Осколки

- Я не собираюсь спорить с тобой. Твое дело принимать или отказаться. Но в случае отказа, деньги просто сгорят.

- Вы же не думаете, что мне есть дело до ваших денег?

- Я знаю, что тебе безразличны богатства и статус. Именно поэтому я выбрал тебя. Дальнейшее обсуждение не имеет смысла. Ты можешь оспорить завещание после моей смерти, твое право.

Дедушка направился к выходу, пройдя мимо остолбеневшей бабушки, которая прижимала к себе поднос с чаем. Девушка дождалась пока входная дверь захлопнется и пошла к маленькому Исо, как будто этого разговора и не было вовсе. Он ничем не отличается от остальных Ипликчи. Такой же эгоистичный и своенравный. Он так решил и сделал. Девушке дела не было до игр богатых людей. В том мире свои правила, свои порядки. Права бабушка, каждый должен жить в своем мире.

Никто не напоминал Дефне о визите дедушки Омера, никто не осмеливался спросить зачем он приходил. Только вот у Нихан умерла надежда, она злилась, ночами плакала и высказывалась своему мужу. Но сделать ничего не могла, понимая, что для Дефне сейчас единственное спасение – ее сын. Ей оставалось только молиться, чтобы Аллах ниспослал Дефне освобождение от своих бед и вернул ее к прежней жизни.

- Почему так долго? Разве можно так задерживаться, я же волнуюсь? – ворчала бабушка, поджидая ее возле дома.

- Бабушка, я же предупреждала, что задержусь. Почему ты стоишь на улице?

- Ты мне будешь указывать, где мне стоять, где нет?

Дефне вздохнула и, попрощавшись с водителем, вошла в дом вслед за бабушкой. Как всегда вся семья ждала ее к ужину, изнывая от голода. Но бабушка никому не разрешала притронуться к еде, пока ждала внучку. И ей уже ничего не оставалось, как сесть за стол и если даже кусок в горло не лез, ужинать со всеми. Сегодняшний день не был исключением. Дефне ужинала и рассеянно слушала рассказы Нихан и Эсры, о том как бабушка поругалась с соседками, жалобы Нихан на брата, жалобы брата на бабушку.

Дефне было не до семейных шутливых разборок, пожелав всем спокойной ночи она ушла к себе. Растерянные родственники в тревоге переглядывались, не решаясь задать мучавший всех вопрос «Что опять случилось с Дефне?».

Синан появился неожиданно. Больше всех этому радовалась Нихан, убежденная в том, что Аллах услышал ее молитвы и прислал спасителя. Он долго разговаривал с Дефне, убеждал, ругался, просил, умолял. Но девушка ни в какую не хотела его слушать.

- Пойми, это не просто работа! Это наша жизнь, Дефне! Моя и его!

- Его жизнь меня меньше всего интересует – Дефне металась по комнате, понимая что Синан загнал ее в угол, понимая, что она вынуждена согласиться на его предложение, но все же цеплялась за свою обиду и страх.

- Возможно, - согласился Синан и обессиленный опустился в кресло. – Пусть его жизнь тебя не волнует. Но ты не можешь не признать, что ты тоже приложила руку к тому, что сейчас переживает наша компания. Ты тоже виновата в том, что Омер бросил все и уехал. Это не только его вина, но и твоя тоже!

- Больше всех в этом виновата госпожа Нериман, пусть она и решает эту проблему!

- Дедушка даже слушать ее не станет! Он с того дня как узнал всю правду видеть ее не хочет!

- И поделом ей – Дефне опустилась рядом с ним. – Пожалуйста, Синан, не заставляй меня делать этот шаг. Я не хочу снова приближаться к этой семье, я их знать не хочу.

- Извини – немного подумав тихо сказал Синан и опустил голову. Последняя надежда только что выскользнула из его рук и разбилась на мелкие осколки. Все кончено. – Ты правда, я не могу тебя заставить. Извини.

Он поднялся и шатаясь, пошел к выходу. Ему было очень обидно, просто до слез обидно получить отказ второй раз за эту неделю. Люди, на кого он надеялся больше всего в жизни за два дня один за другим бросали его. Вчера Омер, сегодня Дефне.

