Страница 18 из 32
—Посмотрим-посмотрим… Если ей понравилось, то будешь её ещё полчаса
гладить! Она хитрая…
—Нет, больше не буду! Спорим?
—Спорим! А на что?
—Давай на … На поцелуй!
—Ещё чего… Впрочем, давай! Только если выиграю я, то тебе шелобан! Ну, а
если ты, — то поцелуй! Идёт?
Вовка молча кивнул и уселся на своё место. Он насупился и собрал, как ему казалось, всю свою силу воли в один мощный и цельный комок. В комок, который контролировал только он сам! Да, только сам! К тому же, ему очень хотелось поцеловать эту игривую и умную девчонку, считающую себя почему-то некрасивой! Упрямице нужно непременно доказать, что перед ней настоящий, волевой мужчина! И ничего, что он ещё так молод, время это быстро исправит…
Через полчаса довольная Элен уверенно трусила вдогонку за велосипедами детей, принюхиваясь к неизвестным запахам. Впереди мчалась Яна, не скрывая своего весёлого настроения, а за ней тащился, забывая вовремя переключать скорость на своём велосипеде, поникший и раскрасневшийся Вовка.
Глава 7
Из вечерней беседки Вовкиного дома доносился задорный смех взрослых. Все уставились на экран, где демонстрировались самые забавные моменты из приключений Яниных родителей, случившиеся с ними за границей. В камине-барбекю, брызгая маринадными каплями на душистые угли, млели кубики мяса и кружочки белого лука, нанизанные на блестящие спицы. На решётке тушились овощи и разогревалось полдюжины глиняных горшочков с молодым картофелем в грибном соусе. Стол в беседке был накрыт на шесть кувертов (столовых приборов), два из которых оставались нетронутыми. Вазочки, селёдочницы, тарелочки и большие блюда были щедро наполнены свежими летними салатами, различными морскими и материковыми деликатесами. В центре стола, словно заняв круговую оборону возле бутылок с шампанским, коньяком и винами, расположились бутылочки с холодной минеральной водой, тониками и кувшины с прохладными фруктовыми соками.
Вовка с Яной вошли в беседку, но на них никто не обратил внимания. Все с замиранием сердца смотрели на экран, где Янин папа, повисший на ветке высоченной акации с видеокамерой в руке, тщетно пытался увернуться от большегубой и слюнявой головы жирафа-альбиноса. Белый жираф настойчиво стягивал с него зелёную рубаху с прикреплёнными на ней для маскировки ветками, будучи уверенным, что это его лакомая добыча!
— Я и не думал, что он потянется ко мне, — весело комментировал событие папа Яны, — неужели ему других листьев было мало? А перед этим он так встряхнул это дерево, уцепившись зубами за сочную ветку, что я не удержался на верхушке и метра два летел вниз, пока не зацепился за тот крепкий сучок. Но долговязому обжоре всё мало…
— А вот и я, — засмеялась Янина мама, — оставила камеру на треноге и поспешила на выручку…
На экране появилась хрупкая женская спинка, вся в ветках, — к дереву помчалась мама Яны, подбирая на ходу обломленные сучья и размахивая ими у себя над головой. Раздался крик: