Страница 4 из 25
– Пойдем, пойдем! – дернув за кофту, меня поторопила Марина. Потом определишь, от каких цветов избавиться нужно. От них грязищи! Убирать замучаешься.
И она потащила нас прямиком в гостиную, комнату без двери, находящуюся за винтовой лестницей. Что за странный дом?! Он будто сердился и подшучивал над нами. Полумрак в гостиной от подсветки холла густел, превращаясь в пустую черноту. В глубине она казалась липкой и беспокойной, как мятущаяся душа. Надо же, напугала себя собственными фантазиями! Но, причудилось, что стоит там кто-то и смотрит на нас.
– Марин, фонарик где? – дрогнув, спросил муж.
– Где-то в сумках и свечки тоже. Сразу не найти, – виновато ответил хозяйственный ребенок.
Шлепки по стенам в поисках выключателя эффекта пока не давали, как вдруг… Бра на ступеньках лестницы погасли. Сухой треск. Часть лампочек в хрустальной люстре закоротило, а то, что осталось… В парящей темноте зависла горящая коса или цифра «семь». Каждый обычно трактует увиденное, опираясь на личное восприятие. Громада винтовой лестницы затопорщилась бесформенным силуэтом. Тень, как рука, соединила его с ярким символом из лампочек. Знамение смерти?! Видимо, так это воспринял Олег. Я взяла его под руку, почувствовала, что он мелко дрожит. Испугался? Глупенький! Когда мягким веером над нами автоматом засияли люстры гостиной, я увидела Марину. Девочка онемела, застыла, шумно хватая ртом воздух. Она показывала Олегу на место, где были свалены наши чемоданы и узлы. Маринкин чемоданчик с игрушками сам по себе накренился и упал. Он грохнул своим металлическим корпусом о каменные плиты. В это же мгновение опять затрещало в светильниках. Лампы перемигнули. Между вспышками мне почудились две извивающиеся на полу тени, в форме человеческих тел. Пугающая игра света, и только…
– Граждане, да что с вами?! – Я рассмеялась. – Вон зеркало, посмотрите на свои встрепанные лица! Дому просто нужен хозяин, чтобы все починить. И наверняка где-то есть схема электричества.
– Верно…, – встряхиваясь, процедил Олег.
И вскоре забавное происшествие было забыто. Семейству Вороновых окружающая обстановка очень: «Ах! ох! да надо же!» как понравилась. Гостиная просторная, с размахом! Все гордо и напоказ. Стиль стародворянский, в приглушенно-красных и золотых тонах. Узорчатые вертикальные полоски и канва на обоях и мебели под XVIII век. Мебель вся из натурального дерева с отделкой из позолоченной тесьмы. Высокие стрельчатые окна. Атласные портьеры с ручной вышивкой и шелковыми кистями. Дорогие безделушки и коллекционная посуда. Современный показатель благосостояния – дорогущий домашний кинотеатр с 3D. Его огромный плазменный телевизор своим темным экраном смотрел на длинный стол, ножки были сделаны в виде статуэток гончих. За столом подпирали стену мягкие кожаные диваны. Натуральная кожа? У-пс, запах китайского кожзаменителя. В середине комнаты на полу небрежно лежал старинный, как ковер-самолет, настоящий персидский ковер. И, конечно, на стенах картины в тяжелых позолоченных рамах в ярком свете хрустальных капель светильников. Муж был в полном восторге и на радостях нежно, страстно целовал меня прямо при Маринке. «Моя райская птичка, ты наша птица счастья!» – шептал он мне в ухо. А я все же не могла отделаться от ощущения, что нахожусь на музейной экскурсии. Как же с детства мечтала о собственном доме! Но этот не был родным и уютным. Чужой. Золотая клетка.
– Ой, а там кухня!
Марина догадалась повернуть ручку на боковой стене у входа. Висящая там картина с сервированным столом открылась, как створка окна. Зажглось освещение в комнате за стеной – кухня! С ней надо будет вплотную познакомиться. Завтра поминки, а у нас еще ничего не готово. Гостиная была выбрана нотариусом для завтрашней встречи. Там стояла большая фотография тети Натальи в рамке с траурной лентой. Перед ней записка: «Поминки и оглашение завещания назначены на 11 часов дня. Оно вступает в законную силу сразу после ознакомления всех присутствующих лиц. На тумбочке у окна лежит личный подарок для Дарьи Андреевны от Натальи Михайловны. Его можно открыть сразу, до оглашения последней воли усопшей.»
Я пошла за упомянутым подарком. Взяла в руки большую красивую коробку. Удивилась ее легкости.
– Это что такое?! – брезгливо протянула отставшая от нас Маринка.
