Страница 56 из 96
Пашка посмотрел на сестру. Та моментально ощетинилась.
— А вы тут меня слабым звеном не считайте. Паш, прости, но я за то, чтобы идти вперед.
Горячие споры продолжались еще около часа. В результате два голоса оказались за то, чтобы уходить с места ночевки, а один вначале горячо протестовал, но затем решил воздержаться. Все равно напор Васьки и Елисея мало кто смог бы выдержать.
***
Оказалось, что принять решение об уходе гораздо легче, чем его выполнить. Камни, по которым можно передвигаться, занесло снегом, приходилось отыскивать их на ощупь. Для этого использовали лыжные палки. Шаг в сторону грозил провалом в снег по пояс или даже по шею.
Передвигались чрезвычайно медленно. Тот, кто шел впереди сменялся каждые два часа. Приходилось тщательно прощупывать снег лыжной палкой, прежде чем сделать шаг. В таком темпе друзья за час продвинулись метров на пятьсот и выдохлись. Особенно тяжело приходилось Елисею, идущему впереди. Пришлось Пашке, шедшему за ним, сказать.
— Будем меняться каждый час. Сейчас я начну тропить.
— Давайте отдохнем, — взмолилась Васька, чувствуя, как по спине бегут струйки пота. Ноги по колено утопали в снегу, ботинки казались неподъемными, хотелось лечь и немного поспать. Девушка с завистью посмотрела на Елисея, сноубордические ботинки которого были куда легче и удобнее, чем горнолыжные.
— Пять минут отдыхаем, — Страйк перехватил Васькин взгляд и предупредил. — На снег не садиться.
— Я по-твоему лошадь, чтобы дремать стоя? — возмутилась девушка.
— А я тебе не разрешаю спать.
— Паша, он что такое говорит? — Васька посмотрела на брата. Тот снял шлем и брезгливо обнюхивал его внутреннюю поверхность. Потом достал из рюкзака шапку и надел ее, только потом ответил.
— Делай, что он и я тебе говорим.
Василиса возмущенно запыхтела: она не привыкла, чтобы ей командовали. Но, похоже, в данной ситуации следует запихать амбиции поглубже и временно стать послушной девочкой.
После короткого отдыха снова отправились в путь. Теперь впереди шел Пашка. Двигались еще медленнее, через каждые пятнадцать минут устраивали короткий отдых, экономя силы.
Небо оставалось серым, так же сыпались крупные хлопья снега, при каждом холодном порыве ветра норовящие забиться под куртку и запорошить глаза. Васька то и дело поднимала взгляд наверх, словно надеялась, что произойдет чудо, и тучи уйдут, освободив место солнцу.
— Блин, я точно не выберу свадебное платье белого цвета, — пробурчала девушка и идущий впереди Пашка обернулся.
— Ты чего бубнишь?
— Про свадьбу думаю.
Брат покрутил пальцем у виска и отвернулся. Остановился и принялся осторожно ощупывать снег впереди. Палка проваливалась подозрительно глубоко, и парень тихо ругался, стараясь нащупать где прячутся камни.
Василиса, дожидаясь, пока можно будет идти дальше, оглядывалась по сторонам. Страх перед лавинами не то, чтобы ослабел, но немного притупился. Нельзя же бояться каждую минуту. Девушка кинула взгляд налево, вздрогнула и невольно отступила в сторону и тут же провалилась по пояс в рыхлый снег.
— Спятила? — Елисей немедленно выхватил у нее лыжную палку. — Цепляйся. Эй, ты чего?
Девушка, с круглыми от ужаса глазами, тыкала пальцем куда-то ему за спину. Наконец выдавила из себя, стуча зубами.
— Т-т-там этот...й-й-йети!
Паша и Елисей быстро обернулись туда, куда показывала Васька. Нет, в йети они не верили, но девушка выглядела такой испуганной, что парни и сами невольно заволновались.
Далее последовала секундная пауза. Затем взгляды друзей поменялись с вопросительных на откровенно ехидные.
— Йети? — Елисей едва удержался, чтобы не треснуть девушку палкой по шлему. — А ну выбирайся из сугроба, йетиха.
Василиса растерянно заморгала и подумала, не нырнуть ли в снег с головой. Видимо пережитый стресс, горящие от недосыпа глаза и окружающий пейзаж сыграли с ней злую шутку. Неподалеку торчал обледеневший кусок скалы. Густой снегопад и порывы ветра исказили его так, что девушке почудилось, словно он мохнатый и шевелится. Васька жалобно округлила глаза: ну ведь правда шевелился! Она же не чокнутая. Тут девушка покосилась на очень злых спутников и со вздохом ухватилась за протянутую лыжную палку. Поняла, что лучше помолчать и сделать вид, будто чувствует себя виноватой.
Но все равно, когда отправились дальше, не выдержала и быстро оглянулась на камень. Странно, Васька была уверена, что он стоял гораздо ближе, чем сейчас. Девушка моргнула, сбрасывая с ресниц снежинки, и прищурилась. Нет, камень не шевелился, как ему и полагалось. Но все же девушка чувствовала, словно упустила из виду нечто важное. Не могла она так ошибиться и спутать живое существо с камнем. Или могла?
— Йети, блин, — ворчал Пашка, врубаясь в снег. — Начиталась всякой фигни, ты еще тут эльфов найди.
— Нет, — присоединился к нему Елисей. — Йети и есть эльфы, они просто живут в холоде, поэтому стали волосатыми.
— Да они даже волосатые в сто раз красивее тебя, — не выдержала Василиса. Парни уже минут десять издевались над ней, даже взбодрились как-то.
— Все, я понял, — пропыхтел Елисей за ее спиной. — Ты просто извращенка, детка, тебя возбуждают двухметровые волосатые чудовища.
— Ты только что описал большую часть мужского населения, куда попадает и мой брат. Получается, Алена извращенка?
Пашка услышал, захохотал, но тут же умолк, чтобы не сбить дыхание. Но помолчать не попросил. Во время такой шуточной перебранки передвигаться оказывалось чуть легче.
Правда, минут через пять Васька и Елисей умолкли, устали и бросили все силы на преодоление сугробов.