Страница 9 из 111
- Странно. И, судя по твоей ауре, ты еще и обновилась. Хотя по идее должна лежать, причем не меньше трех дней. Да, и что это за одежда на тебе, у сестры взяла?
- Простите, я не успеваю за вами, - притормозила я, - что значит обновилась и причем здесь сестра? Я сама её соткала, долго и мучительно. И у меня только брат, и тот младший.
- Судя по яркому цвету ментального тела, ты участвовала в обряде, так?
- Ну, я там подпела немного…
- Очевидно, довольно успешно. А одежда на тебе замужней молодой женщины, хотя, раз ты совершила переход огня, мужчина тебе неведом. Макошь[2], что сидит на твоих поликах[3] надевают только после свадьбы.
«Вот те раз! Кто ж знал, что тут всё так строго?»
- Я была не в курсе. И что, мне теперь его и носить нельзя? – да уж, великий труд, ничего не скажешь.
- Почему? Потом поносишь, после замужества. Работа хорошая.
- Судя по всему, в ближайшее время мне это вряд ли грозит.
- Пусть лежит, всё равно это обрядовая одежда, что надевают только по большим праздникам, - недоумённо пожала плечами женщина, - годом раньше годом позже... Не беспокойся, мы тебе что-нибудь подберём. Меня больше интересует, почему ты так хорошо себя чувствуешь?
- Не имею ни малейшего понятия. Я и про переход ничего не знала, просто прыгнула через костер и обожгла ногу.
- Ты хочешь сказать, что случайно прошла сквозь Грань? Без посторонней помощи? Далеко не каждый маг может это сделать, тем более в твои года, – взгляд хищно прищурился и стал ещё более внимательным, - сложность в том, что к тому времени, когда чародей достигает нужной для перехода силой, от невинности давно ничего не остаётся. Поэтому чаще всего это командная работа, сложная, рискованная и очень редкая. Сколько тебе?
- Двадцать один.
- Сколько? И ты ещё не замужем и девственница?
- Ну, там, откуда я родом, замуж рано особо не торопятся, - лёгкий румянец смущения предательски окрасил щёки, - тем более, я только что окончила институт, заниматься этим вопросом было некогда, студенты не в счёт – выбирать не из кого.
Признаться, обсуждать отсутствие личной жизни было не особо приятно. По меркам современного общества с тобой явно что-то не так, если у тебя нет отношений, тем более, когда уже давно за восемнадцать. С другой стороны, заводить их ради галочки не хотелось. Но у Пелагеи был такой пронзительный взгляд, что я поспешила выложить всю информацию.
- А насчёт интимной жизни – тут всё просто и немного печально: те, кто нравился, не обращали на меня внимания, а кто обращал, уже не нравился мне, - с грустью призналась я.
- Так просто? А замуж разве не надо для начала выйти? – шокировано спросила Марина.
- У нас не обязательно.
- Бардак какой-то! Хорошо, что ты теперь здесь, - строго сказала ведьма и грозно посмотрела на свою дочь. Не то, чтобы та меняла парней, как сношенные лапти, но так, на всякий случай. - Коли не говорить, сколько тебе лет, за семнадцатилетнюю сойдешь. Если честно, я тебе больше и не дала бы.
- Спасибо, конечно, но, может, лучше обратно? Что я здесь делать буду? Я ведь ничего не умею, только ткать немного.
- Научим, - с улыбкой ответила Пелагея, - всё равно раньше следующего Солнцестояния ничего не получится. Будете с Маришкой травки собирать, от прополки тоже не откажусь. И, кстати, тебе очень повезло с переходом, ты сильно рискуешь в новой встрече с огнем, может не хватить сил. Я вообще пока не понимаю, как ты так легко прошла. Главное, никому об этом ни слова, для всех ты – моя племянница.
- Маам, - виновато протянула Марина, - Фока знает… я ему нечаянно сболтнула.
- Ну почему именно ему-то? - поморщилась Пелагея, - Вот уж у кого язык грязнее чернозёма.
***
Обсуждая детали легенды о псевдородстве, мы стали перебирать травы, которые собрала моя новая тётя этой ночью. Попутно она объясняла их назначение и практическое использование. В ответ я показала мёртвые мобильник и фотоаппарат. Поскольку те не работали, впечатления особого не произвели, разве что описание функций. Пелагея азартно выспрашивала принципы работы, грозясь «слить» информацию некоему Радиславу. Но больше всего гостеприимных травниц заинтересовал паспорт. Кириллицу они не поняли, ибо никто её здесь не создавал, ведь с Византией, насколько я поняла, не завязалось, по крайней мере, в религиозном аспекте[4]. Зато фотография слегка приплюснутой от неудачно выставленного света физиономией (а у кого, скажите, по-другому?) явила наглядное подтверждение моих слов относительно технического прогресса. Добравшись в процессе разговора до основ электричества, я долго и упорно пыталась их вспомнить, а потом понятным языком описать принципы его действия и способы производства. На что Пелагея затейливо выругалась и зажгла светлячок лёгким щелчком тонких пальцев.
- Надо же, как всё-таки голь на выдумки хитра, - качала она головой, - добывать энергию таким извращённым способом!
- Красиво жить не запретишь, - отшутилась я, решив не упоминать «красоты» Чернобыля.
- А вообще, перспективненько, - в задумчивости та сунула в рот веточку чабреца, - но муторно. Ладно, ещё вот эту кучку обработаем и спать!
К слову сказать, кое-что о травах я уже знала от своей мамы и одной знахарки, с которой познакомилась в этнографической экспедиции и провела пару дней. Посчитав это хорошим началом, Пелагея стала гонять нас нещадно в лес, натаскивая в травоведении. Маринка практически всё уже выучила, и именно она стала постоянной спутницей. Мы сильно сдружились, так что теперь никто уже не сомневался в нашем мнимом родстве. Фоке мы с умным видом скормили версию нового типа транспортировки начинающих ведьм агунинского производства. Он поверил, или сделал вид, угрюмо косится, по крайней мере, не перестал.