с такой же невзрачной внешностью, как и его заведение, — сказал, что им повезло: День Покаяния прошёл, и утром все постояльцы съехали. Теперь целую неделю в городе будет тихо и спокойно.
Пока Мебо заполнял карточки гостей, а Драго отгонял автомобиль на задний двор, Малика изучала листовку с расписанием проповедей. Хозяин тайком поглядывал на неё, роясь в тумбе стола и подсказывая Мебо, в каких графах что писать. Его внимание вызывало беспокойство.
Малика не выдержала:
— Почему вы на меня смотрите?
Хозяин захлопнул дверцу тумбы:
— У вас накрашены глаза и губы, на лице пудра. Так ходить в Авраасе нельзя. Праведные Братья заставят вас умыться.
— Я не пользуюсь косметикой.
— У меня часто останавливаются люди, которые хотят встать на праведную дорогу. Я подсказываю им. И вам хочу подсказать. — Хозяин покашлял в кулак. — У вас… грудь…
Мебо отложил гостевую карточку. Сведя брови, уставился на хозяина.
— Что? — растерялась Малика.
— Она слишком выпирает. Её надо затянуть.
— Что?! — вновь спросила Малика, не веря своим ушам.
— В аптеке продаются бинты. Купите широкие. Я не знаю их названия. Женщины с грудью не того размера… — Хозяин высморкался в салфетку. — Моя жена в этом лучше разбирается, но она уехала к сестре и будет через неделю.
— А если я этого не сделаю?
— На вас будут смотреть мужчины.
Малика насторожилась:
— И что?
— Праведные Братья обвинят вас в соблазнении. Они долго разбираться не будут, отведут к Праведному Отцу, а он видит людей насквозь.
Малика выдавила улыбку:
— Вот как.
— И вам надо что-то сделать с лицом.
Малика и Мебо переглянулись.
— В Авраасе нет красивых женщин? — спросил охранитель.
Хозяин неопределённо пожал плечами:
— Есть. Но наши красивые женщины не смотрят с вызывающим видом и не соблазняют мужчин. — Ткнул пальцем себе в шею. — Вот здесь. У вас из-под платка вылезли волосы. Спрячьте.
Когда к Мебо присоединился Драго, Малика пошла по коридору, выискивая на дверях табличку с номером своей комнаты.
Чистая комнатушка напоминала келью холостяка, которому плевать на удобства. На подоконнике керосиновый фонарь и спички. Узкая кровать с провисшей панцирной сеткой, сундук вместо бельевого шкафа, домотканый половик — вот и вся обстановка. За занавеской в углу комнаты находился ушат с холодной водой; в нём плавал ковшик.
Малика поплескалась, стараясь не залить половицы, и приоткрыла дверь, чтобы услышать шаги охранителей. Поставила керосиновую лампу за занавеской, чтобы свет не падал на окно, и присела на подоконник. На улице стемнело. Тротуары пустовали. Дома на другой стороне улицы казались безжизненными. Во дворах бегали собаки, таская за собой громыхающие цепи.
На дороге появилась странная процессия: десять пар мальчиков и девочек шли друг за другом — опрятные, прилизанные, уставшие. Их сопровождали Праведные Братья. Малика не могла ошибиться — это точно были они! Чёрные перчатки на руках, белоснежные плащи, из-под них виднелись такие же белоснежные рубашки и брюки. Свет уличных фонарей отскакивал от начищенных до блеска сапог. Чёрно-белые одежды сектантов, холодно-непроницаемые лица, длинные волосы, рослые фигуры и уверенная поступь вызвали благоговейный трепет вперемешку с ужасом.
Братья и дети давно скрылись из поля зрения, а Малика не могла пошевелиться. В голове роились вопросы. Разум сверлила мысль: Праведные Братья похожи не на верующих людей, а на воинов.
Малика вышла в вестибюль. Хозяин и охранители мирно беседовали, сидя на диване. Увидев её, замолчали.
— Где у вас туалет? — спросила она.
— На заднем дворе, — ответил хозяин.
Драго поднялся:
— Идём, покажу.
Хозяин сложил руки на груди:
— Вы зря сняли платок.
— Город уже спит.
— Братья не спят.