Страница 30 из 187
Впрочем, пройти дальше десяти метров от ворот нам не удалось.
— "Поиск свой начни с колодца", — сплюнул Иорвет.
Я задумчиво почесала бровь.
— Колодец с эхом... Если там есть, эхо, значит он пересохший, — наконец с умным видом изрекла я. — Знаешь что-нибудь о пересохших колодцах в округе?
Теперь настал черед эльфа задуматься:
— Деревня... — протянул он спустя минуту.
— Деревня?
— Старая сожженная деревня в окраинах Вергена. Недалеко от границы Мглы, там стоит караул скоя'таэлей.
— Точно, — я прикрыла глаза, пытаясь по обрывкам воспоминаний нарисовать в голове картину деревни. — А в центре там колодец?
— Да. Полуразвалившийся и пересохший.
— Это оно! Куда идти?
— Иди за мной. Только не отставай, не хочу впечататься в чертов барьер.
По правде говоря, отставать я и не думала. Хоть я и расхрабрилась перед Иорветом, пожелав отправиться вопреки предостережениям за пределы города (да и его с собой потащить, предварительно взяв "на слабо"), менее страшно мне от этого не становилось. За каждым большим камнем мне мерещились вооруженные люди, а от шелеста травы на ветру и вовсе мурашки по телу табунами пробегались.
— Почему ты так ненавидишь чародеек? — неожиданно для самой себя поинтересовалась я. Просто, чтобы как-то отвлечься. — Из-за Франчески?
— С чего вдруг тебя это интересует?
— Ну мы идем вдвоем по дороге, невесть сколько времени еще проведем вместе сегодня, я просто пытаюсь завязать разговор.
— Прекрасную тему выбрала, Mordice.
И правда, лучше не придумаешь.
— Можешь не отвечать, плохая была идея...
— Да, из-за Франчески. Откуда ты вообще узнала про ведьму Финдабаир?
Книгу читала, ага.
— Трисс рассказывала. По вечерам здесь обычно скучно.
Я ведь даже не соврала, действительно же просила Трисс изложить свои версии некоторых событий этого мира. Интересно ведь.
— Имперская шлюха — не лучшая тема для бабских разговоров, — буркнул эльф.
— Я понимаю, она обманула всех вас, но...
— Обманула? Да она предала нас! Использовала, чтобы взгромоздиться на свой bloede ureen, — взорвался он. — Обещала собственное государство, свободу. А взамен от нас требовалось всего лишь умирать за Эмгыра. Мелочь по сравнению с наградой, которую нам за это обещали. Наградой, о которой мы мечтали веками, с тех пор как твои произошедшие от обезьян сородичи приплыли на наши земли и заняли их. Превратили нас в презираемых изгоев.
Он уже и думать забыл о каком-то колодце. А я вдруг поняла, что теперь боюсь уже совсем не прячущихся за камнями убийц.
— И знаешь, сколько эльфов после этого с радостью присоединились к скоя'таэлям? И что с нами сделали после того, как закончилась война? Твоя ведьма Меригольд и об этом тебе рассказала? Рассказала, как после заключения Цинтрийского мира император выдал северянам всех офицеров Врихедда для казни? А что сделала Франческа? Она попыталась ему помешать? О нет, она по его же наказанию отреклась от всех остальных скоя'таэлей. Признала их врагами Dol Blatha
a. А знаешь, что такое Dol Blathaa без скоя'таэлей, Гвиневра? Это государство бесплодных старцев. Оно существует уже пять лет и знаешь, сколько детей там родилось? Одиннадцать. Одиннадцать! А известно тебе, сколько скоя'таэлей умирает каждый год в лесах и на виселицах от рук d'hoine?— Иорвет, Иорвет! Прошу тебя, успокойся! Я не должна была спрашивать тебя об этом. Я безмозглая d'hoine и не догадалась сразу. Прошу, прости меня!
Он замолчал. Несколько секунд я слышала лишь то, как он глубоко дышит, пытаясь успокоиться.
— Больше никогда не произноси при мне ее имени, — наконец пугающе тихо заговорил он. — Ichaera
rhena. Кровь всех убитых на войне и после нее Aen Seidhe на ее руках.Я судорожно сглотнула и согласно закивала. Тогда я всего лишь хотела сказать ему, что не все чародейки плохие, что есть среди них хорошие люди. Трисс, например... Но, черт побери, чем я думала, когда вообще завела этот разговор? Он ведь не просто наблюдал за этим, он и был одним из офицеров Врихедда.
— Идем, — бросил Иорвет, разворачиваясь на каблуках. — Деревня за тем поворотом.
Справедливо рассудив, что идея с завязыванием какого-либо разговора вообще была плохой, я просто молча последовала за ним. Догнать эльфа вышло только у самого поворота. И то лишь потому, что он вдруг замер сам и жестом приказал остановиться и мне.
Я испуганно огляделась по сторонам.
