Страница 7 из 11
Глава четвёртая
В не столь далёкие времена Варвара Подьячная была активисткой «Молодых регионов», агитировала за Януковича и ходила, закутавшись в Украинский флаг, пела с особой страстью Украинский гимн, а в её комнате висела большая карта любимой страны, на которой по бокам красовались большой герб, малый герб, и даже портрет Тараса Шевченко, хмуро глядевшего на бурную общественную жизнь Варвары. Однако пришёл 2014 год, и карта Украины неведомо как исчезла, а на её месте появилось широкое изображение бескрайней Российской Федерации.
Опыт работы в «Молодых регионах» не прошёл для Варвары даром. Уже в новой стране девушка вступила в ряды «Волонтёров нашей Победы», где проявила себя с лучших сторон. Именно Варвара стала генератором идей для мероприятий – квесты, флешмобы, патриотические акции, воображение её не знало усталости. Она всеми правдами и неправдами старалась укрепиться в организации.
Корпус волонтёров создавался к 70-летию Победы в Великой Отечественной войне. После юбилея организация стала работать на постоянной основе под опекой Департамента по делам молодёжи и спорта. В Департаменте расширялся штат, им нужен был человек, который бы курировал всё волонтёрское направление в Севастополе. А у Варвариной мамы имелись знакомые в Правительстве, они и обещали помочь с трудоустройством.
Но если так подумать – кому как не Варваре получить эту должность? Выпускница МГУ, активистка-общественница, пассионарий, для полной красоты ей не хватало только руководства какой-нибудь молодёжной организацией. Но Варвара над этим работала.
У всех общественных организаций есть одна общая проблема – некому бесплатно их мероприятия фотографировать. Так было и у волонтёров, пока, неожиданно, Варвара не встретила на раскопках Валю Трухова. Бескорыстного фотографа она вознамерилась взять в оборот. У этого экземпляра имелся и собственный фотоаппарат, солидная машина, выдающая качественные снимки, и Варвара надеялась, что из юноши может получиться ценный участник волонтёрского движения. А Валя вдруг сам пригласил девушку в паб с названием «Зер Гуд», и поклялся что в пабе «Зер Гуд» наливают самое лучшее крафтовое пиво и делают самые вкусные бургеры.
За барной стойкой их встретил парень с тюбетейкой на макушке и с широкой, ровно подстриженной, точно ландшафтный куст, бородой. Он протянул руку Трухову, и Трухов охотно откликнулся на рукопожатие. Вале было хорошо в пабе, он чувствовал себя здесь комфортно. Парень на кранах всячески угождал ему – то совет подбросит в выборе пива, то польстит ненавязчиво. Можно нежиться в уютной атмосфере, слушать виниловые пластинки Deep Purple и Uriah Heep, и жевать самый вкусный бургер.
Сегодня бородатый парень разливал пиво со вкусом кокоса, со вкусом томата, и ещё множество всякой всячины, и Валя терялся в выборе.
– Можно мне кофе. Крепкого, – попросила Варвара.
– Ты точно не хочешь? Это действительно очень вкусно.
– Я предпочитаю кофе, пусть голова быстрее работает. От пива она работать быстрее не будет.
– Я тебе советую заказать здесь кесадилью с курицей, это просто божественно.
– Не люблю все эти бургеры, как-то это не солидно.
– Хм, почему несолидно?
– У меня это ассоциируется с макдональдсом, ты понимаешь, с забегаловкой, короче с фастфудом. Можешь себе представить, чтобы какой-нибудь депутат или большой чиновник шёл обедать в фастфуд? Должен быть уровень, планка, которой надо соответствовать.
– Ну, тут достойное заведение, меня всё устраивает.
– Да, но я говорю о каких-то внутренних критериях. В первую очередь для самого себя. Знаешь про ведро с крабами? Когда один краб пытается вылезти из ведра, все другие тянут его вниз. Вот те, кто тянет тебя вниз, для таких и существует фастфуд. А ты должен соответствовать чему-то более солидному. Быдло пусть питается в макдональдсе.