Она втихаря успела достать содержимое, пока мы с Олегом читали указания поверенного. Невоспитанная девчонка откинула на стол старенькое синее шерстяное одеяло. А вот коричневый плюшевый мишка ей больше приглянулся. С красным бантом… Так это мой мишка!! Я потеряла его, когда мы с мамой приезжали к Воробьевым… Когда мама умерла!!
В коробке на дне письмо. Написано знакомым почерком тети: «Возможно, эти вещи дороги тебе. Одеялко, это то, чем мы накрывали твою маму. Оно выстирано. Не знаю зачем, но я его берегла. Распорядись им и своей детской игрушкой, как сочтешь нужным. И домом, который принадлежит тебе по праву. Может быть, так моя душа успокоится. P.S. Та, кто должна была стать тебе опорой. Я не смогла, прости. Воробьева Наталья Михайловна».
По щекам потекли слезы. Я не хотела, но и остановиться не могла.
– Ты чего? – Марина подошла вплотную, подняв посерьезневшие глаза.
– Это все, что осталось. Память о маме…, -сквозь всхлипы я жаловалась, как маленькая, не в силах подавить нахлынувшие чувства. Когда меня привезли в детский дом, мои вещи, особенно игрушки, стали общими. А мамины, все, кроме вот этого носового платка отдали в соцпомощь… Я всегда носила его с собой. Он повидал немало моих горьких слез.
– Понятно… – коротко ответил ребенок с абсолютно взрослым сочувствующим выражением лица.
Марина аккуратно сложила одеялко в коробку, сверху мишку.
– Надо сразу на место отнести. Пойдем, выберем спальню вам с Олежкой.
Их оказалось три, причем со всеми удобствами и душевыми кабинами. Меньшую заняла Марина. Комнату с огромной кроватью и одежным шкафом, таким большим, что в нем можно жить, мы с мужем выбрали для себя. Через открытые створки этого шкафа-купе выглядывали платья, кофточки, женские костюмы, развешанные на перекладинах в два ряда. Поразительно! Уверена, они пришлись бы мне впору. Чужие, да, но какой покрой! Какой стиль!
Восхитительно!
– Дашуня, скорей сюда! – позвал муж и объяснил, когда я выскочила к нему. – Требуется твой ангельский голос. Мой ответ заблокирован. Дверь пообещала полицию вызвать!
Действительно, еще одна массивная дверюга рядом с нашей спальней голосом Шварцнеггера ультимативно заявила: «Последняя попытка. Через десять секунд вызов вневедомственной охраны и полиции. Блокировка выходов».
Как заученный урок пришлось повторить:
– Дарья, дочь Валентины.
– Допуск разрешен. Без кода ничего не выносить, – предупредил суровый автоматический голос.
– Дашуня, козочка моя! Мне, как волку, придется себе голос спилить, чтобы свободно ходить по твоему дому! – посмеялся Олег.
– Нашему, муженька, нашему, – отшутилась и подумала: «Сладко звучит – нашему!»
Электронный Сезам открыл вход в шикарную библиотеку. Удивительно, стены драпированы небесным китайским шелком. Настоящим, с росписью и иероглифами! У входа, как страж, на мраморном столбике напряженно замер большой серебряный дракон. Он держал в лапах зеленый каменный шар, размером с футбольный мяч, внутри его переливался мистический свет. Казалось, эта сфера – мир, связующий с духами. Окно в прошлое и будущее. Я долго не могла оторвать взгляд. Темная мятущаяся тень внутри его напугала, когда начало вырисовываться чье-то женское лицо…
– Оп-па, шикарно! Ох, как шикарно! – Возглас мужа отвлек меня от сферы.
Внимание Олега привлекли большие застекленные витрины, к ним была подключена сигнализация. Там находилась «обалденная», по мнению мужа, коллекция минералов. Забавно, как она полностью завладела и Мариной. Я бы назвала девочку симпатичной, живым ребенком. Из-за энергии, чересчур бьющей через край, было трудно уловить всю гамму гримасок и чувств этой непоседы. Но сейчас, когда она изумленно притихла, ее лицо стало кукольным. Точь-в-точь, точено-кукольным. Живыми оставались только глаза. Они влажно блестели, когда она с жадным любопытством рассматривала камни. И при этом с ходу пыталась оценивать их, как эксперт, а мои сомнения обрывала в язвительной манере. Ее серьезные познания о драгоценных и полудрагоценных камнях казались удивительными. Я твердо решила потом по описи проверить слова всезнайки. А меня заворожили книги! Настоящая библиотека и серьезно подобрана – минимум, но все и обо всем. Справочная, медицинская, историческая, художественная, юридическая, техническая литература – можно узнать и как дом построить, и как суп сварить. Мозаичные стекла стеллажей отражали свет, чтобы не выгорали корешки особенно редких и дорогих изданий. К ним тоже была подведена сигнализация. Министерские столы и кресла для отдыха так и ждали, чтобы за них присели. Лампы с зелеными абажурами…