— Что случилось?
— Я что-то слышал.
— Со стороны деревни?
— Да.
Я наморщилась и прислушалась.
— Ничего не слышу. Ты же говорил, что там недалеко стоит караул скоя'таэлей, может, это они?
Эльф ничего не ответил, я же решительно заглянула в расщелину между скал, куда нам и предстояло зайти, дабы попасть в деревню.
— Смотри, ничего там не...
Взвизгнув от неожиданности, я отлетела прямо в росшую по бокам от дороги траву. И, что самое худшее, следом за мной туда отправился и кто-то, снесший меня с ног. Не успев толком понять происходящего, я тут же, истерично вопя что-то о том, что к Мгле я не имею никакого отношения, принялась колотить повалившегося на меня человека руками и ногами.
Опомнившийся Иорвет бросился в нашу сторону, с явным намерением схватить неудавшегося убийцу. Но, вместо этого, пал жертвой ничем, по сути, не примечательного изделия от "Converce". А вернее, одного конкретного не на шутку разбушевавшегося в борьбе за собственную жизнь медиума, на ногу которого это изделие и было напялено. Не ожидавшей столь подлой атаки от "своих" эльф повалился прямо на образованную из двух человеческих тел кучу. Я же, с прямо-таки невероятной для себя ловкостью, из этой кучи выскочила и даже приняла вполне устойчивое вертикальное положение.
Представшая перед моим чуть прояснившимся взором картина спокойствия и хоть какого-то понимания происходящего не прибавила.
— Господи, Лютик! Иорвет, отпусти его!
Эльф, успевший уже подмять под себя порядком шокированного менестреля и даже приставить к его кадыку кинжал, замер.
— Bloede taedh, — поприветствовал он барда, убирая оружие обратно в ножны.
— Иорве-ет! Гвен! Хвала богам, это вы! — простонал уже слегка опомнившийся Лютик
Явно не ожидавший подобной реакции скоя'таэль поднялся и растерянно повернулся ко мне. В любой другой ситуации я бы наверняка не сдержала смеха от вида возникшего на его лице выражения, но в данный конкретный момент я все еще была слишком напугана, чтобы веселиться.
— Вы даже не представляете, как вы вовремя! — не унимался бард, все еще сидя на земле. — Я уж думал, живым мне не выбраться! А тут прямо передо мной вдруг возникла очаровательная кареглазая нимфа!
На то, чтобы сообразить, кого именно из присутствующих он только что обозвал "очаровательной кареглазой нимфой", мне понадобилось секунд десять.
— И ты решил не терять времени и тут же на нее взгромоздиться? — усмехнувшись, уточнил Иорвет
— Вовсе нет, — Лютик все же поднялся с земли, подхватив свалившийся с головы берет, и начал отряхивать камзол. — Я просто не успел остановиться. А вы... — он удивленно поднял на нас глаза. — А вы зачем вы сюда пришли?
— В сожженную деревню? — не выдержала я. — Зачем мы пришли в сожженную деревню? Совсем не догадываешься, какой горячий секс на останках домов ты нам сорвал?
Поняв, что именно умудрилась ляпнуть, я прикусила язык. Разинув рот от подобного поворота событий, Лютик уставился на Иорвета. Иорвет, в свою очередь, уставился на меня.
— Да ладно, — я глупо хихикнула. — Я просто пошутила.
— Пошутила? — недоверчиво протянул бард, все еще косясь на эльфа. — Ну и зачем же вы здесь на самом деле?
— Ищем тайник одного мертвого краснолюда.
Лютик все же соизволил оторвать взгляд от скоя'таэля и повернуться ко мне, хитро ухмыляясь.
— Голубка моя, ты ведь понимаешь, что первый вариант я все еще нахожу куда более правдоподобным?
Я хотела возмутиться, но Иорвет меня опередил:
— Она сказала правду, бард. Очевидно, что между мной и d'hoine ничего не может быть.
Не обратив ровным счетом никакого внимания на мои оскорбленно поджавшиеся губы, он продолжил:
— А ты, бард, что делаешь здесь?
Прежде чем заговорить, Лютик с опаской обернулся.
— Это длинная история, но я могу и подсократить. Началось все с того, что повстречал я тут неподалеку одну чудную девицу, — наконец начал бард, со свойственной ему вдохновенностью. — Смоляные локоны, станом ладная, грудь, как наливные яблочки...
— Это ты суккубшу встретил, что ли? — догадалась я. — К ее яблочкам прилагались козлиные копыта на волосатых ногах, а из смоляных кудрей торчали здоровенные рога?
— Гвиневра, — явно опешил менестрель. — Ты с ней тоже встречалась?
— Нет конечно. Она же только по мужикам. Я просто догадалась, — не моргнув глазом, сообщила я.
Вряд ли Лютик так уж мне и поверил, но рассказ свой продолжил:
— Зазвала меня, стало быть, та прекрасная дева к себе. Я бы и подробности рассказал, но тут ведь дама...
