Страница 25 из 94
Следующие полчаса они говорили, в основном, о кино и книгах, и внутри Марии тихо постукивали шестеренки. Вадим снова был рядом. Его улыбка стирала плохие воспоминания, освобождая место для настоящего – чудесного, солнечного дня. Ему шла улыбка, она делала его похожим на обычного счастливого парня.
Казалось, Вадим и в самом деле был счастлив. Опавшие листья, нежный солнечный свет, легкомысленный разговор – все это явно доставляло ему удовольствие. Рядом с Марией он чувствовал себя легко и свободно.
Как с другом.
Это напоминание стало неожиданным и оглушительным, как рухнувший потолок.
Мария отвернулась. От разочарования защипало в глазах.
Поэтому он вел себя так сдержано и спокойно. Потому всегда оставался самим собой, а не старался понравиться. Поэтому не решался ее обнять – хотя она сама сделала первый шаг.
Просто друг.
Парень, который умеет держать обещания.
Возможно, эти сантиметры между их ладонями никогда не исчезнут – даже если она этого захочет. У нее просто не будет выбора!
Друг.
Ей стоило принять это, как факт.
Стук шестеренок смолк, осталась лишь глухая серая тишина.
Мария посмотрела на Вадима. Самоуверенный, решительный, красивый. Он даже не подозревал, какие страсти кипели рядом с ним – просто наслаждался приятной компанией. Он не усложнял жизнь.
В конце концов, друг – это больше, чем ничего.
Мария сделала глубокий вдох.
– Мы хоть успеем сегодня вернуться? Иначе мне крупно влетит.
– Успеем. В девять вечера будешь дома.
После третьего звонка дверь квартиры распахнулась, и худосочная брюнетка с глазами синими, как море, бросилась обнимать Вадима.
– Это Катя, моя кузина, – представил девушку Вадим.
«Не худосочная, а стройная», – тотчас же поправила себя Мария.
Брюнетка, наконец, выпустила Вадима из объятий, и Мария смогла рассмотреть ее диковинную тунику, расшитую красными цветами и браслет на запястье с миниатюрными перцами такого же цвета. Сестра не была красавицей – в модельном понимании этого слова, но источала такой дерзкий шарм, что отвести от нее глаза оказалось чертовски сложно.
– Знаешь, а ты был прав, она подойдет, – Катя повернула Марию за плечи спиной к себе. – Тебя же Маша зовут, верно? Ну-ка, сними куртку.
Поглядывая на Вадима, Мария повиновалась.
Катя продолжала ее вертеть.
– Волосы – просто супер! Распусти косу… Длинные, живые… Подстрижем только сантиметров пятнадцать, чтобы секущиеся концы убрать. – Катя теребила пряди, гладила, накручивала на палец. – Это не волосы, а расплавленное золото! Цвет – то, что надо, просто в яблочко! И подкрашивать не придется, только слегка завить. Виталик, иди сюда, посмотри!
Мария бросила испуганный взгляд на Вадима. Все шло к тому, что этим незнакомцам понадобились ее волосы. Когда-то она читала, что длинные волосы скупают для изготовления париков. Мария бросила беспомощный взгляд на Вадима. Парень ее мечты стоял, прислонясь к стене, и улыбался одними уголками губ. Во что она ввязалась?!
Дверь кухни отворилась, выпустив облако сигаретного дыма и худого, как кузнечик, мужчину. Рассматривая Марию, он сделал затяжку.
– Такие тонкие черты лица… В стиле «ню». И волосы – да, шикарные. Может, пару дней подождем, пусть скинет полкилограмчика?
– Нет-нет! У нее все, как надо… Маш, ты когда-нибудь позировала для фотографа?
– Э-э-э… Нет.
– Ладно, все равно попробуем.
– Попробуем сфотографироваться? – на всякий случай уточнила Мария.
Кому могли понадобиться ее фотографии? Во сколько обойдется такая фотосессия?
– А Вадим тебе не сказал? – Катя мимоходом потрепала брата за щеку. – Мы делаем осенний проект для журнала «Ad Astra» – тринадцать портретов рыжеволосых девушек, по одному на каждый осенний выпуск.
– Вы серьезно? – тусклым голосом спросила Мария.
Это напоминало плохую шутку.
Мария повернулась к зеркалу. Все еще красный от холода нос, неестественно бледное лицо, пара жутких прыщей на лбу. Какая из нее модель?
– Конечно, серьезно! Посмотри, – Катя открыла дверь в соседнюю комнату.
Мария заглянула вовнутрь. Это была самая настоящая фотостудия! С занавешенными окнами, подиумом, белым экраном на всю стену, какими-то огромными лампами, черными зонтами и фотоаппаратам на штативе. На стенах висели фотографии рыжеволосых девушек. Одно фото было яркое, как радуга – модель с огненными веснушками хохотала под цветастым зонтом. Другое – словно окутанное туманом: девушка в балетной пачке танцевала на траве, покрытой инеем. Фото с лошадью, фото на фоне заброшенного кирпичного завода… Все модели были божественно прекрасны.
Катя подвела Марию к зеркалу и стала у нее за спиной.
– У тебя шикарные волосы – лучше, чем у любой из наших моделей. Такое ощущение, что они даже в темноте сияют. Необычный разрез глаз. Алебастровая кожа. Это очень свежий образ, эдакий дикий ангел. Единственный недостаток – пару прыщиков, но мы их замажем.
Мария, не мигая, смотрела на себя в зеркало, пытаясь понять, как все эти слова могут относиться к ней. Отражение по-прежнему не вызывало у нее восторга.
– Я хочу сфотографировать ее в листьях! – сказал Виталик, забыв о сигарете: клочок пепла упал на пол. – Рыжие волосы на рыжих листьях... Катя, помнишь, у тебя серьги были с искусственным изумрудом? Тащи сюда… – он уже что-то видел, чем-то горел, и Марии очень захотелось подсмотреть картинку, которая возникла у него в голове.