Страница 47 из 66
Василиса одобрительно кивнула головой.
- Вах! Какой джигит! - восхитился посол.
- А варнаков этих накажем, как найдем...
- Чего там искать! - фыркнула Василиса. - "Сотовые" твои Кусю за конкурента приняли.
- Да я из них полусотовую сделаю, - вскипел Иван.
- Правильно, хватит и половины дозы, - согласилась царица. "Сотовый" за спиной Ивана слабо каркнул и упал в обморок.
- С этим разобрались. Что еще? Государственное дело, говоришь?
- Письмо от великий император. Хароший письмо. Сюда брат нэ стал.
- Почему?
- Я говору. Дракон глюпый. Письмо глотал. Мы полдня ждал. Получил. Потом полдня ждал, чтоб прочэсть. Три раз обморок падал.
- А че падал-то? - заинтересовался Иван.
- Слюшай! Нэмножко... ну, савсэм нэмножко плехо пахнул, да?
- Ну, и что император от нас хочет?
- Курильский острова хочэт!
- Так они ж не мои.
- Падарить хочэт! Вах! Как дарагому другу падарить!
- Да на шута они мне? - Иван пожал плечами, не обращая внимания на отчаянные знаки Василисы. Прием безобразно затянулся, что сильно раздражало державного.
- Нэ хочэш? - расстроился посол. - А Сахалин хочэш?
- Беру и то и другое, - сердито буркнул Иван, сообразив, что только так можно ускорить процедуру.
Василиса облегченно вздохнула. Посол тоже. Дело его было наполовину сделано.
- Подарок щедрый, - милостиво кивнула царица послу. - Чем мы могли бы отблагодарить императора? И, извините за нескромный вопрос, почему в письме ни разу не был упомянут сегунат? Что случилось с Великим Сегуном, охранявшим покой императорской семьи?
Василиса умела смотреть в корень и задавать порой неудобные вопросы.
- Великий Сегун и его самурай на болничном... - неохотно пробурчал Сухимото Квазимото, старательно отводя глаза. - Слюшай! - внезапно взорвался посол. - Убэри свой джигит из Японии, да?
- И до вас уже добрались? - поразилась Василиса. - Когда ж они успели?
- Откуда знай? Приплыл свой лодий! Весла махай так, что вся кита разбегайся! На ускоритэл плыл, говорит! Элисир называется, да? Гейша всех перетра... извини, Василис-джан, перелюбил, самурай морда набил. Марьюшка да элисир требует. Предлагал сакэ! Нэ хочэт! Обижаэт! Это пойла сапоги мыть, гаварыт! Слюшай! У нас глаза узкий, да? Нэ хатим круглый. Забэри Сахалин, забэри Курилы, забэри свой джигит! Вот такой малэнкий палитичэский дэл к тэбэ.
- Успокойте Его Императорское Величество, - мило улыбаясь, сказала Василиса послу, - мы с удовольствием удовлетворим его маленькую просьбу и с благодарностью примем его щедрые подарки. - Она повернулась к воеводе. Готовьте "спутниковую", пусть сообщат спасителям отечества, чтоб двигались на освоение подаренных нам новых земель.
Посол просветлел лицом. Иван тоже. Как только Сухимото Квазимото удалился, глашатай громогласно объявил:
- Посол! Тайный!!! Козья мор... пардон... Коза с носом... нострой, в смысле... да он сам все объяснит! - Глашатай безнадежно махнул рукой, отчаявшись по-нормальному представить странного посла. Имя нескромное его он объявить даже не решился.
В залу стремительной походкой вошел человек в развевающемся черном плаще. На лице его сидела плотная черная маска с узкими прорезями для глаз, голову украшала черная треуголка.
- Я дон Карлеоне, - с легкой угрозой в голосе сообщил он, приблизившись к трону, - глава сицилийской и итальянской мафии. Ночной правитель и того и другого! - Он скинул треуголку и слегка тряхнул головой, изображая поклон.
- Царь, - лаконично ответил Иван, слегка приподнял корону и кинул ее обратно на свою пышную шевелюру. - Что-то он мне не нравится, - громогласно шепнул он Василисе. - Можно я сперва ему морду набью, а потом расспросим, чего хочет?
Даже черная маска не сумела скрыть бледности, наползшей на лицо дона Карлеоне.
- Нельзя. - Ладошка Василисы прикрыла могучую длань мужа. Дипломатический этикет не позволяет...
Дон Карлсоне вздохнул с облегчением:
- У меня есть к вам предложение, от которого вы не сможете отказаться.
- Послушаем, - кивнула головой Василиса, внимательно глядя на ночного правителя Италии.
- Предлагаю вам пол-Венеции. Половина ваша, половина моя.
- А че это половину? - Иван борзел на глазах. Посол ему явно не нравился.
- Хорошо, предлагаю вам пол-Италии.
- Это больше, чем пол-Венеции? - спросил Иван у Василисы.
- Больше, больше, - успокоила его царица, - соглашайся, кажется, наши спасители отечества уже там.
- Ладно, беру и то и другое, - милостиво согласился Иван. Он спешил в "Дремучий бор". Только это и спасло Италию и Сицилию от полной аннексии.
20
К приходу "папы" фрау Грета подготовилась основательно. Она здраво рассудила, что каким бы ни был богатырем этот неведомый "папа", но столько эликсиру ему не высосать. А потому старушка со спокойной совестью пустила половину в оборот и на вырученные деньги...
Илья вломился на поляну верхом на сером "коне". Вожжами были уши, шпорами каблуки его старых десантных ботинок, которыми он безжалостно колошматил скакуна под брюхо.
- Не могу больше! - взвыл изнемогший скакун и рухнул, недотянув до избушки. Илья кубарем покатился по траве. Спецназовская выучка не подвела. Сделав пару-тройку кульбитов, он сбил с ног спешившую навстречу старушку, вскочил, поймал ее на лету и заорал:
- Коня мне!
Стая, высыпавшая следом, повалилась на своего вожака. Они все уже побывали под "седлом" и были не в лучшей форме, чем их серый шеф. Илья зарычал.
- Какой мужчина! - Фрау Грета обхватила Илью за шею и запечатлела на его устах страстный поцелуй.
- А... э... - Капитан с трудом оторвал от себя разомлевшую старушку. Здрасти, - ошарашенно произнес он. На большее у него фантазии не хватило.
- И тебе желаем здравствовать, добрый молодец, - жизнерадостно ответствовала фрау и взмахнула рукой.
Славься ты славься, златой наш телец!
Славься ты славься, наш папа молодец!
грянул хор из кустов, окружавших поляну. Страшные лесные разбойники орали торжественную оду в честь прибытия легендарного "папы" в эти забытые богом леса Тюрингии. "Папа" затравленно оглянулся. Из пряничного домика к нему с охапками цветов неслась толпа киндеренков.