Осколки

- Дефне? Что случилось? – он хотел подойти к ней, но ноги вросли в пол. Девушка вскинула голову, посмотрела на него затравленно, а потом вскочила с кресла и схватив сумку прошла мимо него. Молча, не говоря не слова. – Дефне!

Она шла к лифту не оглядываясь. Синан догнал ее и не говоря больше ничего спустился вместе с ней на парковку, проводил до машины и передал в руки брата Шукрю. Он знал, что старый друг позаботится о ней, он доставит ее домой, успокоит, поэтому не стал терять время и кинулся к машине, с визгом выруливая на улицу.

Он увидел Омера сразу же, как только свернул за угол. Синан кинулся к другу, позвал его, но только тот тоже молчал, как будто эти двое дали обет молчания. Не теряя время Синан забрал друга, и теперь он сидел напротив и хмурился, обдумывая что-то. Молодой человек налил виски и поставил стакан перед Омером:

- Пей!

Тот отрицательно покачал головой и отодвинул стакан от себя.

- Не хочу.

- Хвала Аллаху, я уж думал ты онемел! Сынок, что случилось? Что ты натворил опять?

- Ты ее видел?

- Видел.

- Как она?

- Расстроенная. Что случилось Омер?

- Все закончилось, Синан. – Омер схватил стакан и залпом осушив его, со стуком поставил на стол. – Все.

- Все – передразнил его Синан. – Ты можешь мне внятно объяснить, что произошло?

- Я хотел попросить у нее прощения. А она… Она… - Омер не смог больше ничего сказать. Вскочил на ноги и заметался по комнате как раненый зверь, запертый в клетке. Он не находил себе места ни в одном углу, ни у одного окна, ни у одной стены.

- Да остановись ты! – Синан схватил его за грудки и с трудом удерживал на месте. – Говори! – приказал он.

- Она не хочет меня больше. Я ей не нужен.

Синан никогда не считал Омера глупым, но сейчас, глядя на эти дрожащие губы, испуганные глаза и трясущиеся руки, он не смог удержаться и захохотал. Омер растерялся, не зная как реагировать.

- Сынок, ты в своем уме? – не мог остановиться Синан, слезы текли по щекам от смеха.

- Я тебя сейчас ударю – пригрозил Омер.

- Бей – неожиданно стал серьезным молодой человек. – Бей, если тебе станет легче.

- Да пошел ты! – Омер оттолкнул его и подойдя к столу налил себе еще виски и также залпом осушил стакан.

- Сынок, ты или слепой или дурак, - Синан явно получал удовольствие глядя на страдания друга. Он молча смотрел на Омера, а тот в ожидании уставился на него, сверкая глазами и стискивая зубы, чтобы на самом деле не врезать ему. Наконец Синан сжалился над ним – Ладно, расслабься. На самом деле, Омер, ты же не ожидал, что после всего она кинется тебе на шею, как только увидит? У девушки нормальная реакция. Дай ей время, сынок, она придет в себя и вы поговорите спокойно.

- Я тоже так думал. Но чем ближе я к ней подхожу, тем плотнее стену она воздвигает, между нами. Тем неприступней становится она.

- Ну так сядь и подумай, что на самом деле происходит с ней. – Синан бросил на друга насмешливый взгляд и оставив одного ушел к себе.

Омер открыл стеклянную дверь, ведущую во двор и вышел, жадно глотая воздух. В голове стало проясняться, красная пелена, застилающая ему глаза постепенно отступала. Способность спокойно мыслить вернулась к нему и первая мысль выстрелила в голове «Поспешил». Он просто испугался, услышав о Памире. Омер хорошо знал своего кузена, перед которым не могла утоять ни одна женщина, все влюблялись в него сразу и безнадежно. Он испугался, потому что никогда не слышал ни от самого Памира, ни от кого-то другого, чтобы ему кто-то понравился. Испугался, потому что точно знал, не влюбиться в Дефне невозможно. Синан тоже был влюблён в нее, но в отличии от Памира отошел в сторону, понял, что у Омера все очень серьезно. А кузен не отступит ни за что. Поэтому он настолько испугался, что потерял способность соображать. Первое, что пришло в голову поговорить с Дефне, упасть ей в ноги, просить прощения, умолять до тех пор, пока она не простит. Омер был готов к этому, он даже хотел этого. Но сразу же наткнулся на холодную стену. Он увидел ту Дефне, которую никогда раньше не видел. Он осознал, что благодаря ему жизнерадостная, полная любви и счастья девушка превратилась в заледенелую статую. Омер не видел в глазах Дефне больше любовь. Там было равнодушие.

