Страница 100 из 187
Насквозь прошив мечом последнего противника, Геральт рванул вперед, к виднеющейся на фоне кровавого неба фигуре. Это он? Давай, генерал, пусть это будешь ты... Ну пожалуйста, мать твою!
Вряд ли драуг мог услышать мои мысли, скорее мне просто повезло. Я навалилась на стол, все еще стараясь прислушиваться к звуку боя. Ну же, ведьмак, ты же... Ты же ведьмак!
Перед моими глазами замаячил все еще не тронутый символ веры. Нужно экономить силы, меня должно хватить и на него. Мысли мои упорно начинали обращаться к висящему на поясе мешочку. Вернее, к его содержимому. Сон дракона. Мощный артефакт, но если я прибегну к его помощи сейчас, хватит ли его на осуществление всех моих замыслов? Каков его предел? А мой предел каков? Сколько еще я выдержу, прежде чем окончательно сползу на землю?..
Я болезненно вскрикнула и присела на одно колено, лишь чудом не разорвав контакт с фрагментом символа отваги. Что это? Что произошло? Я не глядя шарила второй рукой в районе источника боли, пока пальцы не коснулись чего-то мокрого на боку, чуть выше выступающей тазовой косточки. Я закусила губу, сжимая словно из ниоткуда возникшую под совершенно целым платьем рану. Так, давай без паники, милая. Кровь идет, но не сильно, рана не слишком глубокая, никаких важных артерий и вен не задето, жизненно важных органов тоже... Малой кровью отделалась. Но сейчас плевать на меня. Геральт. Давай, ведьмак, ты сможешь, сможешь...
— Не подводи меня, — одними губами прошептала я, пытаясь зажать рану рукой. — Будь единственным мужчиной, которому я доверилась, не разочаровавшим меня.
Как бы жутко мне не было от осознания этого факта, но это не игра. Это реальная жизнь, здесь не будет никаких последних сохранений в случае смерти. Я уцепилась за край стола, оставляя на нем кровавый отпечаток, и подтянулась, шипя от боли. Перед глазами уже начинало плыть. Разумеется факт, что я та еще хилая слабачка никогда не являлся для меня секретом, но сейчас я ожидала от самой себя большего. Чего уж тут о других говорить, когда я сама себя разочаровываю? Но я еще жива, новых ранений не чувствую. Все... Хорошо?
Я подняла глаза на развернувшийся передо мной поединок. Раскаленный меч драуга, которым — я была в этом абсолютно уверена — запросто можно было одним ударом переломить пару хребтов разом, вошел в землю в месте, где за секунду до этого находился Геральт. Монстр с ревом дернул оружие на себя, но глубоко увязший клинок, несмотря на всю ярость своего владельца, не поддался с первого раза, даруя ведьмаку короткое преимущество. Я даже вскрикнуть не успела от неожиданности, когда, резко оттолкнувшись от земли, ведьмак наискось прошил шею Вандрегрифта в месте соединения с чудовищной головой. Понятия не имею об анатомии призраков, превратившихся в духов войны, но если бы каэдвенский генерал был человеком, я бы сказала, что острие, всаженное под таким углом, должно было проткнуть и мозг. Драуг страшно заревел и неловко шагнул назад, бросив злополучный меч на землю. Геральт предусмотрительно отскочил в сторону, выпустив рукоять собственного оружия. Со следующим и последним ревом монстр распластался на земле, прежде чем, по примеру прочих солдат превратиться в черный дым.
Ведьмак коснулся окровавленных кольчужных звеньев на боку, озвучил пару витиеватых ругательств, сплюнул на землю и, наконец, подобрал меч, предварительно пнув в сторону кусок генеральской брони, отчего-то не полностью исчезнувшей вместе со своим владельцем. Я с облегченным стоном сползла со стола обратно вниз, предусмотрительно подцепив пальцем холодную металлическую цепочку. Прижавшись спиной к деревянной ножке, я положила медальон на раскрытую ладонь. Последний, теперь уж ничего из ряда вон выходящего произойти не должно... Ну пожалуйста...
Я провела пальцем по витиеватому узору. Давненько мы с тобой виделись, Ольшан.
Холодная Сила медленно растекалась по рукам. На этот раз было легче. И переносить, и контролировать. Похоже, надо было просто расслабиться и успокоиться. Я уткнулась покрывшимся холодной испариной лбом в подтянутые к лицу колени, прислушиваясь к все более четко и ясно звучащим звукам. К реву падающих прямо с неба шаров огня, крикам боли и ужаса.
— Это чародейский град! Нечистый огонь! Горе нам!
— Зачем они это делают?!
— Как гласит пророчество: "Грядет час, когда чародейки обратятся против людей, а огненные шары падут с небес. И свершится погибель", — совершенно точно жрец. А смирения-то сколько в голосе... Прямо ужас пробирает.
— Делать-то что? Смерти ждать?! — в отличие от Ольшана, солдат не был настроен на сопротивление панике.
— Я выведу вас, как пастырь выводит стадо в безопасное место из мрака отчаяния.
Ох уж эти церковники... Как он вообще умудряется сохранять это ледяное спокойствие, когда вокруг с неба рушатся огненные шары, а люди заживо зажариваются в доспехах?..
Я запустила ладонь в мешочек на поясе, наконец извлекла кристалл на свет и сжала, грея его в ладони. Кажется, банальное самоубеждение, но держать себя в руках стало легче. И все у меня получится. Я все смогу. И даже рана уже не так и сильно болит...
Я вздрогнула от неожиданности, когда в считанных метрах от меня вновь раздались голоса:
— Прекратите это! Наши люди гибнут! Спаси нас, государь! — я отложила сон на стол, вновь подтянулась, ухватившись за столешницу, и заинтересованно выглянула.
— Сабрина, это твоих рук дело? — Хенсельт стоял ко мне спиной, но густую бороду, в отсветах чародейского пламени казавшуюся рыжей, я видела во всех подробностях. Блин, она даже выглядит мягкой. Я бы потрогала... Главное удержаться, если встречу каэдвенского монарха в действительности.