Страница 107 из 187
Рука вновь опустилась в корзину, хватая новое, еще целое горлышко.
— Ставлю пять оренов, что попадет! — возбужденно зашептал кто-то сзади.
В самый последний момент скоя'таэль отскочил в сторону, и пол вновь украсился порцией осколков.
— Ну почти же! — разочарованно простонал все тот же голос, азартный обладатель которого только что по моей милости лишился огромной суммы в пять оренов.
— Caelm, — Иорвет сделал шаг в мою сторону.
— Беги, — угрожающе прошипела я и сдула прядь волос, свесившуюся на нос. — Беги, пока можешь.
— Я не собираюсь...
Новый брызг осколков, и я бросилась за рванувшим к выходу эльфом, посылая оставшиеся в корзине снаряды ему вслед. Зрители послушно расступались перед нами, не желая попадаться под горячую руку разъяренной женщины. И правильно делали.
Компания порядком нетрезвых краснолюдов недалеко от входа отсалютовала мне кружками с пивом и проревела нестройным хором:
— А круглый предмет, что в мешке зашит —
Голова Бэксворда, ха-ха!
Я кивнула на ходу и едва не впечаталась в захлопнувшуюся у меня перед носом дверь. Ах ты зараза! Яростно рванув на себя несчастную створку, я вылетела наружу. Вбежала вверх по лестнице и замерла, мотая головой по сторонам. Свежий воздух несколько остудил голову, но вот желание убивать из нее не выветрил.
— Гвен! — я повернулась на голос чародейки. — Что происходит? Я уже волноваться начала!
— Прости... — я устало потерла висок свободной рукой. — Я шла к тебе.
Астрид покачала головой:
— А что потом?
— Иорвет, — я двинулась следом за шелестящей юбкой обратно к своей мини-лаборатории чародейкой.
— Мужчины... Что сделал?
— Совершил тактическое отступление. Наверняка думал, что забрать тот чертов меч с собой было достаточным. Мол он снизошел до подачки d'hoine, а я должна была скакать от радости.
— Это злорадство в твоем голосе или у меня слух не до конца восстановился?
Я пожевала губу, прежде чем ответить:
— Ну знаешь, драться я не умею, а не лежать же оружию без дела, раз уж оказалось у меня. Я же женщина, у меня свои тараканы. И это было чертовски сложно, я все руки и ноги порезала, пока наловчилась.
— Ты серьезно? — уже догадавшаяся к чему я клоню, Астрид тихо прыснула в кулак.
— Если тебя интересует, на самом ли деле я брила ноги мечом, то да.
Чародейка остановилась у двери и расхохоталась.
— Как я могла пропустить это зрелище?
Я пожала плечами. Да уж, со стороны это наверняка было нечто. Но определенно того стоило.
— Ладно, — успокоившаяся Астрид оттерла выступившую слезу. — Заходи...
— А ну стой! Ты! Думала, я ничего не узнаю?!
Мы с Астрид синхронно повернулись на звук голоса, и я испуганно сглотнула. Но ничего не последовало. Филиппа замерла, кажется, даже не моргая, словно встретилась взглядом с пробежавшей мимо Медузой-Горгоной. Такая растерянность и непонимание определенно должны были быть запечатлены в анналах местной истории, я даже укусить себя захотела за то, что не захватила никаких записывающих устройств из своего мира.
— Здравствуй, Филь.
Это и правда было жутковато. Филиппа прежде казалась мне единственным человеком, не способным на ступор и всегда имеющим что сказать. Но когда она все же разлепила губы, то единственным, что она выдавила из себя, оказалось:
— Почему?..
Астрид скрылась за дверью, но вновь возникла в проходе уже через считанные мгновенья и вручила мне какую-то коробку.
— Отнеси сама, хорошо? Мы поговорим.
Я перевела взгляд с одной чародейки на другую и растерянно кивнула. Из того, как Астрид не хотела, чтобы Филиппа узнала о ней, я сделала логичный вывод, что они, мягко говоря, недолюбливали друг друга. Но смущенный вид нильфгаардской и потерянный реданской чародейки навевали явные мысли о моем дедуктивном фиаско. Бочком отодвинувшись от них, я на первой скорости стартовала в нужную сторону. Хватит с меня этих интриг и загадок!
***
Вспомнили обо мне часа через три. К тому моменту я уже минут сорок просто стояла у незнакомого дома и ковыряла землю носком туфли. Будь дело в моем мире, хозяева бы уже наверняка обзванивали полицию с сообщениями о жуткой девушке, подкарауливающей их у двери.
— Собирайся, — коротко скомандовала уже восстановившая свою привычную пренебрежительность и легкую раздраженность Эйльхарт. — Мы едем в Лок Муинне.
— Мы? Сейчас? В Локк Муинне? — резкое обилие непонятной информации определенно плохо сказывалось на моих мыслительных процессах. — Почему сейчас? Зачем я еду?
— Во мне дело, — вступила Астрид. — Я все-таки жива. Хочется донести это миру поскорее. А где, как не на этом съезде?
— А почему все же я еду?
— Что за идиотизм? — Филиппа закатила глаза. — Ты думаешь, я потратила на тебя больше двух месяцев своей жизни, чтобы ты вместе с ведьмаком сняла какое-то проклятие и усвистела на все четыре стороны? Подбери свою губу с дороги. Ты моя ученица и будешь меня сопровождать.
— А Цинтия? — только и смогла выдавить я.
— Тоже поедет.
— И Саския? Ты ведь теперь ее советница.