Страница 8 из 78
Сила его слов шокирует меня, и я пытаюсь скрыть свою дрожь.
– Ни черта нет. Почему ты спрашиваешь?
– Чушь собачья! Я видел, как ты на нее смотрел на прошлой неделе за ужином, думая, что мы с Ником в другой комнате. То, как ты загорелся, когда она решила поехать с тобой. Возможно, это ускользнуло от многих людей, но я тебя знаю. Не говоря уже о том, что она ведет себя как полоумная. Я вижу ее почти каждый день в больнице и каждый раз она улыбается.
– Может, она счастлива.
– Она работает с детьми, болеющими раком, тупица. Ее сердце разбивается почти ежедневно.
Он прав, с этим даже я не могу поспорить.
– Что ты хочешь от меня услышать?
– Я хочу, чтобы ты мне сказал, что я во сне или воображаю себе все это дерьмо. Скажи, что она тебе не интересна, что у меня галлюцинации. Черт! Скажи мне что-нибудь, что сделает меня более спокойным, пока она будет с тобой эти четыре дня.
Я смотрю на брата, а потом закрываю глаза и потираю рукой лицо.
– Тебе не показалось это дерьмо. Я не совсем понимаю, что происходит. Это вышло за пределы левого поля.
Я вспоминаю визит Биззи две недели назад, и когда мои чувства так изменились.
– Это было похоже на чертову лампочку, чувак. Ты не можешь этого понять. Она была так прекрасна, даже со слезами, струящимися по ее щекам. Мое сердце болело, когда я ее обнимал и чувствовал каждый ее вздох, пока она оплакивала Грейди. Когда она сказала мне, что любит меня, как и сотни раз до этого, я почувствовал это душой. Что-то щелкнуло. Для меня все изменилось.
Воспоминания о том дне вызывают те же эмоции, заставляют пузыриться их на поверхности. Мое сердцебиение учащается от первобытной потребности стереть ее боль, мои пальцы норовят провести по ее волосам и помассировать кожу головы, чтобы успокоить ее слезы, и мои руки хотят обнять ее и защитить от боли потери пациента. Я хочу уничтожить все, что отнимает свет с великолепного лица Биззи. Желание внутри усиливается.
– Иисус! Ты не можешь все испортить.
– Я знаю, придурок! Вот почему, я не собираюсь торопиться. Она может даже не чувствовать то же самое!
Жалюзи в моем кабинете начинают закрываться, и я благодарно киваю Гейл.
– Окей, давай сменим тему. Расскажи мне о Саше.
Я так быстро вскидываю голову, что у меня щелкает шея.
– О чем, черт возьми, ты говоришь? Что Саша? Она не имеет к этому никакого отношения. Она – никто.
– Это не ты выходил с ней из бара несколько недель назад?
– Это не твое собачье дело, но, учитывая, что ты спрашиваешь, ты знаешь ответ. Это была ошибка, большая ошибка, которая больше не повторится.
– Хорошо, давай выложим это дерьмо, старший брат, потому что тебе нужно знать. У тебя внутри есть маленький огонь, который, кажется, поддерживается нашей любимой девушкой. Той самой девушкой, которую мы любили с тех пор, как Ник и она объявили себя лучшими друзьями на всю жизнь. Той девушке, которую годами доставала твоя Саша, бл*ть, Крейн!
– Что? – Я чувствую, как кровь отливает с моего лица.
Ни хрена себе. Каковы шансы?
– Да, эта сука уже целых десять гребаных лет достает Лизбет. Даже с двухлетней разницей в возрасте, она находила способ ей навредить при каждом удобном случае. Это не моя история, но Ник сказал, что это было ужасно. Он бы убил Сашу Крейн, если бы мог.
– Почему я не знал?
– Ты старше. Ты учился в колледже, а потом в юридической школе. Ты проходил стажировку в Нью-Йорке. Каждый раз, когда ты был дома, это был праздник или день рождения. Биззи никогда не говорила об этом.
– Мерзкая сука. Саша была той девушкой, которая доставала ее в школе, которая смеялась над ней за то, что она облысела и была пухлой из-за стероидов?
– Да именно эта сука.
– Я трахал эту женщину?
– Недальновидно.
– Биззи не должна знать. – Мой желудок сжимается от отвращения.
– Она не услышит этого от меня, и к счастью для тебя, Ник был пьянее нас. Он ничего не видел. Он надерет тебе задницу.
