Страница 4 из 176
***
Поигрывая желваками, Адэр смотрел в окно. На дворцовой площади толкалась и шумела толпа в ожидании вина и угощений.
Личный костюмер Макидор, одетый по моде завтрашнего дня, — остроносые туфли, штаны с мотнёй на уровне колен, узкий пиджак на голом торсе, атласный платок на тонкой шее, — ползал у ног Адэра, выравнивая низ брючин.
Личный секретарь Гюст, совершенная противоположность своему господину — низкорослый, с торчащим брюшком и покатыми, как у женщины, плечами, — охрипшим от волнения голосом зачитывал список дворян, приглашённых на бал.
— Довольно, — произнёс Адэр. — Я всё равно их не запомню.
Выхватил из подрагивающих рук секретаря бумаги и, скомкав, бросил в угол.
Гюст вытащил из кармана сложенный вчетверо лист, расправил в местах сгибов и протянул Адэру:
— Это ваш ответ на поздравление Великого.
— Чем тебя не устраивает моя речь, которую я произношу каждый год?
Гюст состроил виноватую гримасу:
— Ежегодное «благодарю» — это не совсем речь.
— А ежегодная проповедь — это не совсем поздравление.
В комнату заглянул слуга:
— Ваше высочество! Объявили Великого.
Перешагнув через костюмера и оттолкнув локтем секретаря, Адэр вышел из комнаты.
Стоя перед помостом, он с вызовом смотрел на своего великого отца. Восседая на троне, Моган бесстрастно взирал на своего непутёвого отпрыска.
— Я помню твой первый крик, первый шаг, твоё первое слово…
Адэр изогнул бровь. Если кто-то до сих пор это помнит, то уж точно не отец. Скорее няньки, заменившие умершую мать.
— …твою первую конную прогулку…
Адэр сузил глаза. Зачем отец кривит душой? Ведь это хранит в памяти только гувернёр.
— …твой первый научный трактат.
Адэр хмыкнул. Этого не помнят даже учителя.
— Мы всю жизнь делаем что-то впервые, — понизив тон, проговорил Великий и ещё тише добавил: — Ты был чудным ребёнком.
Адэр приготовился услышать указания — как ему жить, к чему стремиться, — а отец погрузился в себя, и казалось, забыл, где находится. Гости несмело зашевелились. С озадаченным видом покосились друг на друга.
— За двадцать пять лет, как все успели заметить, ты вырос, — наконец сказал Великий.
Прозвучали тихие смешки и тотчас смолкли — на лике короля ни один мускул не дрогнул.
— В кресле наследника тебе уже тесно.
Адэр пошатнулся. Отец уступает ему престол?
— А посему я дарю тебе, мой сын, трон знания, власти и правления. Твори закон и верши правосудие, разрушай и созидай.
Великий обвёл изумлённых гостей тяжёлым взглядом, остановил его на сыне. За несколько коротких секунд Адэр сто раз пожалел, что не выучил ответную речь на поздравление отца.
— Отныне — ты правитель Порубежья.
Адэр вытянулся как струна. Сколько же стоило сил собрать мысли воедино, сколько же потребовалось напряжения, чтобы голос прозвучал громко и твёрдо:
— Благодарю.