- Будь все проклято! – отчаянно махнул рукой молодой человек и пошел будить друга.

- Ты в своем уме? – Синан хоть и не спал, но с пастели вставать не собирался ни за что на свете.

- Синан, ты мне друг? Тогда пошли со мной.

- Ни за что! Ложись спать, не беси меня!

- Я не смогу уснуть пока не поговорю с ним.

- Завтра на работе поговоришь. Омер, он живет с твоей тетей, ты хочешь увидеться с ней?

- А почему Памир живет у Нериман?

- Потому, что своего дома у него нет.

- Что он вообще тут делает?

- Сынок, ты думаешь, у меня других дел не было? Ты думаешь мне было или есть дело до него? Я знаю только, что твоя тетя привезла его в Стамбул, потом приходила и просила меня взять его на работу. По старой дружбе я не смог отказать. Вот и все, что я могу тебе еще сказать?

- Это было до того, как Дефне появилась в компании или после? – настороженно спросил Омер. У него явно выстраивалась картина в голове, о которой Синан не хотел ничего знать.

- Не рассказывай мне ничего! – сразу же предупредил он и дождавшись согласного кивка от друга только после этого ответил на его вопрос – после.

- Проклятье! – Омер с размаху впечатал кулак в стену.

- Что? – спросил обеспокоенный Синан. Но тот молча вышел, сдержав обещание, данное минуту назад. Однако Синан понимал, что дело серьезное, поэтому вскочив с кровати помчался за ним. – Стой, Омер! Скажи уже что случилось?

- Любовь напрокат! – два слова и для обоих все стало понятно без лишних слов. Конечно эти два слова были близки и госпоже Нериман и ее любимому племяннику Памиру.

- То есть, твоя тетя узнала, что Дефне наследница и подослала племянника? - Ну уж нет!

- Ну уж да! – Омер забыл обо всем, его мозг лихорадочно работал, взвешивая все за и против. Он не хотел ошибиться, слишком дорогую цену придется заплатить в этом случае. Но как бы он не пытался оправдать своих родственников, все указывало на то, что он прав. – Поехали – решительно заявил Омер, но Синан схватил его за руку.

- Сынок, мне кажется, тебя надо сдать на починку. Начинаешь так хорошо, а потом сбой и все, финиш! Куда несешься? Завтра поговорим, не гони!

- Ты не понимаешь!

- Омер, это ты не понимаешь! Ты сегодня поспешил, много выиграл? Доволен остался?

- Это другое.

- Нет, это тоже самое. Сынок, не наломай дров, приди уже в себя!

Синан прав, надо переждать эту ночь. Как дождаться утра, чтобы не сойти в ума Омер не знал. Но он твердо решил прислушаться к совету друга и подождать.

Домашние окружили Дефне как только она переступила порог дома. Но она не слушала никого, не хотела. Все, что сейчас происходило вокруг нее было ненужным, лишним. Она устала от вечного нытья Нихан, от постоянного ворчания бабушки и даже от плача маленького Исмаила. Сейчас все ее раздражало, мешало ей сосредоточиться на себе и своих чувствах. Поэтому, когда она встала посередине ужина, оставив опешивших родственников, и не говоря ни слова заперлась у себя в комнате, она почувствовала себя спокойней.

Дефне чувствовала себя слишком уставшей, как будто ее выжали как лимон, предварительно счистив цедру. Совершенно опустошенная, она еле добралась до кровати и рухнула на нее. Как же тяжело оставаться хладнокровной, непроницаемой и холодной, когда внутри все горит и пылает. Когда ее душа рвется к его душе, руки тянутся обнять его, губы хотят слиться с его губами. Днем она держится, пытается справиться с ситуацией, а по ночам… Ночами она готова выть от обиды за то, что с ними это случилось. Она видела, как страдает Омер, видела, что он места себе не находит. А сегодня, когда он наконец попросил у нее прощения, Дефне почувствовала, как земля, на которой она так твердо стояла до сих пор, уходит из-под ног. Она поняла и простила сразу же, не задумываясь, поэтому и испугалась так, поэтому отстранилась, закрылась, спряталась. Она попыталась обмануть саму себя и задушить в себе радость и облегчение, от произнесенных слов. Но Дефо, живущая внутри нее, все еще любящая Омера и оживающая только тогда, когда он был рядом не позволила, не разрешила. Омер как раз и стал свидетелем борьбы между Дефне и Дефо, вцепившихся друг в друга двух фурий, которые защищали каждый свои интересы. Пусть он убежал, пусть он не понял, зато девушка точно знала, что он ушел не потому, что сдался или испугался. Он ушел, потому что понял - она этого хотела.