Осколки

- Дефне… - Омер не хотел ее слушать, не хотел слышать то, что она сейчас говорит.

- Дефне ханым… - исправила его девушка и снова уткнулась в экран компьютера, давая понять, что разговор окончен.

- Хорошо, Дефне ханым… Но не надейся, что на этом мы поставили точку.

Дверь с грохотом закрылась. Дефне пыталась согнуть одеревенелые пальцы, чтобы напечатать письмо, над которым она думала последние полчаса и кроме слов «Уважаемые господа» придумать ничего не смогла. Сердце грохотало в ушах. Слезы душили. Но она упрямо смотрела в монитор, в сотый раз перечитывая два слова «уважаемые господа»…

Она знала, что рано или поздно ей придется поговорить с Омером. Знала это также, как и то, что сколько бы она ни сопротивлялась, другой дороги все рано нет. Нет Дефне без Омера!

========== Любовь напрокат ==========

Комментарий к Любовь напрокат

Дорогие друзья!

Ну вот мы и приближаемся к финалу. Публикую очередную главу и сразу предупреждаю, что осталось еще одна-две главы. Я хотела вам рассказать именно про этот эпизод из жизни Дефне и Омера. Надеюсь вам понравилось.

Приятного чтения!

Голова Омера раскалывалась. Весь день он навещал бывших клиентов, старался показаться в людных местах, чтобы его заметили, поняли, что он все еще в деле. Он старался, он был обязан, поэтому из кожи вон лез, чтобы исправить свою же ошибку. Пусть для этого ему придется ходить от одной двери к другой, от клиента к клиенту, из ресторана в ресторан. Не имело значение, где и как, главное, чтобы как можно больше людей увидели и пообщались с ним.

И естественно каждый раз разговор приводил его к молодому дизайнеру Дефне Топал. Омер без устели, сутками напролет был готов говорить о ней и слушать то, как другие восхищаются ее работами. Никогда не думал, что слова «Она легко может подвинуть тебя, дорогой друг, будь поосторожней с вашим новым дизайнером» могли так обрадовать его, вызвать такую гордость, такой восторг. Он слушал с трепетом и запоминал каждое слово сказанное про Дефне. Убеждал, доказывал, настаивал, что такой коллекции в Пассионис еще не было, потому что раньше все коллекции создавались для женщин мужчиной, а теперь это сделала женщина, которая точно знала, что именно нужно предложить клиентке.

Омера поглотила работа до такой степени, что он на время отодвинул все мысли о Памире на второй план. Утром Омер искал его везде, как сумасшедший носился по офису, распугивая остальных сотрудников, но так и не нашел кузена. Тот как сквозь землю провалился. Но молодой человек точно знал, что во что бы то ни стало, сегодня встреча должна состояться.

Всю дорогу в офис, Омер пытался найти причину появления Памира в компании. Ради чего он приехал в Стамбул? В последний раз, когда они виделись Памир уезжал отсюда со словами, что только дорожка выложенная из слитков чистого золота может вернуть его обратно в эту дыру. Но он вернулся. Мало того, он начал работать и, если верить Синану, не меньше семи месяцев он трудился в компании. Чего ради? Неужели настолько бедствует, что решился на этот шаг? Памир ненавидел работу, причем любую. Настолько ненавидел, что все время учился, чтобы у него не осталось времени на работу. А теперь он здесь.

Одним словом, пока Омер доехал до офиса накрутил себя до такой степени, что его просто трясло от злости. Если бы сейчас кузен попался ему на пути, то не разбираясь, Омер налетел бы на него с кулаками, вот так он себя загрузил.

- Кого-то ищешь? – Омер не сразу заметил Синана, который, видимо, дано уже наблюдал за ним.

- Почему никого нет в офисе? – вместо ответа спросил молодой человек.

- Потому, что рабочий день давно закончился. Все разъехались по домам.

Омер непроизвольно посмотрел на часы. Да, рабочий день давно закончился, но было не так поздно, чтобы все работники разъехались в условиях чрезвычайного режима, в котором все должны были работать. И Памир в первую очередь.

- Понятно, - бросил он и направился к кабинету Дефне.

- Куда? – Синан схватил его за руку – Оставь, брат. Пойдем лучше выпьем, поговорим.

- Обязательно поговорим. Ты меня подожди у лифта, я догоню – он вырвался из рук друга и торопливым шагом, направился к своей цели.

На этот раз Омер остановился у двери. Закрыл ее и привалился спиной, заблокировал. Если вдруг Синану взбредет в голову помешать им, Омер этого не допустит. Дефне все также как и утром, сидела и напряженно смотрела в монитор.

- Дефне? – девушка вздрогнула, услышав его голос. Она настолько была погружена в свои мысли, что даже не заметила, что уже не одна в комнате. – Извини, я не хотел тебя напугать.

- Омер бей, весь день вы мешаете мне работать. Пожалуйста, какое бы важное дело у вас не было, давайте поговорим об этом завтра. – Она не могла сейчас с ним говорить. Слишком много его было за один день и это нарушало душевное равновесие девушки, заставляя трястись все ее нутро.

- Я займу у вас еще пару минут и потом уйду.

- Навсегда? – неужели ему показалась едва заметная нотка разочарования? Показалось! Или все же не показалось?

- На сегодня - уточнил Омер и замолчал. Дефне уставилась на него в ожидании, пытаясь сохранить бесстрастное выражение лица. В какой-то миг, на интуитивном уровне девушка поняла, о чем хочет поговорить Омер, и вся подобралась, приготовилась, зажала нервы в кулак. Но молодой человек продолжал молчать, будто набирался храбрости, чтобы сказать те слова, которые застряли у него в горле и душили, сжимая трахею железной хваткой. - Прошу прощения… – наконец выдавил он, но голосу не хватало твердости, жизни не хватало. - Я хочу попросить у тебя прощения за все. Это была моя вина. Во всем была моя вина. Я превратил твою жизнь в кошмар, потому что не мог справиться со своей гордыней. Я был резок, нестерпим, поэтому ты не смогла мне рассказать обо всем. Прости…

Девушка сидела не в силах выдохнуть. Сколько дней и ночей она мечтала это услышать. Сколько недель и месяцев представляла, как Омер смотрит на нее вот так, как сейчас, потеряно и просит прощения. Почему сейчас, когда наконец Дефне получила то, что хотела, ей не полегчало. Почему стало еще хуже?

- Если вы закончили, я вернусь к работе? – ровным, спокойным голосом сказала девушка и наконец посмотрела на него. Омер задохнулся, заглянув в них. Он не хотел, просто отказывался верить в то безразличие и холод, которые выглядывали из ее глаз. Дефне вновь повернулась к экрану, повторяя про себя одно лишь слово, уговаривая себя, умоляя «Держись! Держись!»

Омер понял, он почувствовал, он догадался. Выйдя из кабинета, он тихо прикрыл дверь, думая, что если хлопнет чуть громче Дефне рассыпится. Такой напряженной и такой неестественно молчаливой она сидела в полутемной комнате, освещенной только ярким светом от экрана ее ноутбука.

Омер сбежал вниз по лестнице, унося ноги подальше от этого места. Ему казалось, что Дефне не могла даже дышать тем же воздухом, каким дышит он. Поэтому ему хотелось уйти как можно дальше, чтобы потом остановиться где-то посередине улицы и присесть на корточки, зажав голову руками, и попытаться вытравить, вырвать из памяти этот равнодушный взгляд любимой.

Сколько он так сидел? Ноги затекли, он их не чувствовал, но так и не догадался встать, выпрямиться, чтобы кровь спокойно потекла по венам, разнося по всему телу жизнь. Он не хотел, просто не мог жить, когда она смотрела так равнодушно, так пусто и холодно.

Омер даже не заметил, как машина Синана остановилась перед ним, как друг опустился рядом с ним, пытаясь заглянуть в лицо, как он потряс его за плечи, приводя в чувство. Он не сопротивлялся, когда его посадили в машину и даже не поинтересовался куда они едут. Какая разница?

Синан привез друга к себе домой. Он не знал, даже не мог себе представить, что такого могло произойти за те пять минут, что Омер пробыл в кабинете у Дефне, но когда он вошел туда застал ее съежившуюся в кресле, сжавшуюся в комок. Только макушка ее рыжей головы была видна из худых, острых плеч. На одну секунду, короткую но омерзительную секунду ему показалось, что Омер ее ударил. А потом он мысленно встряхнул себя, напомнив, что Омер никогда в жизни не поднимет руку на женщину, тем более на любимую женщину, тем более на свою женщину. А то, что Дефне была любимой женщиной Омера для Синана было ясно как день. Как и то, что Омер был ее единственным мужчиной.