Страница 115 из 196
- Не выходит, – словно на последнем издыхании вымолвила Таис. Лицо красное от натуги, на лбу капельки пота. Она пыталась разжечь огонь. Но разве можно заклинанием сушки воспламенить сучья? Думаю, нет, но мы не могли не попытаться. Вот и бьемся над костром уже изрядное количество времени, а результат не предвидится. Солнце давно село за горизонт, на небе мерцают бледные звезды. – Знаешь, я сейчас готова целую корову съесть, и не обязательно жаренную…
Желудок согласно заурчал. Ему не было дело до каких-то там костров, ему яства подавай, и даже общество Нозлюбахса, не испортило бы аппетит.
- Как ты думаешь, нас найдут?
О, кто бы знал, сколько раз за сегодня прозвучал этот вопрос? Ответила другой не менее опостылевшей фразой.
- Конечно, а как иначе, по-другому просто не может быть!
- Тогда почему мы все еще не в своих койках в общаге? Мы что, сверху и донизу обвешаны скрывающими амулетами? Нет! Специально путали след? Тоже нет! У меня в шкафу столько личных вещей, бери любую и запускай поисковое заклинание, если ничего другого придумать нельзя. Допустим, магистр Ингольд не всесилен, но декан-то… даром, что ли на звание архимага претендует и в магическом совете заседает! – Таис со злостью и отчаянием ударила ладошкой по земле.
С тоской посмотрела на подругу. Ее мысли – мои мысли, ее сомнения – мои сомнения. Сейчас мы как единый организм, который пытается выжить, но пока лишь беспомощно трепыхается. Не получается не то, что справиться с естественными преградами возникающими на пути, но и взять верх над собственными удручающими мыслями.
- Брось это неблагодарное занятие, все равно без толку.
- Знаю, выше головы не прыгнешь, а ждать чудо, по меньшей мере, глупо. Боги не смилостивятся, помощь в виде декана и магистра Ингольда из воздуха не появится. Но не могу не надеяться.
- Вера предшествует чуду, да?
- Да…
Какое-то время прошло в молчании, Таис все никак не хотела сдаваться, а я предавалась унынию и самобичеванию, поскольку ввиду своей магической несостоятельности не могла помочь подруге. Чувствовала себя ущербной и бесполезной, тем, кто является паразитом в теле хозяина. Не очень приятное сравнение, не правда ли? Затем дал о себе знать застуженный мочевой и согнал с нагретого места.
Хоть луна и светила ярко, но щупальца страха все равно обвивали меня, как осьминог, почуявший жертву. Это вам не ночной лес в июле месяце, а дикие горы со своими законами. Сейчас с радостью бы послушала стрекот кузнечиков, хлопки крыльев хищных птиц, да шум кроны над головой, а не предсмертные стоны разгулявшегося ветра. Как я соскучилась по городским паркам, серым коробкам, натыканным как попало, вечно спешащим и безразличным людям. Вернуться бы на миг домой, обнять отца, поцеловать маму, потрепать вихрастую макушку младшей сестры. Эх! Хочу, хочу, хочу! Гораздое на ужасы воображение, пользуясь моим раскинувшим состоянием, снова подкинуло животрепещущую картинку: распоротое мясницким тесаком брюхо и голова, насаженная на кол. Обливаясь холодным потом, в мгновение ока натянула штаны, да так и застыла. В паре метров от меня, с пригорка, посыпались камни. Прищурила подслеповатые глаза и подождала, но никаких странностей больше не произошло. Вот выберемся, подношение всем здешним богам сделаю, причем от всего сердца.
Вернувшись в наш импровизированный лагерь, я замерла повторно. Таис, твою маму, куда тебя черти понесли? Обозревая пустую полянку, часто-часто задышала и тихо позвала ее. Безрезультатно. А ну как подругу загрыз вампир, и она сейчас выйдет из-за кустов, сверкая красными глазюками. Чур, меня, чур!
- Таис, зараза, где ты? Вернешься, шкуру спущу.
Гуляющий между камнями ветер заглушил часть слов, и пришлось повысить голос. Кто бы знал, насколько неуютно я при этом себя чувствовала. Словно беду на свою голову кличу.
- Тогда я лучше пойду обратно, мне моя шкурка еще пригодится.
Я обернулась, пылая негодованием, перемешанным со страхом остаться в одиночестве. Девушка была как обычно изнуренной и с вполне нормальным взглядом. На губах проскальзывала слабая улыбка.
- Знаешь, как ты меня напугала? Едва душа не отлетела…
- Ой, – Таис отмахнулась, будто от пустого звука, – ты забываешь, кто перед тобой стоит. Ничего бы с твоей душой не случилось, и вообще, здесь на многие километры никого нет, зато смотри, что я нашла, – и она разжала ладошки, показывая находку. Свет луны упал на алые пузатые бусинки, присыпанные сахарной пудрой.