Лунный плен

 - Лия, напомни, что ты говорила про Лазурный архипелаг, - я устроилась поудобнее рядом с Кайлом - в его присутствии любая угроза казалась незначительной.

- Это обиталище древних драконов, госпожа, - охотно отозвалась Тень.

- И ты уверена, что у них Дары будут в безопасности? - перехватив понимающий взгляд истайра, я продолжила, - не мог ли этот дракон быть охотником?

- Ничего нельзя исключать, но у драконов нет причин Вас преследовать, - Тень пожала плечами как простая девчонка, - они слишком другие.

Интересно, что она подразумевала? Слишком древние? Равнодушные к людским интересам?

- На днях кто-то оставил послание на окне, "Мы уже близко", - подал голос Кайлин, и я пожалела, что не села на тюки с сушеным сеном рядом с Лией - бархатный голос прошел по шее волнующей дрожью, - могла ли это быть магия драконов?

- Пожалуй, она на такое способна, - задумчиво проговорила Тень, - но зачем первородным применять ее против людей?

Кто бы ответил... На этот вопрос, да и на все остальные заодно.

- Если это был охотник, то некто оказал нам услугу, - Кайл сел, подперев рукой подбородок, - вопрос - зачем? Тут я, пожалуй, соглашусь с отсутствием связи между нами и погибшим.

Глядя ему в глаза, я видела отражение своих мыслей. Лия говорила о трех тенях-"охотниках". Первый охотник - и бывший заказчик - Майра. Второй неизвестен, но его покрывает связной Кайла, и пока истайр при исполнении Заказа, не должен проявлять недовольства. Он не может чинить препятствия, ему это попросту невыгодно. Напротив, в его интересах...помочь! А третий...неужели дракон?!

Нет, Тень говорит, что драконам Дары без надобности, что Архипелаг - единственное место, где с ними можно жить, никого не опасаясь. И тогда вообще непонятно, что заставило первородного покинуть свой дом. И кто тогда схватил Феликса? Зачем? Может, и вправду очередные мятежники?

Голова начала гудеть, как бывало в детстве, когда отец показывал интересную, но сложную головоломку.

- Лия, а твоя богиня? Не могла ли она, - я замялась, подбирая слова, - попытаться нас запутать?

- Сожалею, Госпожа, но о ней я ничего не помню.

Снаружи приближались голоса, и Тень, моргнув багряной искрой, исчезла. Кайл тоже поднялся на ноги, увлекая за собой меня.

- Дия, мы найдем ответы.

- О боги, какое святотатство, теперь идти в храм да грехи замаливать, - старушечье восклицание донеслось ближе, - это знак, что нагрешили мы. Шибко нагрешили!

- Не глупи, Мерла, - возразил голос помоложе. Дверь толкнулась, впуская морозный воздух и двух женщин. За ними вбежала девчушка, лет девяти.

Кайл откланялся и покинул фургон.

От обеих ему достались заинтересованные взгляды, а розовощекий ребенок восторженно запрыгал на одной ножке.

- Я же говорила, говорила!

Мои попутчицы - Мерла и Карла - приходились друг другу сестрами, хотя неискушенный глаз мог бы принять их за мать и дочь. А малышка Смея, которая прежде сладко спала на своем тюфяке и сейчас порядком меня удивляла своей оживленностью, была дочерью Карлы.

- Что ты говорила, милая? - я наклонилась к девочке, и она поймала мою ладонь, заставив вздрогнуть.

- Не слушайте ее, миледи, - виновато покосилась Карла, а я в который раз смутилась от того, как легко меня вычислить среди народа. Не в последнюю очередь благодаря эльфийской одежде - тонкой и легкой по сравнению с платьем селян. Носик Смеи едва выглядывал из обилия платков поверх плаща из вареной шерсти.

- Черный дракон, лунный эльф, кровавый престол, - горячо зашептали невинные детские уста - тем тоном, каким подругам открывают секреты. Слова падали мне в сердце, распускаясь ледяными цветами инея.

- Смея, о чем ты? - я с трудом разомкнула бескровные губы.

- Не слушайте, миледи, у нее это...случается, - Карла осенила себя солнечным знаком.

Мерла словно только ждала момента, чтобы нацелить на девочку крючковатый палец и заверещать:

- Блаженная, блаженная твоя дочь! И ты, Карла, еще в храм идти не желаешь! Нагуляла дитя, так ступай грехи отмаливай!

Стены, обтянутые шкурами, покачнулись, но я чудом удержалась на ногах. Вполне может быть, что девочке на самом деле прямая дорога в храм - помощницей жрицы. Саймон говорил, что стихийные видения порой встречаются у людей. "В пресвятых ладонях Верховной Жрицы вещая вода. Иногда она расплескивается, и крохи подбирают люди - не ведая, не знаючи..." Мне уже было жаль девочку, потому что блаженное неведение всегда заканчивается. И обычно рано, чем поздно.

Караван тронулся, женщины усадили девочку подальше, насколько позволяло ограниченное пространство, а я старалась задремать и не думать о странном "пророчестве". Хмурый сон почти забрал меня в свои неуютные объятия, когда лежанка прогнулась под чьим-то весом, и я инстинктивно подскочила.

- Тсс, - Смея приложила пальчик к губам. Ее глаза в пол-лица блестели в локте от моего.

- Смея, ты почему не спишь?

Ее родственницы сопели так, как только может человек с чистой совестью.

- Хочу рассказать, что видела, - глаза снова загадочно блеснули, как у большой кошки, - матушка и тетушка мне не верят. А я видела Вас, миледи.

- Ты видела сон? - я выпрямилась расправившейся пружиной, - расскажи мне.

- Да, миледи. Я видела Вас и истайра, которого принимают за человека.

Она так свободно об этом говорит! Я вздрогнула, но тюфяки под Карлой и Мерлой продолжили сотрясаться как ни в чем не бывало.

- И дракона, - продолжила Смея.

- Ты видела, кто его убил? - сердце ускорило темп, как лошадь, учуявшая воду. Неужели ответы рядом?

Девочка покачала головой.

- Нет, но я видела, что дракон направлялся к каравану. А потом был трон, он утопал в крови, - Смея подтянула колени к груди и всхлипнула, - мне страшно.