— И на том спасибо, — кисло отозвалась я.
— А на утро решил я, что пора и честь знать, — продолжал бард, а я вежливо решила не напоминать ему, что дело уже шло к полудню. — И вот я вышел наружу...
— Это ты от нее значит удирал? Решил с утреца по-английски уйти, а она тебя подловила?
— Не знаю, как это я, по твоему мнению, решил от нее уйти, но нет. Удирал я не от нее.
— Так скажи от кого, черт тебя дери, — напомнил о своем существовании Иорвет.
— Я как раз собирался, — возмутился бард. — Прекратите меня перебивать, вы двое.
— Извини-извини, — я миролюбиво заулыбалась. — Мы молчим.
— Так вот, — Лютик все же сменил гнев на милость. — Вышел я от нее, значит. Шел себе через эту самую сожженную деревню, будь она неладна, никого не трогал, рифмы для новой баллады подбирал... А из-за камня вдруг выскочил какой-то ненормальный с мечом и бросился на меня! Ну я и дал деру, чего греха таить, а дальше вы и сами знаете... Как же хорошо, что я вас встретил!
— То есть ты вышел от суккуба, и тебя тут же попытались зарубить? — испуганно переспросила я, прекрасно понимая, что среди всех пребывающих сейчас в Вергене, мне известен только один, способный на подобное. — Ты в порядке?
— В полном порядке, не переживай, — заверил менестрель, довольно сверкнув белозубой улыбкой. — На мне ни царапинки!
— Я вынужден тебя огорчить... — протянул Иорвет, указывая непосредственно на лицо барда.
Я виновато потупилась и спрятала руки за спину. На лице Лютика, от переносицы до правой стороны нижней челюсти, протянулись две длинные косые царапины. Слишком свежие, чтобы сомневаться в том, чья именно не в меру когтистая рука их нанесла.
— Я случайно. Я думала, что ты хочешь меня убить!
Побледневший Лютик неуверенно ощупывал лицо.
— О, Гвиневра, страстная женщина, мечта поэта...
— К твоему сведению, это лучше, чем быть убитым, — резонно заметила я. — Постойте-ка, а ведь этот убийца все еще может быть в деревне!
— Не может, — отрезал эльф. — Если он не глухой. Ну или не идиот.
— Почему?
— Потому что твои вопли наверняка слышали даже Всадники бурь, bea
a. Бард, ты видел его лицо?— Лицо? Нет, он закрыл его капюшоном от плаща.
Иорвет нахмурился, а я вдруг обратила внимание на блеск в траве. Совсем рядом с тем местом, куда мы на пару с Лютиком недавно свалились. Эльф, меж тем, говорил что-то еще, но я была слишком увлечена поиском источника этого самого блеска.
Он обнаружился среди высокой, но сильно примятой травы. Предмет, который я выудила на свет, оказался той самой заколкой, которой Филиппа фиксировала мои уложенные волосы утром. Я пощупала затылок ладонью. Действительно, ничего нет.
Быстро всунув заколку под корсет, так, что снаружи осталась торчать лишь металлическая розочка, я поспешила вернуться к мужчинам.
— Гвиневра, — возмутился Лютик, заметив меня. — Скажи ему, что я прав!
Я растеряно заморгала, пытаясь сообразить, что успела пропустить.
— Bloede taedh, я сказал тебе — нет! Ты и себя защитить не можешь, а языком чешешь еще больше, чем она.
— Да что у вас происходит?
На меня уставились сразу три глаза.
— Как? — ахнул бард. — Ты ничего не слышала? Этот наглец утверждает, что я...
— Он собрался идти с нами, — без какого-либо намека на вежливость перебил его Иорвет. — А я ему отказал. Мне хватает одной d'hoine.
— А я говорю, что пойду с вами!
— Лютик, ты боишься один в город возвращаться, что ли?
— Что?! Я боюсь? — голос у барда был возмущенный, но по его нервно забегавшим по сторонам глазам становилось ясно, что я попала в яблочко. — Да как тебе такое в голову пришло?! Я за тебя волнуюсь, между прочим!
— За меня?
— Что если на тебя действительно кто-то нападет?
— На этот случай она затащила сюда меня... — буркнул эльф.
— Да ладно тебе, пускай идет с нами, — легко согласилась я.
— Вот именно, радость моя!.. — возликовал менестрель.
— Как же вы оба без меня? — перебила я.
— Что?
— Que?
— Ну кто вас еще спасет, кроме вашего рыцаря в платье, прекрасные дамы?
— Mordice, что ты несешь?
— А что, я неправа? — невинно поинтересовалась я, наблюдая, как эльф украдкой потер бедро. Вернее, назревающий под штаниной синяк, который — я была в этом совершенно уверена — оставил мой мастерский пинок. — Вроде как сегодня я уже успела навалять вам обоим.