Another Road

Дэн закатил глаза и хотел уже что-то яростное ответить синеволосой девушке, но его тут же перебил Чарльз, внезапно появившейся рядом со своим любимым.

— Дэн, не обижай девочек, — ухмыльнулся наш друг, от которого сильно несло сигаретами, но это совершенно никого не смущало.

Мы с Элис издали легкий смешок, когда Чарльз утащил негодовавшего Дэна в сторону зала.

— Откуда ты знаешь, что это мое любимое вино? — с прищуром в глазах спросила я, посмотрев на Элис.

Она тяжело вздохнула, поправляя свой пиджачок.

Сегодня она оделась почти точно так же, как и на выставку Дэна, только цветовая гамма изменилась. Светло-серый костюм ей очень шел. Распущенные и завитые волосы, легкий макияж и такой знакомый аромат клубничных духов.

Я и не думала, что так соскучилась по Элис.

Я же оделась точно так же, как и в день первой ночевки у Джумина. Та же легкая блузка кремового цвета без рукавов, с аккуратным воротничком. Черные прямые женские брюки по щиколотку и черные туфли-лодочки. Легкий макияж, волосы я распустила. Надеюсь, я создавала впечатление деловой женщины, а не ребенка, который пытается казаться взрослым.

Элис хотела уже ответить, но ко мне подошел мужчина, чтобы обсудить покупку картины. Я отвлеклась, поэтому Элис похлопала меня по плечу и ушла вглубь зала.

Немного позже подтянулись Джехи, Юсонг и даже Севен. Зен приехал вместе с Ви, так что он был одним из первых, кто насладился нашими творениями. Я очень радовалась, что абсолютно всем моим друзьям нравятся картины с их изображениями. Особенно радовался Зен, желая выкупить все свои портреты, что вызывало у меня смех. Севен тоже захотел купить одну из картин, как и Джехи, но я не могла брать с них деньги. Поэтому я каждому члену RFA хотела подарить по одному портрету. Их общую картину я решила тоже презентовать, чтобы она была только для них, где все члены организации за одним столом. Это не фотография, это живые краски, в которые я вложила всю свою любовь к ним, уважение, теплые чувства и желание быть с ними и дальше.

После общения с моими родителями, Джумин устало вздохнул, но он был довольным. Ему явно понравилась моя мама, а маме явно понравился мистер Хан, ведь она даже посмеивалась при разговоре с ним.

Стоит напомнить, что она очень строгая женщина-хирург, которая редко ведет себя подобным образом с мужчинами. Папа был единственным, кто мог растопить сердце этой женщины. Хоть она всегда и строга была со мной, была против моей профессии, увлечения, ей понравилась выставка. Очень. Она прямо сияла, когда уже по третьему кругу прошлась по залам.

Моя мама не была такой красивой, как отец. Но в ней было то самое очарование, харизма, что и покорило папу. Одним только словом, одним взглядом она могла овладеть любым мужчиной, но не хотела этого и никогда не злоупотребляла своим положением. Самодостаточная, успешная женщина, которая никогда не ревновала отца к худым и красивым моделям, ведь мой папа так её любил, что все вокруг завидовали такому странному союзу.

Мужчина-фотограф с очень творческим взглядом на жизнь и женщина-хирург с очень строгим взглядом на жизнь.

И у них родилась дочка-алкоголичка, по совместительству художник и фанат скурить пачку сигарет в день.

— Между тем, — внезапно сказал Джумин, посмотрев на меня. — Меня заинтересовало пару фотографий у Ви, — сказал мужчина, слегка понизив голос и посмотрев на меня сверху вниз.

— Да? Каких? — я натянула улыбку, пытаясь скосить под дурочку.

Я знаю этот взгляд. Прекрасно знаю. От него мурашки по коже. Даже не могу смотреть ему в глаза, просто не могу. Мне не становиться страшно, скорее жутко, ведь я понимаю, что просто так Джумин этого не оставит.

— А вот и мой дорогой сын с восхитительной девушкой, наконец-то, — мы повернулись к обладателю голоса.

— Отец, — кивнул Джумин, тут же выключая режим маньяка-убийцы. — Я думал, ты не придешь.

— Ты что, — довольно улыбнулся старший мистер Хан, хлопая того по плечу, — как я могу не прийти на выставку картин девушки своего собственного сына!

Да он прямо светился от счастья. Не ожидала, что отец Джумина так хорошо воспримет меня.

