Страница 22 из 124
— Очень хочу на это посмотреть, — Дриган спрыгнул с ветки на землю. — Если он тебе так нравится, что же ты артефакт до сих пор ему не отдала?
— А вот сегодня и отдам! — я действительно решилась на серьёзный разговор с Айландом. Прошло уже достаточно времени, чтобы я успела как следует присмотреться к эльфу. — Так вы хоть немного будете на равных! — Мне хотелось досадить самоуверенному другу, который почему-то взъелся на лесного принца.
— О, я представляю, — Дриган деланно закатил глаза. — С артефактом его совсем разнесёт от важности.
Сорвав молодую веточку с тремя листьями, я задумчиво покрутила её перед глазами. Мне нравилось подначивать друга разговорами об эльфе. Как бы тот не кидался презрительными замечаниями в адрес Айланда, на деле всё обстояло несколько иначе. Наверное, Дриган и сам не понимал, что на самом деле всячески опекает хрупкого принца. Всегда держит его в поле своего зрения, невольно заслоняет от возникающей опасности, в частности, на командных занятиях. Пытается оградить от возможного магического удара или боевого нападения. К слову сказать, Айланд мог и сам за себя постоять, но Крылатому способности эльфа казались малоубедительными.
Эльф же по отношению к Дригану вёл себя дерзко и вызывающе. Он упорно пытался показать, что сам по себе достаточно крут и моментально огрызался на все шуточки Крылатого. Я стала склоняться к мысли, что это уже стало привычкой, чем реальным недовольством, причём с обеих сторон.
Я поднесла руку к спящему ящеру и потыкала в него веточкой. В ответ на мою наглость на меня уставился немигающий глаз. Я повторила свою экзекуцию. Не знаю, какой чёрт меня дёрнул доставать хладнокровного питомца. Может, из вредности, может, по глупости. После очередной серии тычков ящер свалился на землю и тут же обернулся в свою монстрообразную ипостась. Разинув жуткую зубастую пасть, Текс уставился на меня, словно ожидая, что я сама свалюсь ему на голову.
— Ну, и что ты наделала? — заворчал Дриган.
— Всё, я пошла, — не покидая ветвь, я забралась выше, а затем перепрыгнула на соседнее дерево. Спускаться на землю желания не было никакого.
— Предательница! — крикнул вслед Крылатый, оставленный мною в компании монстра.
Отношения между Дриганом и Тексом складывались неоднозначные. В виде ящерицы питомец был, конечно, душкой, но вот с крокодилом жить в одной помещении — это не для слабонервных. Любое своё недовольство Текс высказывал, превращаясь в большущую рептилию. Правда, сердился он редко, но от этого суть дела на менялась. Особым дискомфортом в совместном проживании было то, что ящер очень любил воду. Порой сонный Дриган натыкался на крокодила в ванной, из-за чего первый раз даже чуть не отдал богу душу. Текс обожал валяться в ванне часами напролёт обездвижено, даже несмотря на то, что туша в ёмкость помещалась не полностью. Пришлось Крылатому проситься к соседям, ибо выгнать крокодила не представлялось возможным, да и пробовать вовсе не хотелось. В общем, жизнь у Дригана складывалась занимательная. Он точно не скучал.
Эльфу в этом плане повезло несравненно больше. Ему достался невероятно милый щеночек, этакий неуклюжий комок меха, умиляющих своим видом всех вокруг. Он походил на помесь хаски и чау-чау, причём от одного он взял коричневато-бежевую шерсть, а от другого — пронзительные голубые глаза. Всё в щенке было прекрасно и уморительно. Он был игривым, любопытным и ласковым. Везде лез, пачкался, попадал в передряги и от этого его хотелось любить ещё больше. Даже имя у него было очаровательное — Люмп. Каждый раз, когда он неуклюже заваливался набок, хотелось произнести «Люмп», и среди нас даже закрепилось словечко «люмпнуться», то есть глупо упасть или лопухнуться с заданием.
Люмп так до сих пор и не предстал перед нами в своей звериной ипостаси, поэтому о масштабах сего монстра мы не догадывались. По логике вещей напрашивалось что-то собакообразное типа волка, но пока это было в области предположений. Мы уже привыкли не ждать от Люмпа подвоха, вовсю тиская эльфийского питомца, не опасаясь внезапного превращения. Только Дриган периодически использовал щенка в качестве каверзных шуточек и глумления над Айландом.
Салейне достался зверёк, походивший на бесхвостого енота, вернее, енотиху, так как это была девочка. Была эта особа весьма деятельная и обстоятельная. Она всё время что-то перетаскивала и перекладывала в комнате, из-за чего Салейна подолгу не могла найти нужную ей вещь и беспрестанно ворчала на питомицу. Та в такие моменты внимательно смотрела на компаньонку чёрными бусинами глаз, всем видом показывая смирение. Но стоило Салейне отвернуться или покинуть комнату, как енотиха тут же принималась за старое.
Казалось, с этим можно было как-то смириться, если бы не одно существенное «но» — енотиха периодически подворовывала у других учеников. Как она это проворачивала, оставалось только догадываться. Почему питомцы остальных учеников позволяли ей появляться в комнатах и тащить хозяйские вещи? Может, среди них существовал какой-то особый кодекс, что своих не трогают? Или им попросту нравилось её сдавать, указывая, кто попёр вещь?
Салейна чуть ли не каждый день краснела и бледнела, рассыпаясь в извинениях перед очередным посетителем, возвращая стыринную енотихой ценность. Правда, перед возвращением приходилось искать, куда она заныкала сокровище, так что поиски превращались в целый квест. К концу второго месяца Салейна знала все секретные схроны питомицы, ну, или почти все.
Пару раз енотихе приходилось уступать, та ни в какую не хотела расставаться с особо полюбившейся вещью, о чём пыталась донести превратившись в разъярённую медведицу. Увидев такой облик впервые, Салейна час кряду икала не переставая, пока Эмани не подсунула ей какой-то отвар. Ценность пришлось оставить животинке, а бывшему неудачливому владельцу отсчитать немалую сумму отступных.