Сладости

В этот раз, она хочет разобраться, она хочет показать своему альфе, что она тоже имеет голос, имеет право. Тем более, раз он злится на неё, то пусть попытается объясниться хотя бы.

— Выпусти меня, — всё тем же твердым голосом сказала Элл, смотря в глаза альфе.

— Нет, — так же резко запротестовал Чонгук, надвигаясь на Элл, заставляя ту отцепиться от ручки. — Нет, Элл, ты правда не понимаешь, что со мной происходит? — Чонгук ухмыльнулся, демонстрируя свои клыки, которые очень редко проступали на зубах. — С альфой, омега которого уделяет внимание всем, но только не ему. С альфой, который пытается не думать о своей омеге, пытается не выпустить наружу жадную сущность, пытается как можно дальше уйти от всяких пошлых мыслей, ведь я же взрослый? Пора бы уметь сдерживать в себе зверя, а не быть диким волком из леса, — Чонгук продолжал медленно двигаться в сторону Элл, пока та не уперлась спиной в стену, уже испугано смотря на альфу. — Хены ведь такие молодцы, даже не ревнуют тебя к твоему Чарли, не ревнуют друг к другу, не то, что дурной Чонгук со своей молодой кровью, — альфа облокотился ладонью о стену чуть выше головы Элл и наклонился над ней, тяжело дыша. — Это ты ребенок, которая приходит ко мне и задает такие глупые вопросы, делая из меня малолетнего подростка.

Элл ощутила мощную ауру ярости, которая исходила от Чонгука. Его глаза поблёскивали, его клыки не исчезали, вены на руках всё так же выступали, мышцы были напряжены, голос не был высоким и мелодичным, а низким и грозным.

Он терял контроль, и Элл это понимала. Она понимала всё, что говорит ей альфа, и понимала, что он и вправду мучается, пытается сдержать в себе сущность, хоть у него и получается это не очень удачно.

Но Элл ничего не могла с собой поделать. То, как вел себя Чонгук, то, как он говорил, как выглядел, превратило испуг и злость в возбуждение и желание, из-за чего Элл так же стала учащенно дышать, пытаясь подобрать какие-то слова.

Нет, она не отступит, нет. Чарли сказал ей никогда не отступать, ведь она омега, и она может за себя постоять. Она не убежит, как испуганная овечка.

— Тогда веди себя нормально, а не хлопай дверью, как обиженный малолетний подросток, — с упреком ответила Элл, не сдавая позиций.

О, нет-нет, омега может побороть альфу, и Элл это докажет.

— Опять то же самое, — Чонгук закатил глаза и отошел от Элл, взлохмачивая свои волосы.

— Не уходи от разговора!

— А ты не приказывай мне! — рявкнул Чонгук, от чего Элл вздрогнула и прижалась к стене.

Она ненавидела себя за то, что это всё её вовсе не пугало, как должно было, а возбуждало. Безумно возбуждало. Она еще никогда не слышала, как Чонгук гневно кричит на неё, не видела его таким злым.

— А то что? — Элл насмешливо вскинула бровью и ухмыльнулась. — Накажешь меня, как это сделали хены? Ты слишком маленький для этого, — Элл прекрасно знала, что она только подливает масло в огонь, сама же себе копает могилу.

Но ей так нравилось дразнить Чонгука.

Альфа лишь рыкнул и пошел обратно к столу, чтобы выпить воды и успокоиться. Он хотел держать себя в руках, не хотел слетать с катушек, но сейчас это было так же сложно, как сдать экзамен по английскому на отлично. Не смотря на все подсказки Намджуна.

Его трясло, ему было безумно жарко.

— Раз тебе нечего ответить, а ты только и можешь, что кидаться угрозами, то я лучше уйду, — сказала Элл, направляясь к двери.

Уже третий раз она открывает её, а она опять захлопывается.

Только в этот раз её грубо разворачивают и спиной прижимают к несчастной двери, тут же припадая к губам.

Элл чуть ли не запищала от того, что смогла сорвать глупые запреты в голове Чонгука, поэтому она сразу же начала отвечать на глубокий и безумный поцелуй альфы. Он окончательно слетел с катушек.

Чонгук всем телом навалился на Элл, вжимая её в деревянную дверь. Ладонями он сжимал плечи, языком проникал глубоко, ногой уперся между ног Элл. Если она так хотела его, то сейчас она получит.