– Дерьмо, дерьмо, дерьмо..., – я свешиваю голову и потираю виски, где скапливалась сильная головная боль.
– Тебе нужно быть осторожным, Шоу. Я бы никогда не стал влезать в твою личную жизнь, но это слишком деликатно, чтобы облажаться. Будь уверен во всем, прежде чем сделаешь шаг, потому что ты не сможешь вернуться к прежнему.
– Черт. – Я продолжил массировать голову. – Я не уверен, на чьей ты стороне.
– Ты мой брат, но также я люблю и ее. Скажи мне, что мне не о чем беспокоиться.
– Тебе не о чем беспокоиться.
Я вовремя поднимаю глаза, чтобы увидеть, как исчезает его беспокойство, и его губы дергаются.
– Тебе весело?
– О, черт возьми, да. Годами думал, найдешь ли ты когда-нибудь женщину. Если Биззи даст шанс твоей жалкой заднице, мама спланирует твою свадьбу и будет преследовать тебя по поводу внуков.
В любое, другое время, его слова заставили бы меня покрыться крапивницей, но образ Биззи как матери, заполняет мой разум, и я перестаю обо всем думать.
– Обещаю тебе, что не облажаюсь. Она самый важный человек. Я буду действовать осторожно.
– Отлично. – Он подходит к дивану, ложится и смотрит на меня с улыбкой. – Расскажи мне о своих планах на выходные.
Я расслабляюсь и рассказываю любопытному брату обо всем, что запланировал на выходные.
– Ты уверен, что это хорошая идея, пригласить женщину, которая тебя интересует, на ужин с молодыми двадцатилетними спортсменами? Мне это кажется немного рискованным. – Он поднимает бровь и раздражающе улыбается. – Тебя заменят, не успеешь моргнуть и глазом.
– Придурок, – бормочу я и швыряю в него ручкой через весь офис.
Его слова задевают за живое, и мое настроение катится к чертям. Он прав. Мне нужен план.
Такой план, который изменит наши жизни.
Глава 4
Биззи
Это просто рай. Абсолютный рай. Я перегибаюсь через балкон, закрываю глаза и глубоко вдыхаю соленый воздух, пока меня обдувает морской бриз. Из бара доносится тихая музыка, я вдруг узнаю́ песню и улыбаюсь.
Делаю несколько движений головой, разминая шею, и чувствую, как уходит напряжение и тает тревога дня. Когда этим утром заканчивала смену, я была измотана, но стоило войти в свой номер, как энергия вернулась ко мне. Прошло много лет с тех пор, когда я просто уезжала на пару дней и отдыхала. У нас с Клэр редко совпадают выходные, и когда это происходит, мы, как правило, отправляемся на местный пляж или проводим день, балуя себя. Шоу, Матис и я стараемся ходить, по крайней мере, на два выездных матча в сезоне, чтобы поддержать Ника, но это суматошно. Так что мысль о четырех днях без ничего, кроме солнца, песка и отдыха – потрясающая.
Клэр была так же взволнована, как и я, когда неожиданно появилась, чтобы помочь мне собраться. Когда она увидела мою одежду, перед самым отъездом настояла, чтобы мы нашли «идеальное» платья для ужинов с клиентами Шоу. Она провела меня через три магазина, пока не нашли то, что она посчитала приемлемым. Затем Клэр решила, что мне также нужно «идеальное» белье, чтобы я, как она пояснила, была готова ко всему.
Она пыталась хитрить, но я знала, что она задумала. И в эти несколько часов, я позволила себе подумать о покупке этих вещей для Шоу. Когда выбирала что-то из одежды, его образ заполнял мой разум, и появлялись мысли понравится ли ему это. Затем я возвращалась к реальности и вспоминала, что никогда не будет «Шоу и Биззи». Но в течение этих нескольких часов не переставала улыбаться.
– Не думаю, что это было в брошюре, когда Гейл бронировала номер. – Голос Шоу пугает меня, я оборачиваюсь и вижу, как он наблюдает за мной с порога.
Он переоделся в повседневные шорты и майку, которая плотно облегала его руки и грудь. Ники сказал мне, что Шоу и Матис пытались присоединиться к его тренировкам. Расписание Матиса было непредсказуемым, но, очевидно, Шоу смог найти время.
– Что ты имеешь в виду?