— Мистер Хан, рада знакомству, — я слегка поклонилась мужчине, мило улыбаясь.

— А я-то как рад! — он кивнул мне и быстро окинул взглядом, не убирая с лица улыбку. — Венди, Вы не представляете, как же я рад с Вами познакомиться. Знаете, мой сын почти ничего не рассказывает мне о своей личной жизни, поэтому приходиться переживать за будущих наследников компании, — он дружелюбно взял меня под руку и повел вглубь выставки.

Я настолько опешила из-за словосочетания «будущие наследники», что вовсе и не успела осознать, что рассматриваю картины с отцом Джумина.

— Отец, пожалуйста, — устало вздохнул младший мистер Хан, медленно шагая за нами. — Не пугай её.

— Прости-прости. Давно не бывал на выставках, между прочим, — он остановился у картины Элис, где она была изображена в роли нимфы. — Прекрасно, Венди. Вы, случайно, не учились в той же школе, что и мой сын? — он дружелюбно глядел на меня, вовсе не пытаясь подлизаться или показаться открытым, он и вправду таким был.

— Наверное, нет? — я улыбнулась мужчине в ответ, пытаясь показаться настолько милой, насколько это было возможно.

— Мистер Хан? — к нам подошел Ви, отвлекая внимание отца Джумина. — Давно не виделись, — фотограф мило улыбнулся и пожал руку мужчине. — Рад, что Вы посетили нашу с Венди выставку.

Пока Ви отвлек старшего мистера Хана, Джумин схватил меня под руку и незаметно увел в сторону зала фотографий Ви. Не знаю, была ли я рада, что мы ушли от, вроде бы, добродушного отца Джумина. Скорее, я понимала, что сейчас младший мистер Хан продолжит воспитательную беседу насчет фотографий.

— У тебя очень милый отец, — улыбнулась я, когда Джумин сбавил темп.

— Он таков с любой женщиной, — мистер Хан пожал плечами. — Тем не менее, я рад, что ты ему понравилась, Венди, — он посмотрел на меня, слегка улыбаясь.

— Я тоже рада.

— Но не будем отходить от темы, — сказал мистер Хан, останавливаясь напротив фотографии.

Да. Это она. То есть, это я.

Та фотография, о которой не знал Джумин.

На большом формате она смотрится еще лучше. Прямо не верится, что это я. Глаза кажутся темными, но это, скорее всего, из-за освещения? Интересно, как Ви её назвал?

«W».

Минимализм в его стиле.

Но тут нет цены. Ви не продает её?

— Тебе не нравится? — спросила я, делая слегка грустное личико и закусывая губу. — Я думала, ты будешь рад увидеть меня настолько красивой, — я театрально вздохнула.

— В этом-то и проблема, — сказал Джумин, не отрывая взгляда от фотографии. — Такой могу видеть тебя лишь я, — он посмотрел на меня сверху вниз, поправляя запонку на рукаве рубашки. — Поэтому я куплю её как можно скорее.

Джумин тут же заметил вдалеке Ви и махнул рукой, чтобы тот подошел к нам. Старшего мистера Хана с ним уже не было.

Ви подошел с легким недопониманием в глазах, но когда увидел, напротив какой фотографии мы стоим, тут же довольно улыбнулся.

— Слушаю, — он встал возле Джумина, невинно смотря в его глаза.

— Сколько она стоит? — прямо в лоб спросил мистер Хан.

— Фотография? — я никогда не думала, что Ви любит так издеваться над Джумином. — Я же не поставил цену, значит, я не хочу её продавать, — спокойным, словно тихий ручей, голосом говорил Ви.

Не знаю, мне смеяться или бояться?

Джумин не отводил взгляда от своего друга. Мне показалось или его аура начинает испускать черные языки мрака?

— Я не буду повторять свой вопрос.

— Тогда я не буду повторять свой ответ? — задумчиво сказал фотограф, касаясь пальцами подбородка.

— Ну всё, перестань, — вмешалась я, понимая, что не хочу видеть ярость мистера Хана.

Ви издал легкий смешок и похлопал бедного Джумина по плечу. Он и вправду как ребенок, которого можно разозлить за пару секунд, просто не давая игрушку.

— Извини, не мог сдержаться, — Ви улыбнулся. — Это подарок для тебя, поэтому я не вывесил цену, чтобы никто не захотел её приобрести.