Страница 36 из 50
- Мэри-Линетт...
- Это просто... это просто потому, что я так давно его знаю. Но ты, наверное, и сама все понимаешь. Люди всегда оказываются не такими, какими кажутся.
- Мэри-Линетт! - Ровена покачала головой. - О чем ты?
- О нем. О Джереми, конечно. - Мэри-Линетт вздохнула. Воздух был горячий и удушливо пыльный. - Это сделал он. Мне кажется, он.
- Почему ты так думаешь?
- Почему? Потому что он оборотень.
Наступило молчание, и Мэри-Линетт внезапно охватила растерянность. Она оглянулась вокруг: не слышит ли их кто-нибудь? - и уже спокойней спросила:
- Разве это не так?
Ровена с любопытством глядела на нее:
- Как ты узнала?
- Ты же сказала, что черный цветок наперстянки - знак оборотней. Именно такой цветок на его кольце. А как ты узнала?
- Я просто почувствовала. Сила вампиров ослабевает при солнечном свете, но Джереми и не пытался ничего скрывать. Он действительно оборотень.
- Наверняка, - резко сказала Мэри-Линетт. - Это и я должна была почувствовать. Ведь он - единственный человек в городе, кто интересовался лунным затмением. И к тому же его движения, его глаза... И то, что... Черт возьми, он ведь живет у ручья Бешеного Пса. Думаю, эти земли принадлежали целым поколениям его рода. И, - Мэри-Линетт судорожно вздохнула, - люда говорят, что видели в тех местах сасквача - огромного волосатого монстра, получеловека-полузверя. Ну и как тебе это?
Ровена слушала спокойно, с серьезным выражением лица, но губы у нее дрожали. У Мэри-Линетт все поплыло перед глазами, а по щекам потекли слезы.
- Мне жаль. - Ровена положила руку ей на плечо. - Правда.
- Я думала, он хороший парень, - отвернувшись, сказала Мэри-Линетт.
- Я и сейчас так думаю. Знаешь, на самом деле все говорит о том, что он этого не делал.
- Потому что он хороший парень?
- Потому что он оборотень. Мэри-Линетт обернулась к ней.
- Как?!
- Видишь ли, оборотни бывают разными. Они не похожи на вампиров. Вампиры могут выпить немного крови у человека и остановиться, не причинив ему большого вреда. Оборотни же, охотясь, всегда убивают, потому что им нужно есть.
Мэри-Линетт с ужасом смотрела на нее, но Ровена как ни в чем не бывало продолжала:
- Иногда они съедают животное целиком, но вообще всегда поедают внутренние органы - сердце и печень. Им это необходимо - так же, как вампирам необходима кровь.
- И это значит...
- Что он не убивал тетю Опал. И козу. Ведь они остались целыми. Ровена вздохнула. - Понимаешь, оборотни и вампиры традиционно ненавидят друг друга. Они - вечные соперники, и ламии считают оборотней... ну, в общем, существами низшего сорта. Но на самом деле среди них есть много достойных, таких, которые убивают только для того, чтобы есть.
- Какой ужас... - прошептала Мэри-Линетт. Прибавило ли ей счастья то, что она узнала все это? - Выходит, что парень, которого я считала хорошим, просто должен периодически есть как можно больше парной печени.
- Мэри-Линетт, ты не должна его осуждать. Как же тебе это объяснить? Ну, примерно так: оборотни - это не люди, которые иногда превращаются в волков. Это волки, которые иногда выглядят как люди.
- Но все же они убивают.
- Да, но только животных. Закон в этом отношении очень строг. Иначе люди тут же обо всем догадаются. Вампиры умеют скрывать свою работу, маскировать ее, представляя все так, будто жертве кто-то перерезал горло. Но когда убивает оборотень, это сразу видно.
- Так-так. Замечательно.
"Наверное, меня это должно было успокоить и обрадовать, - подумала Мэри-Линетт. - Но как я могла так слепо доверять человеку, который на самом деле волк? Им можно восхищаться, как восхищаются хитрым и красивым хищником, но доверять ему... нет!"
- Сейчас, когда мы вернемся, у нас могут возникнуть трудности, предупредила Ровена. - Если Джереми поймет, что ты по кольцу узнала, кто он, он может догадаться, что мы рассказали тебе о... ну, ты понимаешь... - Она огляделась вокруг и понизила голос: - О Царстве Ночи.
- О боже...
- А это означает, что он будет обязан всех нас выдать. Или убить сам.
- Господи!
- Но я думаю, он этого не сделает. Ты ему нравишься, Мэри-Линетт. Очень. Вряд ли он сможет причинить тебе зло.
Мэри-Линетт почувствовала, как краснеет.
- Но тогда неприятности могут быть у него?
- Могут, если об этом узнает кто-нибудь еще. Давай-ка лучше вернемся и посмотрим, как там все. Может, он ни о чем не догадался. Может, Кестрель и Эшу удалось сбить его с толку.
14
Они быстро шли назад к заправочной станции, почти касаясь друг друга плечами. Близость Рове-ны, ее уравновешенность успокаивали Мэри-Линетт. Прежде у нее никогда не было подруги, с которой она была бы совершенно на равных, которая с одинаковой легкостью могла как заботиться о людях, так и принимать от них помощь.
Добравшись до бензоколонки, они увидели, что все столпились вокруг автомобиля Мэри-Линетт. Подняв капот, Джереми возился с мотором. Сзади, держась за руки, стояли Марк и Джейд, но Тигги нигде не было видно. Кестрель прислонилась к бензоколонке, а Эш что-то рассказывал Джереми.
- ...В общем, оборотень входит в кабинет второго врача и говорит: "Док, кажется, у меня бешенство. А доктор ему..."
"Ничего себе заливает", - подумала Мэри-Линетт. Закрыв глаза и втянув голову в плечи, Ровена остановила его:
- Эш, это вовсе не смешно.
А затем, открыв глаза, обратилась к Джереми:
- Извини. Он не подумал, прежде чем сказать.
- Он подумал, но это неважно. Я слыхивал и похуже. - Джереми опять склонился над мотором. Затем аккуратно закрутил крышку бензобака и взглянул на Мэри-Линетт.
Она не знала, что и сказать. Какие тут могут быть приличия, если ты только что обнаружил, что человек, стоящий рядом с тобой, - оборотень и что долг велит ему тебя съесть?
Ее глаза наполнились слезами. Сегодня она вообще не могла держать себя в руках.
Джереми глядел вдаль. Он медленно покачал головой, с горечью сжав губы.
- Так я и думал. Я знал, что ты так прореагируешь. Иначе я бы сам сказал тебе об этом давным-давно.
- Ты бы сказал? - у Мэри-Линетт мгновенно вы-сохли слезы. - Но... тогда у тебя могли быть неприятности. Ведь так?
Джереми слегка улыбнулся.