Страница 45 из 64
- Ого! Да ты голоден! Ну, пойду, поищу, чем мне моего самца накормить.
Не успела Лиза дойти до избушки, как медведь оказался рядом. Сейчас, когда он стоял в полный рост, Лиза почувствовала себя рядом с ним маленькой и хрупкой, но страха не было. Было только восхищение его размерами.
- Что случилось? Решил сам еду добыть? - но медведь вдруг протянул к ней лапу и очень аккуратно, явно боясь поранить своими огромными когтями, провел своей подушечкой по её лицу. И Лиза поняла, что краснеет. Она поняла, он так среагировал на то, что она назвала его своим самцом. Она фыркнула и повторила:
- Конечно, мой самец! Никому такого красивого и со шрамами не отдам! Глаз-то хоть откроется? Или ещё и одноглазым будешь?
Настала очередь медведя фыркать и трясти головой.
- Ладно, пошли в дом, что-то и я тут с тобой проголодалась!
Запасы еды и воды в избушке были. Даже одежда висела на крючках. А вот удобств не было никаких. Если вдуматься, то ничего удивительного в этом не было. Избушка предназначалась для того, чтобы раненый зверь мог прийти сюда, поесть, попить, выспаться. Ну не на кровати же медведю спать и не на унитазе же, пардон, нужду справлять. А старая травница в избушку не заходила, Лиза вспомнила слова Никиты об этом.
- М-да, недоработано тут у вас, господа медведи, недоработано! - усмехнулась Лиза, когда поняла, что все удобства в кустиках. Там же и туалетная бумага, тип "Лопух лесной".
Вернувшись в дом, Лиза застала медведя спящим здесь же, в углу на куче сена. И тут она поняла, а ведь ей-то спать негде! Если только на полу, рядом с медведем. Солнце клонилось к закату. Самое время прочитать нАговор, известно ведь, что на закате и на рассвете нАговоры самую свою силу имеют. Лиза, решив не будить медведя, устроилась опять рядом с ним, кинув под ноги куртку, висевшую на крючке, и принялась наговаривать. Опять полился узор из слов, медведь завозился и открыл здоровый глаз, затих, завороженно слушая голос Лизы. После того как она закончила говорить, она положила ладошки на раны на морде и на лапе, посидела так ещё какое-то время и открыла глаза. А открыв, обнаружила, что на неё смотрят уже два черных глаза! Кровь из ран не сочилась совсем.
- Ну, вот! Видишь, как ты быстро идешь на поправку! Так мы с тобой ещё и на праздник успеем вернуться! - медведь тихонько рыкнул, - а что ты тут мне рычишь? Не была я ни разу в деревне на таком празднике! Мне интересно, знаешь ли! Так что у тебя, ушко-серебрушко, есть два дня, чтобы поправиться. А для скорейшего выздоровления надо много есть и спать. Так что укладывайся, спать будем.
Но медведь, неожиданно завозился, встал и направился к дверям.
- Ты куда? Нет уж! Мне тут одной страшно! - вцепилась Лиза в его здоровую лапу, - да и холодно!
Медведь как-то неловко рыкнул и Лиза поняла, ему тоже приспичило в кустики.
- Ладно, ладно! Мальчики налево, девочки направо.
В дом они вернулись одновременно. Медведь улегся с краю, на голом полу, оставив всю кучу сена Лизе. Улегся на здоровый правый бок, оставив в распоряжении Лизы сено. Она перелезла через медведя, повозилась, устраиваясь и раздвигая сено и вытаскивая колкие травинки. Медведь Артемий, наблюдавший за ней, фыркнул.
- Смешно тебе! А мне, знаешь ли, колется! У меня-то нет такой шкуры!
В конце концов, у Лизы получилось свить вполне себе уютное гнездо и она, подложив куртку под голову, улеглась.
- Да, о такой первой ночи с мужчиной мечты, да на сене, можно только мечтать! - хмыкнула она вслух.
Медведь в ответ фыркнул.
- Ну, спокойной тебе ночи, ушко-серебрушко! - проговорила и повернулась к медведю спиной. И тут же почувствовала, как ей в шею уткнулся кожаный нос. Лиза, почувствовав спиной его тепло, придвинулась к нему ближе, пригрелась и неожиданно для себя уснула. В эту ночь Лизе не снились сны. Потому как кто ж его знает, ЧТО ей могло бы присниться в ночь, проведенную в обнимку с медведем. Потому что именно так, в обнимку с медведем она и проснулась.
В окно проникли первые солнечные лучи.
- Ага! Рассвет!
Лиза завозилась под большой лапой, которой была придавлена. Села на сене, зевнула и развернулась лицом к медведю. Он, увидев её, фыркнул.
- Что? Ни разу девушек не полных тридцати лет от роду с утра не видел? Ты думаешь, что мы и с утра выглядим так же, как вечером? При полном параде и на каблуках? Так вот, спешу тебя разочаровать: мы, простые человеческие женщины, тоже имеем две ипостаси. Утреннюю и вечернюю. Сейчас ты имеешь счастье лицезреть мою утреннюю ипостась. Хотя, должна признаться, до твоей Иланы мне далеко и моя вечерняя ипостась не на много отличается от утренней. Извини! - Лиза развела руками.
Медведь опять фыркнул.
- И ничего смешного, между прочим! - вздохнула Лиза, - ладно, ушко-серебрушко, давай лечиться!
Медведь послушно сел и даже прикрыл глаза, когда Лиза начала сплетать слова в узоры.