Страница 42 из 96
Она уже была не такой.
Теперь она была куда больше этого.
Намного больше, чем он мог понять.
И сегодня она стояла перед ним, готовая покончить с этим.
Он точно увидел это в ее глазах. Не гнев, а решимость. Это был конец.
Без слов тьма окружила его. Туча была такой густой и темной, что скрыла его полностью из виду. Сирена бросилась вперед, разгоняя дым магией воздуха. Она двигалась напрямую, не думая, что дым мог быть с ядом или чем похуже. А потом выбралась на другую сторону.
А Каэл пропал.
С Тенеломом.
Сирена закричала, не сдержав вспышку эмоций в теле. Он пропал. Просто исчез.
— Как… — начал Дин.
— Перенес себя порталом, — она провела ладонью по своим темным волосам и смотрела, как черный дым рассеивается, и на месте Каэла остается пустота. — Наверное, Малиса научила его так делать.
— Он не мог уйти далеко, — отметил Дин. — Мы могли бы пойти за ним.
— Как? Я не ощущаю связь, — призналась Сирена. — Я не могу его найти. Он ушел. С моим мечом.
— Создательница, — прошептала Калиана за ними.
Сирена сжала кулаки.
— Трус. Он не смог сразиться с нами обоими и просто убежал. Как он посмел.
— Он всегда был осторожен, — отметила Калиана.
Конечно. Каэл всегда защищал себя. Они могли его убить в тот миг, и он знал об этом. От этого он стал опаснее. Что он сделает, чтобы получить силу, необходимую для боя с ними?
Ее ярость бушевала и из — за того, что он собирался жениться на ее сестре. Но это нельзя было сравнить с тем, какой она повернулась к Киллиану.
— Как ты мог так поступить? — осведомилась она у короля. Сирена игнорировала стражу, что дрожала по углам по время ее боя с Каэлом, а теперь насторожилась, когда она обратилась к Киллиану. — Как можно было так глупо позвать его в свой дом?
— Логично рассматривать все варианты, — отчеканил он, словно не был на грани обморока от вида магии.
— Все варианты? — низко прорычала Сирена. — Каэл Дремилон — монстр. Ты позвал тьму в свой дом и назвал его вариантом, хотя я предлагала почти все, что ты просил, ради союза с нами. Что он может тебе дать? Точно не иммунитет. Он не защитит от богини разрушения, ходящей свободно по земле, старающейся убрать всех, кто не кланяется ей.
— Я не знаю, о чем ты, — Киллиан нахмурился от ее обвинения и выпрямился, став больше напоминать короля, а не отруганного ребенка. — Но, судя по силам и сражению в моем тронном зале, вы все монстры.
Сирена пошла к нему. Она махнула запястьями, и стражи отлетели в стороны с дороги. Она поднялась к трону и хмуро посмотрела на короля.
— Я могла пройти сюда и поставить тебя магией на колени за минуты, Киллиан, — процедила она. — Но я этого не сделала. Я пришла на переговоры. Следовала местным обычаям. Я предлагала союз, а не твою голову на тарелке. Сравни меня еще раз с массовым убийцей. Попробуй.
Киллиан сглотнул. Она смотрела, как его руки дрожали, но он не отступил.
— Может, я перегнул.
— Возможно, — Сирена оскалилась.
— Но ты все равно врала мне. Ты пришла с переговорами, но относилась ко мне как к дураку. У тебя магия, а ты не рассказала о ней.
— Ты не верил в магию, посчитал бы это угрозой. Как сейчас.
— И твой капитан, — он указал на Дина. — Принц? — он прищурился еще сильнее. — Элейзии, как я понимаю. Ты скрыла от меня его положение.
— Он — капитан моей стражи, — сказала Сирена. — Откуда он — не важно. Важно то, за что мы сражаемся. Мы — одно. Мы — Дома.
Киллиан встал и покачал головой.
— Ты пришла с ложью. Думала, что я был слабым королем, который при виде милого личика поддастся твоей воле. Я не дурак. Тик не участвует в этой войне. У нас нет магии, и после такого представления я не хочу, чтобы магии в мире стало больше. Союза не будет. Можешь уходить.
Сирена скрипнула зубами, хотела обозвать его. Но в зал ворвался мужчина с криками:
— Драконы! Драконы! Ваше величество, там драконы!
Глаза Киллиана расширились от ужаса.
— Драконов… не бывает.
— Они сидят на парапете. Я… думаю, они хотят напасть. Что нам делать? — выдавил гонец.
Киллиан повернулся к ней.
— Ты! Ты это сделала.
— Похоже, брачного альянса не будет? — спросила она, закатив глаза.
А потом пошла прочь от трона, оставив трясущегося от злости Киллиана позади. Союза не будет. Армии не будет. На месте короля был дурак. И этот дурак падет под грузом нерешительности в этой войне. Сирена сделала все, что могла. Она не станет молить его передумать. Он привык получать то, чего хотел. Она знала, что он не побежит на ее сторону, стоит ей похлопать ресницами, и ей надоело играть.
Она была Доминой. Она не приглушала сияние магии на теле. Дин и Калиана пошли за ней. Они вышли из замка к драконам, намереваясь покинуть Тик.
32
Принцесса
Авока
Лес пах как дом еще до того, как она увидела великий город лифов Элдору. Воспоминания мелькали перед глазами. Обучение, охота, сражения. Ее чудесная Шестая команда, и как Авока стала командовать ею. Она вспоминала жизнь тут. Она была принцессой в мире, который уже не верил в существование фейри. Считал их сказкой для детей, чтобы запугать их.
А теперь она хотела попросить их оставить эту жизнь. Как она. Показаться миру снова.
Она знала, когда Сирена спасла ее жизнь всплеском энергии в тот день в лесу, что все изменится. Она отчаянно хотела этого. Могла ли Авока попросить такое от своего народа?
Было глупо идти пешком. Она тратила время, которого не оставалось, пока шла по Скрытому лесу домой. Она исцелялась по пути, помимо причины, названной Сирене. Алви все еще был в том звере. Он не стал полностью индресом. Она не знала, как достучаться до него. У нее не было вариантов. Она была в долгу перед Сиреной, но все равно попыталась бы спасти Алви, если бы выпал шанс.
Авока вздохнула, взяла себя в руки при виде стен Элдоры. На вершине крепости за стенами появились лифы. Она увидела их изящно заостренные уши, кожаную броню и юные лица, не скрывающие потрясение от ее появления.
Крикнули открывать ворота. Тот же приказ она дала в ночь, когда появился Кесф после уничтожения его народа в Аонии.
К ее потрясению, он там был.
Высокий и мускулистый. Ее серебряные волосы были заплетены спереди в стиле Аонии. Остальные пряди ниспадали волной на спину. Яркие золотые глаза смотрели на нее с удивлением и радостью. С восторгом и одержимостью. Где — то в этом запуталась любовь.
Он миновал врата, как только смог протиснуться, и обнял ее, прижал к груди.
— Ава, — выдохнул он.
Она обвила его руками, не думая. Они когда — то были помолвлены. Она ненавидела Кесфа очень долго. Он был союзником, но со своими предрассудками. Но не врагом. Она видела его в его худшее время. Они всегда были едины из — за этого.
— Ты вернулась, — поразился он.
— Да.
— Я знал, что ты одумаешься, — сказал Кесф. — Что избавишься от тех людей и вернешься к своему народу. Займешь свое место.
Авока отодвинулась от него и поежилась от слов, что она избавилась от людей. Словно Сирену, Алви и Ордэна можно было легко заменить. Словно ее долг перед ними был не так силен, как перед остальными.
— Я вернулась не за этим.
Кесф помрачнел.
— Ты все еще хочешь быть одной из них.
Авока выпрямилась. Она пережила слишком многое, чтобы ее отчитывал за поступки Кесф.
— Мне нужно поговорить с моей матерью.
Что — то мелькнуло на его лице. Ужас. Нет… опустошение.
— Ава… она…
Ее глаза округлились от того, что он не мог подобрать слова. Он всегда мог найти ответ.
— Что?
— Она больна, — тихо и с болью сказал Кесф. — Я вернулся из Аонии, и она сделала меня регентом до твоего возвращения.
Ужас отразился на лице Авоки.
— Где она?
— Я отведу тебя.
Кесф пошел к ее дому в лесу. Деревья были такими большими, что их вырезали изнутри и использовали как дома. Лестницы и мосты соединяли дома и места для общего сбора. Все жили в лесу, далеко от мира снаружи.