- Синан – тихо позвала девушка, глядя на друга полными слез глазами. Тот замер, вскинул голову, но в следующее мгновение снова уронил плечи и остался стоять, не поворачиваясь к ней. Дефне понимала как ему больно и обидно. Она даже удивилась, что еще способна сострадать кому-то, способна принимать близко к сердцу чужие проблемы. Удивилась, потому что думала, что ее сердце уже ничего не тронет. Особенно если это хоть как-то было связано с Омером Ипликчи. Синан ждал, Дефне встала и обойдя его заглянула в глаза. Он пытался спрятать лицо, но девушка уже увидела мокрые следы на щеках и это сломило ее окончательно. – Он точно не приедет?

- Нет – коротко ответил мужчина и скрипнул зубами от злости на друга. Повернув голову он заглянул Дефне прямо в ее опустевшую душу и с сожалением повторил – Нет.

- Хорошо – голос Дефне дрогнул, но она быстро взяла себя в руки. – Я пойду к деду и попрошу у него денег. Но, о большем не проси меня.

- Не нужно, - ответил Синан упавшим голосом – это бесполезно, Дефне. Мне не деньги нужны. Ты мне нужна. Ты!

Двое друзей, ощетинившись смотрели друг другу в глаза, молясь о том, чтобы один из них опустил взгляд, чтобы сдался, уступил. Наконец Дефне сдалась, понимая, что все доводы и упреки, которые она выслушала сегодня от Синана справедливы. Она виновата в том, что Омер бросил ее, бросил работу и свою жизнь. Она выгнала его из Стамбула. И по ее вине сегодня Пассионис в одном шаге от банкротства. Она могла отказать Синану и он бы понял, но кроме него были и другие. И снова Дефне поняла, что от нее зависит судьба многих людей, сотрудников Пассионис.

- Подожди меня – бросила она на ходу и исчезла всего на несколько минут, чтобы отнести ребенка матери и взяв сумку спуститься снова вниз. Всего пара минут и жизнь Дефне изменилась, закрутилась, поглотила ее полностью.

Дедушка был счастлив слышать, что Дефне стала партнером в Пассионис и заняла место Омера. Он с радостью выделил нужную сумму. Синан был счастлив, оттого что Дефне все же его поддержала и теперь будет бороться стоя рядом с ним. Нихан была счастлива, потому что ей вернули сына. Все были счастливы, кроме самой Дефне и бабушки. Их не радовал тот факт, что Дефне снова подошла очень близко к семье Ипликчи.

Однако, на дальнейшие сожаления, переживания и тревоги у девушки просто не осталось времени. Первая неделя ушла на то, чтобы ознакомиться с делами и Дефне не упускала ни одной детали, ни одного слова. Она словно с цепи сорвалась, работала сама на износ и других заставляла. Когда же через неделю к ней зашел Синан и сообщил, что получил документы от адвоката Омера и тот официально, уже на бумаге, отказывается от своей доли в Пассионис, жизнь в офисе стала просто невыносимой. Новая Дефне пугала всех, все старались держаться от нее подальше. Не свойственная ей агрессия и прямолинейность изводили дизайнеров, не раз рыдавших в кабинете у Синана. Но тот только улыбался и просил всех потерпеть. Он точно знал, что чтобы не случилось, Дефне победит своего злобного близнеца и все наладится. И вскоре так и случилось, работа наладилась, закипела. Все еще больше сплотились, трудились не покладая рук. Создавалась новая коллекция, которая должна была выйти под новым именем Дефне Топал и каждый, кто был хоть как-то причастен к этому процессу гордился и с утроенной силой работал, чтобы все получилось. Ведь от удачного запуска зависело не только будущее компании, но и будущее самой Дефне, ни смотря ни на что, всеми безумно любимой.

Дефне улыбнулась, выключая свет и ложась в постель. Завтра будет очень тяжелый день, который покажет ей на что она действительно способна. Она не надеялась на такой же успех, который сопровождал все коллекции Омера Ипликчи, но была абсолютна уверена в себе и своей работе.

Этой ночью без сна осталась не только Дефне. Синан мерил шагами гостиную, куря седьмую подряд сигарету. Его тошнило и кружилась голова, но он снова закурил, потому что нужно было занять чем-то руки. Он поглядывал на телефон, лежащий перед ним на столе, но каждый раз останавливал себя, потому что знал, Омера дела Пассионис не волнуют. Еще меньше его волнуют дела Дефне. Он об этом сказал семь месяцев назад, когда Синан буквально в ногах у него валялся и просил друга вернуться.