На берегу

- Мне надо сделать еще кое-что, прежде чем мы выедем из города, сказала она спутнику. - Надо выпить. Питер очень милый, и Мэри тоже, но они слишком мало пьют. Мэри говорит, от этого у ее дочки болит животик. Надеюсь, вы не против. А если угодно, выпейте хоть кока-колу.

Капитан Тауэрс был несколько ошеломлен, но и оживился. Давно уже не бывал он в обществе подобных молодых особ.

- Составлю вам компанию, - сказал он. - За последний год я столько выпил кока-колы, что хватило бы погрузиться моей подлодке вместе с перископом. Охотно глотну спиртного.

- Значит, мы подходящая парочка, - заметила Мойра и ловко повернула свой экипаж на главную улицу.

Несколько машин стояли заброшенные, носом к тротуару; они стояли так уже больше года. На улицах было теперь так мало движения, что они никому не мешали, а чтоб отбуксировать их отсюда, не хватило горючего. Мойра остановила лошадку перед отелем "Причал", спрыгнула на тротуар, привязала вожжи к бамперу одной из безжизненных машин и повела Тауэрса в дамскую гостиную.

- Что вам заказать? - спросил он.

- Двойную порцию коньяку.

- Разбавить?

- Капельку содовой и побольше льда.

Он передал заказ бармену и постоял минуту, задумавшись, а Мойра тем временем присматривалась к нему. Американского виски здесь никогда не бывало, шотландского не было уже много месяцев. К австралийскому Тауэрс, невесть почему, относился с подозрением.

- Первый раз слышу, чтобы так разбавляли коньяк, - заметил он. - Каково это?

- Не ударяет в голову, но забирает постепенно. Придает духу. Потому я его и пью.

- Пожалуй, я останусь верен виски. - Тауэрс спросил себе порцию и с улыбкой повернулся к Мойре. - А вы, видно, много пьете?

- Мне все это говорят. - Она взяла у него из рук стакан, достала из сумочки пачку сигарет - смесь южноафриканского и австралийского табака. Хотите курить? Гадость ужасная, но ничего другого я не могла достать.

Тауэрс предложил ей свои сигареты - такую же гадость, чиркнул спичкой. Мойра пустила из ноздрей облако дыма.

- По крайней мере разнообразие, - сказала она. - Как ваше имя?

- Дуайт. Дуайт Лайонел.

- Дуайт Лайонел Тауэрс, - повторила она. - А я Мойра Дэвидсон. У нас в двадцати милях отсюда скотоводческая ферма. А вы капитан подводной лодки, да?

- Совершенно верно.

- Шикарная карьера? - съязвила Мойра.

- Мне оказали большую честь, назначив меня командиром "Скорпиона", спокойно сказал Тауэрс. - Я и сейчас считаю, что это большая честь.

Мойра опустила глаза.

- Извините. Трезвая я веду себя по-свински. - Она залпом выпила коньяк. - Возьмите мне еще, Дуайт.

Он взял ей еще коньяку, но ограничился своей порцией виски.

- Скажите, а чем вы занимаетесь в свободное время? - спросила девушка. - Играете в гольф? Ходите под парусом? Ловите рыбу?

- Больше ловлю рыбу, - сказал он. В памяти всплыл давний отпуск вдвоем с Шейрон на мысе Гаспе, но он отогнал воспоминание. Думать надо о настоящем, а прошлое забыть. - Для гольфа жарковато, - сказал он. Капитан-лейтенант Холмс что-то говорил насчет купанья.

- Проще простого. И сегодня во второй половине дня в клубе парусные гонки. Вам это подходит?

- Даже очень, - с удовольствием отозвался Тауэрс. - А какая у него яхта?

- Называется "Гвен двенадцать". Вроде непромокаемой лохани с парусами. Если Питеру некогда, я наймусь к вам в матросы.

- Если мы пойдем на яхте, пить больше не следует, - решительно сказал Тауэрс.

- Если вы будете командовать, как на флоте Соединенных Штатов, я не пойду к вам в матросы, - отрезала Мойра. - Наши корабли не стоят на приколе, не то что ваши.

- Хорошо, - невозмутимо отозвался Тауэрс. - Тогда я пойду к вам в матросы.

Мойра посмотрела на него в упор.

- Вас хоть раз кто-нибудь стукнул бутылкой по голове?

Тауэрс улыбнулся:

- Не раз и не два.

Она осушила свой стакан.

- Ладно, давайте выпьем еще.

- Нет, благодарю. Холмсы наверно уже гадают, что с нами стряслось.

- Скоро узнают, - был ответ.

- Едемте. Я хочу посмотреть на Австралию с высоты вашей тележки.

И капитан Тауэрс повел Мойру к выходу. Она покорно пошла. Но поправила:

- Это не тележка, а тачка.

- Ну нет. Мы ведь в Австралии. Значит, тележка.

- Ошибаетесь. Это Эбботская тачка. Ей больше семидесяти лет. Папа говорит, она американского производства.

Глаза Тауэрса блеснули живым интересом.

- Вот оно что! А я удивлялся, почему мне в ней что-то знакомо. Когда я был мальчишкой, у моего деда в штате Мэн в сарае стоял точно такой экипажик.

Нельзя позволять ему думать о прошлом.

- Возьмите лошадь под уздцы, пока я ее отсюда выведу. Эта машина плохо переключается на обратный ход. - Мойра порывисто села на место водителя и чуть не разорвала лошади рот удилами, так что Тауэрсу зевать не пришлось. Серая кобылка взметнулась было на дыбы, нацелилась на него передними ногами; он все же повернул ее к улице, прыгнул на сиденье рядом с Мойрой, и они помчались галопом. - Слишком она бойкая. На подъеме живо угомонится. Еще этот проклятый асфальт...

Они мчались вон из города, лошадь поминутно оскальзывалась на гладкой, как каток, дороге; американец обеими руками вцепился в сиденье и только недоумевал - до чего плохо девушка правит.

Через считанные минуты подкатили к дому Холмсов, серая была вся в мыле. Капитан-лейтенант с женой вышли навстречу гостям.

- Извини, что мы запоздали, Мэри, - преспокойно заявила мисс Дэвидсон. - Мне не удалось протащить капитана Тауэрса мимо забегаловки.

- Похоже, вы постарались наверстать потерянное время, - заметил Питер.

- Да, мы недурно прокатились, - сказал командир подводной лодки. Вылез из коляски, и его представили Мэри. Потом он обратился к Мойре: - Может быть, я повожу немного лошадь, чтобы она остыла?

- Прекрасно, - был ответ. - Не худо бы еще распрячь и отвести на выгон - Питер вам покажет что где. А я помогу Мэри приготовить обед. Питер, Дуайт хочет сегодня после обеда пройтись на твоей лодке.

- Я ничего подобного не говорил, - запротестовал американец.

- Нет, говорили. - Мойра оглядела взмыленную кобылку и порадовалась, что ее сейчас не видит отец. - Оботрите ее чем-нибудь... в тачке сзади, под торбой с овсом, есть холстина. Попозже я ее напою, но сперва мы сами выпьем.