Страница 68 из 94
Мария сладко потянулась и посмотрела на будильник. Шесть тридцать. Она проспала почти десять часов и проснулась совершенно здоровой. Может, рассказать об этом Вадиму? Вдруг, сам того не зная, он и впрямь обладает терапевтической способностью?
Или не стоит?
Вадим не воспримет ее слова всерьез. Рассмеется: конечно, у меня есть такая способность – как у любого любящего человека. Пара часов горячих объятий заменяет полноценный курс лечения. Это открытие ученые сделали давно, сейчас оно проходит тестирование на животных.
Кстати, о животных. Интересно, как Светофор пережил свой вчерашний позор. Утром, на озере, она открыла счет, а через час, с помощью блестящей передачи Вадима, забила еще один – победный – гол.
Мария повернулась на бок и положила под голову ладонь.
Эта игра – эта война – была противоестественна ее сути. Если бы только представился шанс поставить точку и просто разойтись… Но проще поверить в существование Деда Мороза, чем в такую возможность. Действия Светофора не подчинялись логике – он стал ее врагом так же внезапно, как и другом, – зато имели определенное направление: от плохого к худшему. Остановить Шикунца не могло ни время, ни расстояние. Но, может, с этой задачей справится Вадим? Потому что он – и в этом Мария не сомневалась – сильнее и времени, и расстояния.
А потом мысли совершили крутой поворот, и налетели на железобетонный факт: соревнования состоятся уже завтра. Почти неделя без тренировок не прошла даром: не ощущалось той особой, едва уловимой натянутости мышц, легкости, упругости, тонуса – но не зря же именно сегодня ее сон оборвался за час до будильника. Мария бросилась переодеваться.
До занятий в школе она успевала минут на тридцать забежать в бассейн. Такая неожиданная смена графика позволяла убить сразу двух зайцев: во-первых, к самому открытию приходит мало людей, возможно, даже получится поплавать в одиночестве. А во-вторых, в такое время, скорее всего, не будет Антона. Все складывалось идеально.
Она собралась за десять минут и вылетела на улицу.
Морозный ветер дунул в лицо. Мария спрятала руки в карманы и посмотрела по сторонам: пара горящих окон, дорожка фонарного света – все остальное пространство заполняла темнота. Неуютно и тревожно. Она свернула за угол и, пройдя несколько десятков метров, резко обернулась – никого. Так и должно быть. Даже если Светофор не уехал из города, сейчас ему, наверняка, снится десятый сон. Остается надеяться, это жуткий кошмар с участием разгневанной рыжеволосой девчонки.
Мария улыбнулась. Обернулась снова. Стоило заканчивать эти шпионские игры: просьба Вадима о предельной осторожности была перевыполнена.
Очищенная асфальтовая дорожка вела к бассейну почти без зигзагов и петляний, и через пятнадцать минут Мария уже входила в раздевалку. Не успела она закрыть за собой дверь, как зазвонил мобильный телефон.
– С добрым утром! – бодро прозвучал любимый голос.
Обычно Вадим звонил ей перед завтраком, но сегодня немного опередил время. Наверняка, только вошел в дом после пробежки и снял спортивную куртку (шуршание в трубке подтвердило догадку); повесил ее на крючок (небольшая пауза); и, зажав телефон плечом, отвинтил крышечку бутылки с водой.
– Извини, если разбудил. Просто хотел убедиться, что с тобой все в порядке.
– В полном! – бодро подтвердила Мария, свободной рукой расстегивая кофту.
– Тогда буду у тебя минут через сорок.
– Можешь не торопиться, – Мария стала мерить шагами раздевалку. – Я не дома.
Пауза была гнетущей. Мария подготовилась к урагану, но пока местные метеостанции фиксировали лишь незначительное усиление ветра.
– И… ты?!
– Я тебя не слышу! – она посмотрела на дисплей. Из пяти делений горело только одно. – Плохо слышно! Я попала в «мертвую» зону.
– Хо…ший ход, Ма…! – Вадим был в ярости.
Она отошла подальше от душевой – никакого результата. Подошла ближе к двери – все равно одно деление. Рука непроизвольно сжала телефон: глупая, бестолковая коробка! К тому времени, как мобильник сообразит, что способен хорошо принимать сигнал, в раздевалке уже яблоку будет негде упасть.
– Встретимся в школе, – четко проговорила Мария, надеясь, что Вадим услышит ее. Немного помедлила, но все-таки сбросила вызов и отправила телефон в шкафчик.
Ей безумно хотелось перезвонить, объяснить, что все под контролем, успокоить – только Мария достаточно хорошо знала Вадима, чтобы понимать: дело закончится экстренной эвакуацией. А у нее были другие планы. Могут же у нее хоть когда-нибудь быть другие планы?
Вадим, конечно, разозлиться, но потом увидит ее – веселую, довольную, в целости и сохранности, – и все простит.
Милый, ранимый, заботливый – до сумасшествия.
Мария стала под душ, вода брызгами упала на лицо. Теплыми, как руки Вадима. Как его улыбка. Как вчерашний вечер.
…После происшествия со Светофором было решено отменить ночную прогулку, и остаток дня провести дома. Сначала они просто разговаривали – на кухне, полушепотом, всерьез. Затем – в ее комнате, смеясь и перебивая друг друга, – но так и не наговорились. Потом Мария, настроенная на откровения нежным светом настенной лампы, решилась почитать свои стихи.
Она сидела на ковре, сжимая в руках блокнот, и время от времени поднимала глаза на Вадима, словно хотела убедиться, что он не растворился в наполненном тенями воздухе. Потому что в такие чарующие, самые лучшие моменты, ощущение зыбкости, нереальности происходящего наиболее сильное. А Вадим лежал рядом, подперев голову рукой, и смотрел на Марию так, словно влюблялся заново. Потом она замолчала, листая страницы в поисках еще одного любимого стихотворения, и Вадим сам стал читать те, которые ему запомнились. Облаченные в его волшебный голос, стихи звучали, как послания из прежних веков, сочиненные какой-нибудь великой, но до сих пор неизвестной герцогиней. А потом у Марии поднялась температура, и Вадим отправился готовить чай с медом.