Страница 12 из 15
Примечания:
1. Интересно, что все последующие переводы в четвертой главе утверждают, что Шульген отправился направо. Хотя из второй главы мы знаем, что он отправился по левой дороге. Таким образом, ошибкой первого переводчика или рассказчика пользуются все последующие.
2. Были времена, девочек не только топили в воде, но и живыми зарывали, закапывали в землю (св. Коран, хадисы).
3 .В оригинале используется слово мәскәү, что в старобашкирском языке означало крючок для червя, петля, крюк, загнутое. Дословно мәскәү “червь в сети”, по сути крючок или петля с червем – мәск “червь”, ау – совр. сети. Мәскәү в целом приманка, наживка, нечто невидимое и даже нежное, мягкое, соблазн. Сохраняется в швед. яз. mask “червь”, от первичного склизский, скользкий, далее пресмыкающийся, льтец. В совр. башк. яз. присутствует переосмысление ҡорт ранее змея, ныне червь. Сравн. с англ. или нем. worm/wurm, ранее змея, сейчас червь. Здесь же урам “улица”, то, что вьется, петляет и здесь же англ. court “двор”. Дополню, что однокоренным с mask яляется в рус.яз. масло. Восходит к башкирскому наҙ “нежность, ласка”, соответственно наҙлы “нежный, ласковый”, что отвечает требованиям слова масло.
4. Дивы – людоеды, по иному – каннибалы. Присутствуют во многих башкирских сказках. Каннибалами можно назвать также вампиров и прочую нечисть. В башкирских сказках часто образ дивов сливается с джиннами (ен). Следует отметить, что ен – брат. В эпосе как раз повествуется о противостоянии двух братьев. Шульген, обуреваемый страстями, оказался на стороне дивов и змей.
5. Знамение. Часто употребляется, когда речь идет о рождении пророка. Здесь безусловно об этом же, т.е. демонстрируется пророческая миссия Урал батыра. В этом можно будет убедиться в продолжении. Стоит обратить внимание на термин ырым в башкирском языке и латин. название реки Урал – Rhуmus, Рымн. Ырым – знамение, предсказание, догадка.
6. Етегән. Созвездие Большая Медведица. Ете – семь, гән – джинны или оставшиеся (прошлое). Буквально Семь джиннов или Семь оставшихся. Название созвездия явно исходит из повествования эпоса, что может указывать на существование эпоса и в более ранние имена, т.е. на древность сказания.
7. Человеческий род – имеется в виду гуманность. Именно об этом говорится в утверждении создания первого человека из земли, почвы – гумус. Рождение первых человеческих качеств. Откуда и homo “человек” и homo sapiens “человек разумный”. Следует сравнить с именем Һомай, которое означает “собирающая” (вместе). Һом – целая, единая. Однокоренным является английское home. Для убедительности следует сравнить англ. house, нем. hаus, швед. hus с башкирским ҡаҙ “гусь”, учитывая, что Һомай птица лебедь, т.е. гусь. И это не просто случайное совпадение.
8. Оборотничество говорит о хтоническом проихождении самой Һомай.
9. Слова Һомай выглядят не просто наставлением, но словно завет, договор. Можно рассматривать как пророческие.
Г
лава
V
Һомай
В ворота постучали. Одна из девушек-лебедей доложила Һомай, что пришел какой-то бравый молодец. “Урал” – догадалась Һомай. Велела пригласить во дворец. Урал, хоть и видел однажды Һомай, но не признал ее. Та же себя выдавать не стала. Перед Уралом стояла прекраснейшая из девушек, статная, ресницы длинные, глаза черные, лукавые, улыбаются, волосы украшены позументом и вся такая нарядная, светом отдающая. Груди ее от дыхания вздымались и в глазах Урала колыхались словно волны. Осиная талия была подчеркнута одеянием, выгодно выделяя крутые бедра и упругие ягодицы. Вдобавок голосок ее переливался словно серебристый ручей. Урал стал сбивчиво рассказывать о себе, о своей миссии. Внимательно выслушав гостя, Һомай повела разговор:
– Эх, егет, вижу по одежке, издалека к нам пожаловал. Вижу, что есть у тебя какие-то дела в наших краях. Чем смогу помог, расскажи.
