Страница 43 из 49
Уже заранее уставшая от завтрашней уборки перед баками, Настя быстро прошла мимо мужиков в свой двор и не видела, как бомжи, торопясь и мешая друг другу, стали лихорадочно убирать голыми руками вываленный ими мусор обратно в бак.
Мышками Настя, Артём и Виталик прошмыгнули в квартиру. Оба пацана сразу же скрылись а ванной и, видимо, приняв наставления Насти близко к сердцу, принялись там озабоченно шушукаться, потом зашумел душ. Настя с улыбкой пошла готовить два комплекта одежды.
Вова выглянул в коридор, когда она уже кралась в обратном направлении:
— Эй, вы чего там секретничаете?
Настя приложила палец к губам:
— Мы сейчас, две минуты!
Когда она вошла в ванную, мальчики уже вытирались. В рекордном темпе они оделись, и Настя удовлетворенно кивнула:
— Ну вот, теперь не стыдно и перед гостями появиться! Лица у вас, конечно, редкостной красоты, но будем считать, что шрамы украшают мужчин! Вперёд и с песнями!
Виталька первым вошёл в зал и с громким криком бросился к Катерине:
— Бабуля!
Та обняла внука:
— Ах ты ж мой сладенький! Как же вырос! Хорошо кушаешь? Слушаешь папу?
Мальчик только кивал, принимая тонну поцелуев. Потом подлез к деду, разгладил его усы:
— Деда, когда ты меня на тракторе покатаешь?
— Вот летом приедете, и покатаю…
Артём робко жался к Насте, и Катерина любопытно поинтересовалась:
— Ну, а ты кто ж такой будешь?
— Артём, — дрогнувшим голоском ответил тот, прячась за мамину спину. Вова потянул его за руку:
— Давай, не жмись, Тёмыч, иди знакомиться!
Катерина притянула мальчика к себе на диван:
— Ну, давай рассказывай, сколько тебе лет, как учишься, всё-всё рассказывай бабе Кате!
Настя оставила их в беседе и подсела к Вове:
— Всё в порядке?
— Всё пучком, солнышко! — он чмокнул её в щёку. — Я же говорил.
Она кивнула, накладывая в тарелки ужин для мальчиков, потом прислонилась к Вовиному плечу:
— Всё пучком…
Приём окончился поздно вечером. Настя вроде и не делала ничего особенного, спала до обеда, но уже в полдесятого почувствовала, как противные мурашки, такие гадкие судороги усталости, заковывают её ноги в цепи. Она терпела, сколько могла, но не выдержала, погнала мальчишек спать и, пользуясь случаем, прилегла рядом на десять минут, чтобы только вытянуть ноги. Утомленные долгим днём, братцы-кролики уснули почти мгновенно, и Настя тоже начала хлопать ресницами, чтобы не пасть смертью храбрых против сна.
Ей удалось-таки встать, надо же Вовиных родителей проводить. Неслышно, чтобы не разбудить святую троицу, она вышла в коридор и застыла, услышав тихую беседу в зале. Говорила Катерина:
— Я тебя понимаю, сынок. Тебе с ней хорошо, и всё такое, да ещё и ребёночек теперь… Но интернатская! Родителей нету, значит, помогать вам будем только мы.
— Мама… — недовольно протянул Вова.
— Не надо мамать! Двое детей, которые не от тебя, это огромная ответственность! Сплошные разводы из-за этого! А вот хорошая деревенская девушка…
— Мама! — всё же перебил её Вова. — Деревенская у меня уже была, и я вам не буду рассказывать, во сколько мне обойдется развод и все бумаги!
— Ну не знаю… Где ты умудряешься их найти?
— Сам в шоке! — усмехнулся Вова. — Слушайте, я всё понимаю, но Настя — самое лучшее, что могло со мной случиться, и я намерен провести с ней остаток жизни. Со Светкой мне такие мысли даже в голову не приходили!
Настя неслышно сделала три шага назад и брякнула ручкой от двери в комнату. Потом, уже не таясь, вошла в зал:
— Уснули как убитые!
Вова, видимо, ещё под впечатлением от разговора с матерью, притянул Настю к себе и обнял:
— Всё, отдыхай, солнышко!
— Ладно, дети мои! — Катерина хлопнула ладонями по ляжкам и встала. — Нам пора, путь ещё, а завтра всем вставать рано!
Она толкнула в плечо задремавшего деда и ласково обняла Настю:
— Всё, благославляю вас на совместную жизнь, даже если вы в этом и не нуждаетесь!
— Нуждаемся, — возразила Настя тихим голосом, и свекровь похлопала её по плечу: