Страница 137 из 191
− Я только сейчас вспомнила, что Надежда Сергеевна сказала мне перед самой смертью, − произнесла Ника.
Она сидела на любезно принесённом Наилем стуле у стены, сцепив руки, и чувствовала себя как во время ответа у школьной доски.
− Надежда Сергеевна сказала мне, что она знает, как мы с ней связаны. Я думаю, она предвидела, что умрёт именно так. Может... может, именно поэтому она осталась тогда на улице, − девушка опустила глаза, разглядывая свои колени. Горло сдавило, и она чувствовала, что готова расплакаться. − Я всё это время не понимала, почему она так умерла. Думала, что я в этом виновата. Тени мне так говорили...
− Тени? − визгливо спросила Тамара Михайловна. − Береника, вы что, разговаривали с Тенями?
− Только один раз, − испуганно посмотрев на сердитую старушку, оправдывалась Ника. − Я говорила с Тенью только один раз, когда заглядывала в воспоминания Юры.
− Какого Юры? − хватаясь за сердце и округляя глаза, спросила Аллочка.
− Того мальчика, что призвал Теней в больнице, − напомнил Геннадий − полный мужчина, который повстречался Веронике при входе в квартиру Бигеева.
− Вот, значит, какие дела творятся, − поджала губы Дорогина. − Наиль Ренатович, я крайне возмущена. Эта ваша Береника мало того что сотрудничает с − я не побоюсь этого слова − террористом, так ещё и с Тенями разговаривает.
Бигеев вцепился руками в концы своего джемпера, сохраняя каменное лицо.
− Это произошло до того как я взялся за обучение этой девушки.
− Но вы всё равно ничего об этом не знали. Как и о переданных ей Надеждой воспоминаниях, − слегка стукнула рукой по подлокотнику кресла старуха.
Люба, сидевшая рядом с Дорогиной на стуле, колюче смотрела на Веронику.
− А уж эта её компания, от которой мы просили вас отгородить девочку, − продолжила Тамара Михайловна. − Вольгин потенциально опасный анархист!
− Ой, ну что вы, − ахнула Аллочка. − У мальчика такая непростая судьба.
− У мальчика дурная кровь, − обрезала старуха.
− Тамара Михайловна, я бы попросил вас уважительнее отзываться обо всей семье Вольгиных, − вмешался в разговор худощавый светловолосый мужчина. Вероника до сих пор не имела возможности узнать его имя, к тому же он предпочитал не участвовать в разговоре и молча слушал остальных. − Елизавета Романовна...
− А я, Серёжа, говорю вовсе не о Елизавете Романовне, − едко процедила Дорогина. − Отец этого мальчишки натворил таких дел, что мы до сих пор разгребаем.
− Что вы имеете в виду? − спросила Ника.
− А то, Береника, − отчётливо, наслаждаясь каждым переполненным ядом словом, произнесла Тамара Михайловна. − Что его отец был предателем и Контрактником.
Ника посмотрела на Бигеева, словно надеясь услышать опровержение.
− Наиль Ренатович, − еле слышно проговорила она.
− К сожалению, это действительно так, − подтвердил учитель. − Аня, дочка Елизаветы Романовны влюбилась в очень нехорошего человека. Она была юна, наивна, а он сыграл злую шутку с её чувствами.
− Что вы хотите этим сказать?
Бигеев замолчал, отвернувшись. Было очевидно, что разговор ему неприятен, и Вероника моментально придумала массу тому причин. Мама Олега что-то для него значила? Наиль был влюблён в неё, совсем как его дочь влюблена теперь в Олега? Ника вглядывалась в профиль мужчины, пытаясь найти разгадку.
Остальные молчали, даже насупившаяся как сыч Тамара Михайловна. Алла приподнялась со своего места, подошла к окну, выглядывая за кружевную тюль. Она нервно гладила себя по плечам, словно пытаясь согреться. В комнате было душно.
− Лёня был нам всем другом, − сказала она срывающимся голосом. − Никто и подумать не мог, что он пойдёт на такое.
− Аля, не надо, − попросил Сергей, протягивая руку к женщине.
− Нет! Она должна знать. Она теперь одна из нас. Мы столько всего скрывали, и посмотри, чего добились, − она обернулась. По щекам текли слёзы. − Тебе, Вероника, будет к лучшему знать всю историю. Леонид был членом второго Круга, видящим. Он с детства дружил с ещё одним из наших, Колей. Коленька погиб, был отравлен Тенью. Это произошло случайно, но Лёня так переживал, − она всхлипнула. − Я знаю, он мне рассказывал. Мы росли вместе, мы всем друг с другом делились. И Лёня стал бояться, что мы так беззащитны, что у нас нет силы шепчущих. Ты же знаешь, как это тяжело: постоянно чувствовать себя в опасности.
− Ты только делаешь хуже, − покачал головой Сергей, но никто больше не попытался остановить Аллу. Она сглотнула. Её губы дрожали, но она попыталась взять себя в руки.
− В общем, мы точно не знаем, как это получилось, но он стал Контрактником.
Ганнадий подошёл к женщине. Положив руку ей на плечо, продолжил:
− А потом обманул Аню Вольгину. Призвал Тень, которая её отравила.
− Зачем?
− Да хрен его знает. Всегда был тем ещё психом, − грубо ответил мужчина.
− Неправда! − взвилась на него Алла. − Лёня был очень особенным, очень талантливым. Просто его обманули, − она посмотрела на Веронику. − Кто-то сказал ему, что так можно будет остановить Теней.
− Отравив Аню? − фыркнул Сергей. − Хорош способ победить их, увеличив популяцию.
Аллочка насупилась, словно маленький ребёнок. Геннадий приобнял её, и женщина бессильно положила голову ему на плечо.