Страница 57 из 96
Теперь уже двигались десять минут, а потом пять минут отдыхали. Васька достала мобильник и вздохнула: они шли уже три часа. А продвинулись от силы на два километра. А ведь силы не прибывали, Васька уперлась ладонями в колени, стараясь хоть немного отдышаться и передохнуть. Долго стоять на ветру тоже не стоило: они разгорячились во время ходьбы, а простуда сейчас была бы совершенно лишней.
Вокруг по-прежнему падал снег, и все напоминало бугристый белоснежный ковер. Васька вдруг подумала, что еще немного и возненавидит этот цвет. На глаза навернулись злые слезы. Девушка тихо всхлипнула и быстро вытерла предательскую влагу со щек. Ну уж нет, она себя не покажется слабой истеричкой, не упадет в глазах Елисея. Почему-то мнение парня было для девушки необычайно важным. Даже важнее, чем Пашкино.
Отдохнули и снова вперед. На этот раз впереди шла Василиса. Долго тыкала перед собой лыжной палкой, стараясь понять, камни там или что-то другое. Вроде все было нормально. Девушка подумала и сделала шаг. Тут же провалилась по плечи и взвизгнула от неожиданности.
— А чтоб тебя! — рявкнул Пашка, идущий следом. — Хватайся за палку. Ты куда смотрела?
— Мне показалось, там камни! — Васька попыталась высвободить руку из снежного плена, но не смогла. — Не получается!
-Давай, иначе зубами будешь хвататься.
— Попробуй схватить ее за шиворот. — посоветовал Елисей из-за спины.
— Не дотягиваюсь.
Василиса извивалась под снегом, стараясь высвободить хоть одну руку. Но силы почти кончились, плюс навалился страх. Девушка не выдержала и прохныкала.
— Не могу! Паша, у меня сил нет! — в голосе чувствовалась паника. Глаза снова стали мокрыми.
— Найди силы, — вместо Пашки отозвался Елисей. — Ну, давай, ты профи или тупая курица, которая лыжи для понтов нацепила?
— Вась, собери все силы, — Паша еще сдерживался, но и Страйку не мешал. Пусть лучше разозлит девушку.
А Елисей не стеснялся в выражениях:
— Давай, давай, слабачка, напряги мускулы, если они у тебя есть. Или ты только для подстилки годишься?
Тут уже Паша обернулся и взглядом дал понять другу, чтобы тот не перегибал палку. Но не успел Страйк шепнуть в ответ: "Извини, злим как умеем", — как вдруг Васька разозлилась, да так, что рывком высвободила руку и вцепилась в палку. Еще через минуту она уже стояла рядом с парнями и, судя по взгляду, собиралась вцепиться ногтями в физиономию Елисею.
Парень ничуть не испугался грозного вида спутницы:
— О, пришла в себя. А теперь давай топай вперед.
— Ну ты козел! — Васька решила не демонстрировать при брате свои познания в народном русском.
— Я козел, ты — козлиха, так что давай, родственница, топай вперед, — Елисей сунул ей в руку палку. — Сейчас у нас у всех перемирие. Вернемся домой — будешь мстить.
— Вася, успокоилась и пошла вперед, — Паша поддержал друга. — Сейчас не время для обид.
Девушка это прекрасно понимала. Поэтому, ограничившись еще парой ругательств в адрес Елисея, Васька взяла палку и снова пошла впереди процессии. Правда скорость снизилась еще больше, так как девушка проверяла покров перед собой с еще большим вниманием. Но зато ее страх исчез, уступив место злости и сосредоточенности. В глубине души девушка догадалась о цели "нападок" Елисея. Что ж, он своего добился — Василиса едва от злости не дымилась. Это она подстилка?! Это она курица на лыжах?! Девушка не выдержала и обернулась, отыскала взглядом Елисея и рявкнула:
— А ты тогда небритая кастрированная кобелина!
— Я? — обалдел Паша, шедший следом за девушкой.
— Нет, он! — Василиса ткнула пальцем в ухмыляющегося Елисея. Тот едва удержался от фразы: "Я тебе покажу, какой я кастрированный", вместо этого шутливо отсалютовал и сообщил.
— Не отвлекайся, фантазерка.
***
Домик вынырнул из снежной круговерти, словно оазис в пустыне. Идущий впереди Паша сначала не поверил своим глазам. Даже немного испугался за свой рассудок, решив, что начались галлюцинации. Васька приняла осколок скалы за йети, а он вот спутал голый камень с домиком.
Темное пятно, оказавшееся чуть в стороне от их маршрута, при приближении и правда оказалось небольшим деревянным домиком.
— Я б заплакала, да слезы и сопли замерзнут, — Василиса замерла, прижав к груди лыжные палки. — Мальчики, там ведь люди живут!
— Вот это вряд ли, — отозвался Елисей. — На жилое данная хибара не тянет.
— Да и занесенная вся. — Пашка прищурился, нерешительно проговорил. — Хотя, вон там вроде как пройти можно.
И правда: к домику вели камни, выступавшие из снежного покроя, как панцири черепах. Елисей с Пашей недоуменно переглянулись: ветер дул таким образом, что эти камни наоборот должно было давно замести. Неужели там правда живут люди? Слишком сомнительно: из трубы не шел дым, вокруг не наблюдалось никаких следов человеческой жизни.
— Идемте, — Василиса не заморачивалась по мелочам. — Ну вон же дорожка!
— Ага...дорожка, — проворчал Елисей, но все де рискнул первым свернуть к дому. — Надеюсь, там не Баба Яга живет.
— Там йети! — Васька поспешила за парнем.
Конечно, никакого йети там не нашли, впрочем, как и людей. На двери висел массивный, чуть ржавый замок. Так что парням пришлось выломать дверь.
Внутри, конечно, все обледенело, окна оказались затянуты изнутри толстым слоем льда. Но тут не было ветра, и Ваське показалось, что она попала на курорт. А найденные в углу дрова и вовсе подняли настроение на заоблачную высоту.