Пурпурные грозы

– Когда их станет больше, придется уносить ноги, – отозвался Дэр. – Но пока мы в относительной безопасности. Здесь нет щелей, значит, змеи и красные черви не проникнут. Окон тоже нет, пауков можно не бояться. А для коряг дверь слишком узкая.

– Остались призраки, – сказала Рида шепотом. – О, предки! Сохраните нас! Не дайте раньше времени уйти во мрак...

Она продолжила шептать молитву, а я поглядела на Дэра. Он то и дело косился на призраков, словно сдерживал их взглядом.

– Как долго мы сможем сидеть здесь?

– Пару часов, милая. Главное, пережить пик. Возможно, даже не придется удирать, но на это я не надеюсь.

Я кивнула. Надежда таяла вместе с зеленым туманом, сделавшим свое дело и теперь отступавшим обратно в лес. 

Вряд ли прошло два часа. Я встрепенулась, когда Дэр сжал мои плечи.

– Милая, очнись. Нам пора.

– Боги, не оставьте, – шептала Рида. – Спасите нас светом!..

Я открыла глаза и перестала дышать. Оказывается, с потолка свисало уже с десяток призраков. Еще трое застряло в двери, один валялся на лестнице в несуразной поломанной позе, и, как изваяния, четверо застыли по углам…

– Медленно к двери, – приказал Дэр. – Побежим – они нападут.

Один из призраков отделился от общей массы, и, шлепнувшись лицом вниз, пополз за нами. Я старалась не смотреть, как бледные руки цепляются за дощатый пол.

Дикрин открыл дверь, и поначалу мне показалось, что на улице будет лучше. Свежий воздух отрезвлял, ветер немного затих, и квакали в пруду лягушки. Ничего страшного…

Но наваждение вернулось вместе с черными тучами, которые затеяли на небе медленный танец. Тела их раздувались и сталкивались, а головы вращались вокруг своей оси, словно доказывая прекрасную осведомленность. Вам не скрыться, – зашептал камыш. Мы смотрим во все стороны света, – отозвались черные облака.

– Туда! – сказал Дэр, и мы побежали. Сапожки на толстом меху имели низкий каблук, и я неслась стремительно и бодро. Пока он рядом – всё будет хорошо. Пока мы вместе – ночь не прикажет сдаться.

Следом донесся разочарованный хор голосов.

– Они привязаны к дому, – сказал Дикрин. – Не могут выйти, пока властелин не позовет.

– Кто это – властелин? – всхлипнула Рида.

– Главный над нечистыми, – ответил парень. – Говорят, порой он ходит вместе с ними по долинам и выбирает себе рабов из людей.

– Расчетливый товарищ, – сказал Дэр.

Мы остановились у озера перевести дух. Место оказалось ещё более жутким, чем глухой подвал, полный призраков. Сухие деревья скрипели на ветру, и на стволах проступали горестные лица, а вода покрылась ослепительной белой рябью. Луна все видела и была довольна результатом своих усилий. Её улыбка стала торжествующей.

Я ощущала какой-то гул, шедший из-под земли.

– Если что – вы побежите в сторону леса, – сказал Дэр слугам. – Видите там светлое дерево? Заберетесь на него и будете тихо сидеть. На березу нечисть не полезет.

– Может, тогда сразу туда? – хрипло спросил Дикрин.

– Уже не успеем, – отозвался Дэр, и рука его напряглась. – Но если появится возможность – удирайте.

Теперь земля сотрясалась, будто в сторону гостиницы неспешным шагом брел великан, и вскоре стало ясно, что у нечисти действительно есть предводитель.

Тяжело топая, к нам шло нечто несуразное, похожее одновременно на медведя и на бревно. Я знала, что такие существа появляются, если возле дерева в мучениях умер зверь, и душа его, мечась, скользнула в поисках укрытия внутрь древесины. Казалось, перед ним сейчас расступятся засохшие деревья, но чудище само обошло их. Оно превосходило Дэра и шириной плеч, и ростом, было огромным и темным. Крошечные розовые глаза бегали туда-сюда, словно никак не могли осознать окружающий мир. Кругом него порхали огромные комары, от вида которых хотелось плакать. Неужели они ещё и садились на людей?.. Почему всего за несколько дней я увидела столько жутких существ? Неужели то была расплата за обретенное счастье?

Чудище остановилось в нескольких шагах от нас и каждого по очереди рассмотрело. Я слышала, как тоненько всхлипывает Рида, и сама была на грани истерики. Сколько до рассвета? Небо оставалось темным и злым.

– Странные нынче люди пошли, – вдруг сказало существо сухим голосом. – Ни вопят, ни убегают.

Я прижалась к Дэру, не зная, что на такое ответить.

– Тебе от нас что-то конкретное нужно? – спросил Магици так, словно разговаривал с обычным собеседником, попросившем об услуге. 

– Носитель дара, – хмыкнул монстр. – Не ожидал тебя здесь встретить. Да, мы вообще-то пришли за страхом.

– От меня вы его точно не получите.

Монстр загоготал. Если бы не его желание всех нас погубить, он бы показался мне забавным…

 – Красивая у тебя женщина, – между тем сказал он. – Разве что мелковата и пахнет от неё странно. Вторая так вообще крошечная, с неё и крови много не выпьешь. Я люблю покрупней.

– О вкусах не спорят, – усмехнулся Дэр.

Чудище поскребло корявой шестерней замшелый затылок.

– Что-то непохоже, что это твоя женщина. Вы, люди, так всё усложняете…

– Ваша жизнь действительно проще, – согласился Дэр. – Но едва ли интересней. Шляетесь, народ пугаете. Единственная забава – кого-нибудь сожрать или покалечить. То ли дело человеческие создания – у них и хитрость, и коварство, и нежность с трепетностью. Ненависть и любовь, такие четкие деления, а между ними – целая бездна чувств.