Валя подумал о стройке, Лёше и Потапыче. И про гараж подумал. Вспомнил отвратный день, когда отмечали Хэллоуин и танцевали со спущенными штанами. Вспомнил, как в последний раз его чуть ли не силком потащили на стройку – как в помоях вымазали. Видимо, настало время пообещать себе – никто больше не будет тащить его вниз.
– Как так получилось, что ты пошёл учиться на электромеханика? – Варвара внимательно изучила внешность Трухова и в миленькой детской рожице не увидела ничего морского.
– Надо было куда-то поступать, – Валя пожал плечами, как бы говоря – дела давние, нет смысла ворошить их, да и что сделано, то сделано.
– Тебе нравится учиться?
– Такой зашквар. Преподы просто старые маразматики, а молодых за деньги можно разрулить, все стенды, оборудование совковое, раздолбанное, толком вообще ничему не учат, всем на всё плевать.
Валя отхлебнул пиво, а Варвара взяла его стакан и отхлебнула следом.
– Странный вкус, кокоса совсем не чувствуется. Но почему именно электромеханика? Ты ведь никогда не планировал ходить в моря?
– Там был очень маленький конкурс для бюджета. Меньше только на каком-нибудь автотранспорте. Но это совсем зашквар, этот автотранспорт. Морской факультет всё-таки престижнее звучит. А поступать надо было, тогда на Украине ещё был обязательный призыв в армию.
– И что ты планируешь делать?
– Я на вторую вышку пойду, на экономиста, но только не здесь, – Валя рассёк рукой воздух, будто отрезая себя от того, что именовал «здесь». – Я смотрел на ютубе топ университетов Европы, у меня бомбило просто от того где я учусь.
– У нас в МГУ вроде бы ещё нормально. Но, наверное, такое везде.
– Знаешь, меня бесит этот полный беспредел. Я сюда на топике ехал, и попросил у водилы билет, он говорит, что билеты не выдаёт. Ты ведь понимаешь, что половину выручки они кладут себе в карман? Вот как ты посчитаешь, сколько пассажиров он перевёз и сколько заработал? И никакого контроля.
– Людям то же надо как-то зарабатывать. Каждый крутится, как может, незачем судить людей за то, что они хитрят, чтобы положить что-нибудь себе в карман. Я могу это понять.
– Но почему мои деньги должны идти какому-то водиле?
Варвара не ответила, она решила пресечь непонятный спор, и перейти к делу. Распахнутыми газами она глядела на Валю, рассматривая нежные черты его лица. Особенно её восхищали ресницы – пышные и длинные, всякая девушка хотела бы иметь такие. «Интересно, а покрасся он в блондина? Ему, наверно, подошло», – представляла Варвара.
– Слушай, я хотела попросить тебя об одной просьбе. Это насчёт «Волонтёров нашей Победы», там сейчас такая тема намечается. В общем, у нас в конце месяца отчётно-выборная конференция. Это выборы городского комитета и его председателя. Я там коалицию создаю, которая бы меня поддержала. Я боюсь, может просто не хватить голосов.
– А сейчас председатель вон тот парень с маленькой головой и большими бицепсами?
– Женя, да. Но он никакой. Он хороший парень, но не справляется с вверенными ему обязанностями. Приём минимальный, мероприятия проводятся плохо. А я знаю, как развить такую организацию, опыт у меня большой. Только боюсь, не все меня поддержат.
– Зачем вообще это военно-патриотическое воспитание? Мы с кем-то воевать собрались?
– У нас патриотическая организация, и очень широкий спектр деятельности. Мы сохраняем память о великой победе, это важно для всех нас, для всего нашего общества. Мы не должны забывать подвиги наших предков, или позволить кому-то их переписать.
– Это всё я уже слышал, я хочу знать, что ты сама об этом думаешь.
Варвара замолкла. На секунду растерялась, а потом машинально вновь сосредоточилась на разговоре. Варвара увидела – в детском личике Трухова проглядывали грубые мужицкие черты. Такой Валя ей понравился.
– Наверное, есть какие-то святыни, о которых нельзя говорить легкомысленно. Они могут звучать пафосно, но это то, что скрепляет наше общество, помогает жить дальше и строить честную, справедливую страну.
«Надо запомнить: скрепляет наше общество, помогает строить честную, справедливую страну, – подумала Варвара, – сказать на каком-нибудь мероприятии».