Элл чувствовала, как по подбородку стали стекать слюни, которые смешались со слюнями Чонгука. Жар, который исходил из тела альфы, более чем согревал и заставлял тяжело дышать. Элл бродила ладонями по мокрому телу Чонгука, еле-еле касаясь холодными пальчиками напряженных мышц.

Альфа зарычал и внезапно разорвал блузку на Элл, чем заставил ту испуганно втянуть в себя воздух. Неужели он настолько сильно хотел свою омегу, что смог одним движением разорвать прочную ткань в клочья? Затем он стянул с Элл бюстгальтер и откинул в сторону порванной одежды. Чонгук прижался к Элл, втягивая носом её аромат.

Он сходил с ума.

Элл хотела поцеловать Чонгука опять, но тот лишь взял пальцами за щеки омегу и с ухмылкой оттянул от себя.

— Соскучилась по моему члену в своей глотке, м? — Чонгук засмеялся, а затем рыкнул прямо в губы своей омеги, заставляя ту застонать от такого поведения. — На колени, — приказал Чонгук, опуская омегу вниз.

Приспустив шорты с нижним бельем, Элл тут же обхватила губами и стала двигаться, иногда посматривая снизу вверх на Чонгука, который рукой облокотился о дверь и тяжело дышал. Он тоже смотрел на Элл, явно сдерживаясь, чтобы не засадить ей по самые гланды.

Язык Элл был все таким же приятным, как и её ротик, но ощущения как-то зашкаливали, всё было по-другому, всё было в несколько раз приятнее и безумнее. Чонгук не мог даже соображать, настолько голова шла кругом.

Элл начала задыхаться, когда Чонгук вошел слишком глубоко, но он тут же вышел, наблюдая, как несколько дорожек из слюней соединяют его член с ротиком Элл.

Чонгук схватил Элл за руку и поднял на ноги, а затем стал подталкивать спиной к столу, жадно целуя грязные губы омеги. Больше всего он соскучился по поцелуям, по жарким, глубоким и горячим поцелуям, от которых Чонгуку становилось всё тяжелее и тяжелее сдерживать себя.

Чонгук стянул с Элл шорты и наконец-то раздел полностью, наблюдая за тем, как его омега тяжело дышит и стоит перед ним чистая и так долго не тронутая никем. Даже хенами.

Чонгук толкнул Элл, чтобы она села на стол, а затем раздвинул её ноги, присаживаясь на колени. Проведя языком, Чонгук заметно застонал, поражаясь сладости Элл.

— Какая же ты вкусная, как же я соскучился, малышка, — он вновь припал губами, жадно посасывая и облизывая.

Элл задрожала всем телом, механически хватаясь ладонью за влажные волосы Чонгука. Ей было слишком приятно, Чонгук делал всё слишком умело. Он даже не думал о том, приятно Элл или нет, он просто пытался насытиться вкусом, пытался утолить свою жажду, было безумно сладко и приторно.

— О, Боже, Чонгук, — сглотнула Элл, когда ощутила пальцы внутри себя.

— Нравится? — прошептал альфа, поднимая взгляд на стонущую омегу. — Мои пальчики лучше, чем у Чимина, м? — Чонгук приподнялся, нависая над лицом Элл, при этом не вынимая пальцев и лишь ускоряясь. — Ты стала такой узкой, жду не дождусь вставить в тебя свой член, — низко шептал Чонгук в приоткрытый ротик Элл.

Омега схватилась руками за футболку на спине альфы, ноги она согнула в коленях, а сама зажмурилась, ощущая, что она сейчас может кончить. У Элл голова соображала еще меньше, чем у Чонгука, который с настолько грязной ухмылкой наблюдал за Элл, что дыхание спирало.

Перед Элл уже давно был не Чонгук, ею орудовал Мистер Чон, которому было всего мало, очень мало. Ему было мало того, что Элл может кончить, поэтому он остановился, заставляя Элл недовольно замычать и ощутить на спине стуки кулачком, которые требовали продолжить.

Чонгук ухмыльнулся и стянул с себя футболку, понимая, что ему слишком жарко. Он подтянул Элл, чтобы та приобняла его за шею. Элл была как кукла, которая свободно отдавала управление над собой своему хозяину.

Чонгук опять вошел в Элл пальцами, при этом целуя шею омеги и второй рукой придерживая её за спину. Он чувствовал, как она хватается за его плечи пальцами, как она стонет ему на ухо, он слышал, как по всей студии раздаются грязные звуки, пошлые и слишком интимные, чтобы их слышал кто-то еще.