– Хоть я еще совсем молод, но знаю уже о пяти странах. – начал свой ответ Урал, – в одной из этих стран я сам родился. В двух других побывать успел. Еще две страны решил я повидать и с этим пустился в путь. Сумел убедиться я, что нет в мире справедливости. Кто сильнее – у того и власть, слабый тут же склоняет голову, даже не пытаясь бороться за волю. Сильный проливает кровь слабых. Имя есть у всего этого . Глазу она невидима, никто над ней не имеет силы, нет у нее ни рук ни ног, топором она не машет, не участвует в охоте на живность, не ищет себе сподвижников/помощников. Вот такое зло есть в мире, известное под именем Смерть. Задумал я освободить мир от Смерти и ее саму убить. Вот, на такой промысел отправился я. Слышал от одной птицы, попавшей когда-то в наши в сети, что есть в вашей стране спасение от Смерти, какое-то средство.
Һомай ответила:
– Ну да, чтобы не умереть и в землю не быть закопанным, есть источник в стране дивов – живая вода. Но прежде чем я тебе помогу, вначале выполни мою просьбу. Ты парень удачлив, прошел огонь и воду, вдоль и поперек исколесил многие страны, в том числе и страну змей. Желание твое осуществимо, но ты обязан будешь мне помочь. Я уверена, что только ты сможешь найти одну птицу и привести ко мне. Тогда я отплачу тебе добром и подскажу, где находится источник бессмертия.
Урал снова:
– Иду издалека я, повидал много стран, и хорошее и плохое. Ищу я Смерть, чтобы ее саму убить, освободить людей от ее влияния. Конечно, я найду тебе птицу, которую ты просишь. И твоему обещанию помочь мне я верю. Но и я хочу сказать тебе свое слово. Нет у меня мешка собирать золото, как нет и человека, которого мог бы украсить жемчугами1. Все мои помыслы о хорошем, благом иного пути для меня нет. О благе народа пекусь, предостеречь их от смерти хочу и нет других намерений. Перед тем как поеду крушить врагов, искать смерть, хотелось бы узнать какой подарок меня ждет, кто будет моим соратником, кто будет сопровождать? Жду от тебя подарка в виде боевых товраищей?
Һомай обещает коня и меч:
– В огне не горит и в воде не тонет, тысячи дивов не могли его догнать. Рожден он на небе, вскормлен не на земле, Одним прыжком моря перескакивает, горы перепрыгивает. Ударом копыта раскалывает скалы. От матери2 доставшегося мне коня, предназначенного моему суженному, готова отдать. Вдобавок меч подарю булатный, он огнем в огне будет и водой в воде. Распугает он дивов своим блеском и свистом, словно овец.
Услышав такой ответ, Урал поспешил согласиться. Такой подарок за птицу его устраивал. Погостив пару дней стал собираться в дорогу на поиски птицы. Һомай не сказала ни о себе, ни о брате Урала в темнице. И как-то утром, умывшись и поев, оседлав свой посох, отправился Урал в путь. Забрел он в такие дебри, куда не ступала нога не только человека, но и дивов. Наткнулся он на гору, которую окутала туча, застилал туман, и внизу заметил Урал что-то блестит. Подобравшись ближе, увидел, что это озеро и до того прекрасно оно было. Берега усыпаны серебром вместо гальки, по берегу цветы, ослепляющей красоты. Тишь да гладь.... А на озерной глади птиц стая. Урал заприметил на озере птицу дивной красоты, плывущую чуть в отдалении от всех и решил с помощью своего посоха поймать ее. Птица же, нисколько не боясь, устремилась в его сторону. Урал отчего то кинулся ловить птицу, чем напугал ее. Но улететь птица не успела, Урал оказался проворнее и поймал таки ее. “Ну всё, настиг враг!” – закручинилась птица. И когда Урал уже нес ее на берег, заговорила с ним:
– Скажи мне, егет, кто ты? Див или джинн? Или человек ?
Услышав от птицы человеческую речь, Урал остановился у родника и решил расспросить кто она и откуда. Птица же выговаривала Уралу:
– Глаза бы ты свои закрыл на секунду, крылья бы освободил мои, не удерживал бы меня. Кое-что показать хочу.
Урал, слыша ее слова, согласился зажмуриться. Однако, своему посоху дал указания:
– Если эта птица сбежит от нас в виде лебедя, ты ястребом ее догони, коли в озеро нырнет, обернувшись рыбой – ты щукой вслед нырни.
Птица слышала его слова: