Страница 14 из 59
- Дерись Эмре! – у меня темнело в глазах, когда я видел его таким растерянным, беспомощным, таким жалким… Пред моими глазами стоял не взрослый мужчина, успешный финансист, мой брат Эмре… Сейчас в нем я видел маленького мальчика, который цеплялся за меня маленькими ручками и плакал в аэропорту: «Джан, не отдавай меня, пожалуйста. Я хочу быть с тобой»… Каждый раз он плакал уезжая домой к своей матери и каждый раз летел на меня раскрыв руки и визжал на весь аэропорт «Джаан, я приехал». Как я мог ударить маленького мальчика, обиженного и всеми брошенного.
- Что ты натворил, Эмре! Как ты мог так с нами поступить? – у меня не было больше сил. Ноги подкосились, и я опустился на колени, уронив отяжелевшие в оду секунду руки. Мой брат, мой родной брат, которым я гордился, любил и не видел без него смыла в своей жизни, сегодня поставил меня на колени.
- Прости, Джан! Я знаю, что не достоин твоего прощения, но все равно прошу тебя… Прости, брат! – он опустился передо мной на колени, и умолял, глядя мне прямо в глаза.
- Почему, Эмре? Неужели ты настолько ненавидишь меня, что в один день решил лишить всего. Имени, профессии, отца, брата, любимую…
- Нет, брат! Нет! – Эмре устало опустился на согнутые ноги и сидел теперь передо мной, сгорбившись, опустив голову. – Я не этого хотел.
- А чего ты хотел? – я сел на пол, привалившись спиной к канатному борту ринга. Мне нужна была опора, потому сейчас все плыло перед глазами.
- Я сам не знаю чего хотел… Но я не думал, что все так обернется… Не хотел, чтобы все зашло настолько далеко…
- Ты хоть понимаешь, что мы сотворили с ней? – у меня не было к нему никаких вопросов. Меня не интересовало, что он мне расскажет, да и говорить нечего. Найти оправдание его поведению я не мог, как ни силился. Вчера весь вечер, после встречи с Османом, я думал об Эмре. Почему о нем? Потому, что только мысли о нем могут отвлечь меня от мыслей о Санем. Нет, я не убегаю от этого, я не пытаюсь снять с себя эту ношу… Но мне нужна отсрочка, совсем немного времени, пока компания не войдет снова в рабочий ритм. И вот тогда я смогу уже полной грудью вздохнуть этот отправляющий воздух сожаления.
- Она не понимала, что делает. Это полностью моя ответственность.
- Эмре, как нам теперь выйти из этой ситуации?
- Я не знаю, – он сел рядом со мной, совсем как в детстве. Неужели Эмре все еще не вырос? Или же я привык видеть в нем маленького мальчика?- Хочешь я поеду и привезу ее? – он произнес это так решительно, что я непроизвольно посмотрел на него. Мне показалось, что вижу его впервые, что передо мной чужой человек.
- Я хочу, чтобы ты уехал. Хотя бы на время…
- У Джана Дивита свои методы решения проблем – ухмыльнулся он, пробуждая во мне новую волну злости.
- А ты что предлагаешь? Мы с тобой должны жить рядом и делать вид, что чужие друг для друга? Или же обняться и продолжить дальше жить, будто ничего не произошло? Это метод решения проблемы Эмре Дивит?
- Нет, не это…
- Тогда что?
– Думаю, что каждый должен получить по заслугам.
- Я уж точно получил все, что мне причиталось от жизни! – я встал и сверху посмотрел на брата.
- Тогда моя очередь получить все, что мне причитается – Эмре поднялся следом. Решительность и твердость его слов немного сбивали меня с толку. Он точно что-то задумал и, пока не поздно, нужно его остановить.
- Что ты задумал? Что опять происходит в твоей голове? Хоть раз скажи прямо, о чем думаешь!
- Я пойду в полицию, – заявил мой глупый брат, посмотрев мне прямо в глаза. – Айлин и я должны получить наказание за то, что сделали.
- Ой да-а… Лучше ничего не смог придумать? –«может все-таки его отлупить как следует?»
- Странно, что ты с этим не согласен? Ведь по твоим принципам, виновный должен получить наказание.
- Если еще раз заговоришь о моих принципах, я тебя прикончу! Лучше подумай о своих! О тех принципах, или их отсутствии, которые позволяют тебе предавать собственного отца и брата. О принципах, которые позволяют тебе так смело играть жизнями других людей!
- Я беспринципный человек, – Эмре говорил об это совершенно серьезно. Кажется он даже не видел в этом заявлении ничего странного. Понять то, что мой брат считает себя беспринципным и даже бравирует этим, было выше моих сил – И даже больше, я человек-невидимка, которого не видят собственные отец и брат.
- Эмре, ты сейчас ходишь по краю, смотри не навернись!
- Я смотрю брат, смотрю…
- Неужели жажда власти настолько сильна в тебе, что ты смог так жестоко отомстить отцу?
- Это не жажда власти и мне очень жаль, что вы с отцом этого до сих пор не понимаете. Вы все еще считает, что я маленький ребенок, которого можно взять и посадить в самолет и отправить домой, когда он вам надоел.
- Это еще что значит? – мне стало жутко, когда я услышал отголоски собственных мыслей в его словах. Неужели отец прав и мы сами допустили непоправимую ошибку в отношении Эмре.
- Ничего это не значит, Джан. Все, чтобы я не сказал, будет звучать так, как будто я тебе завидую. Но это не так. Я всегда гордился тобой, всегда хотел быть похожим на тебя, стремился к этому. Но отец видел только своего Джана, только его. А Эмре… Эмре был и остался маленьким дополнением к Джану…
- Ты говоришь глупости!
- Правда? Тогда почему ты так злишься?
- Эмре, я не думаю, что ты сейчас в том положении, чтобы обвинять нас в чем-то.
- А я и не обвиняю. И не пытаюсь убежать от своего «положения». Я стою здесь, перед тобой. Хочешь бить, бей! Я слова не скажу.
Я снял перчатки и кинул их на пол. Подойдя к нему вплотную, посмотрел в глаза брата и ужаснулся, сколько боли было в его взгляде, обиды и страха.
- Что ты хочешь сказать, говори – прохрипел я, все также глядя в его испуганные глаза.
- Ничего я не хочу сказать, Джан. Ты спросил меня, почему я спутался с Айлин, почему объединился с ней против вас… Потому, что думал, что она видит во мне того, кто я есть.
- Думал… То есть ты понимаешь, что Айлин пользовалась тобой как игрушкой? Также как ты пользовался Санем?
- Увидел… Я ведь отдавал ей маленькие проекты, крохи с главного стола. Эти проекты ничего не значили для компании, они не могли причинить ей вред. Но когда ее аппетиты выросли, и когда она так подставила тебя с фотографиями я все понял и порвал с ней. Но ты уговорил меня вернуться, ты поддержал ее.
Я уговорил, я поддержал… Сам того не понимая, я подтолкнул Эмре в руки этой ведьмы. Как же все-таки интересно получается, Санем я толкнул на путь лжи, сам того не зная, Эмре в руки Айли и тоже не понимая этого. О чем я могу говорить с ним, что я могу требовать от него, когда сам кругом виноват. Я не видел того, что было у меня перед носом, а теперь пытаюсь призвать к ответу других. «Разберись сам с собой Джан Дивит! Для начала спроси за все с себя самого!»
- Забудь про полицию. Нам сейчас эта шумиха ни к чему, – я подобрал перчатки и вылез с ринга. Он последовал за мной в раздевалку.
- Я думал об этом! Но по-другому я не смогу избавится от нее!
- Эмре, ты же только что твердил мне, что ты взрослый человек, а в тебе все видят маленького мальчика! Ну так и поступай как взрослый человек! Брось Айлин, разорви с ней все связи!
- Я так и сделал, но ты ее очень плохо знаешь.
- Ну да… Она уже пожаловалась твоей матери на меня и на тебя заодно. Она в тебя вцепилась намертво.
- Джан, она способна на более страшные вещи, поверь мне.
- Верю, можешь не рассказывать – войдя в раздевалку, я кинул перчатки на скамейку и, вытащив из шкафчика полотенце, пошел в сторону душа – Поезжай к отцу, побудешь с ним, заодно успокоишь.
- Понятно… Санем сослал в Италию, меня на Кубу…
И вот тут моя выдержка предала меня... Развернувшись со всей дури врезал ему так, что он отлетел на несколько метров от меня. Понимая, что мне сейчас нельзя приближаться к нему, от безысходности, я въехал кулаком в металлический шкафчик, чтобы наконец израсходовать всю злость до конца. Я уставился на деформированную дверцу и не мог понять, что происходит. Все тело пульсировало, горело и ломило.