Страница 25 из 66
- Да уж с утра по твоему царству гуляет, - фыркнуло зеркальце, отключая изображение Марьюшки.
- А ну покажи!
- Хватит! - отрезало зеркальце. - Ничего пока нашей Марьюшке не грозит. Папа, как потребуется, и сам вас найдет, а я вообще на Василису работаю. Ясно?
Царь-батюшка хотел было возмутиться, но Яга его остановила:
- Мало ли какие планы у папы? Может, инкогнито на достижения наши посмотреть хочет? Ждем, когда объявится, а потом... Лихо, ты свою роль хорошо выучил?
- Какой базар, бабуля, я че, дурной в натуре?
- А ты, Череп?
- Спрашиваешь!
- Тогда быстро в Нью-Посад! Все по местам! Здесь только я и Гена. На связи будем.
- А на посошок? - шмыгнула носом Левая. Тридевятый синдикат укоризненно посмотрел на прокурора.
10
- Трактирсик! - Катана грохнула рукояткой по столу. - Выпить, аднака!
- Сенсея, а закусить?
- Закусить, аднака!
Графин с эликсиром, соленая капуста и огурчики моментально материализовались перед косыми глазками промышленного шпиона и его учителя.
- Ты гляди, чурка чуркой, а глушит не хуже нас, - одобрительно хмыкнули за соседним столом.
Акира покосился на закуску, на сенсея, уже успевшего засосать свою дозу, махнул рукой и залихватски тяпнул стакан. Удовлетворенно вздохнув, он расправил плечи и уже веселее посмотрел на окружающих. Глаза у него теперь были не косые, а чисто русские: круглые, наглые и чуть-чуть навыкате. Зачерпнув пятерней горсть капусты, он затолкал ее в рот, смачно зажевал, рыгнул, вытер рукавом кимоно соленые губы и, грохнув еще раз кулаком по столу, рявкнул во всю глотку:
- Половой! Гейшу мне!
- Чего?!!
- Чаво, чаво! Я сегодня гуляю!
Ассимиляция шла полным ходом. Катана могла по праву гордиться успехами своего ученика. Ее подопечный заговорил на чистейшем русском языке с великолепным рязанским прононсом. Однако настоящий сенсей никогда не спешит похвалить своего ученика. А вот ошибки... Катана решила внести поправку.
- М-м-мы гу-у-у... - Поправка не удалась. После последнего стакана катане-кладенцу даже мычать было трудно.
- Такого блюда, к сожалению, в меню нет-с. - Половой смущенно развел руками. - Если рецептом поделитесь, мы в момент... по спецзаказу, так сказать. Подороже, конечно, выйдет, но...
Весь трактир с любопытством прислушивался к беседе. Экзотическое блюдо под названием "гейша" заинтересовало всех. Акира не обманул их ожиданий. Рецепт был выдан красочно, сочно, с характерными, чисто русскими жестами.
* * *
А "папа" в это время уже находился в стольном граде своего побратима, центре земли русской государства тридевятого - Нью-Посаде, который народ, однако, по привычке называл просто Кощеевкой. От Олд-Посада, в котором три года назад куролесил Илья, Кощеевку отличала прежде всего монументальность строений, многолюдность и суета. Даже в родном Рамодановске капитану не приходилось видеть таких столпотворений. Разве что на демонстрациях в совковые времена, да еще, пожалуй, в Москве.
- Ну, Москва есть Москва, - хмыкнул себе под нос Илья, поправляя рюкзак на плече, - стольный град как-никак... как и Кощеевка, впрочем, честно поправился он.
Однако суету и толкотню он не любил, а потому предпочел свернуть в тихий скромный переулок, подальше от гама центрального проспекта, по которому топал перед этим. Марш-бросок от суверенного болота до Нью-Посада занял почти весь день. Илья пропылился, устал, хотел есть и пить. А в переулке такая идиллия. Курочки бродят. Киска зевает. Лошадка овес жует. А главное - все это около здания с симпатичной надписью "Трактир". Ну как тут не свернуть? Ароматы, сочившиеся оттуда, заставили Илью сглотнуть слюну и прибавить ходу. Однако до цели он не добрался.
- Эта карате, аднака! - услышал капитан чей-то голос из глубины трактира.
Дверь с треском распахнулась, и под ноги Илье выкатился довольно нехилый мужичонка в кожаном фартуке поверх косоворотки, из которой торчала физиономия. Очень и очень косая. Поправив челюсть и утерев юшку, мужичок потряс головой, вскочил и ринулся обратно.
- Наших девок замать!!!
- А эта айкида, аднака! - радостно сообщил тот же голос. Еще один квадратный молодец вылетел на мостовую. Сдернув с шеи оконную раму, он яростно хрястнул ее оземь, подскочил к телеге, вывернул оглоблю вместе с хомутом и с воплем "Я те дам гейшу!!!" понесся в обратном направлении. Лошадь при этом активно сопротивлялась, но безуспешно. У Ильи зачесались кулаки. Ему стало дико интересно. Он скинул рюкзак, нагнул свою лобастую голову и...
Легкое тельце Акиры, вылетев из дверного проема, отскочило как резиновый мячик от живота капитана и застряло в плетне палисадника. На угольно-черном кимоно промышленного шпиона отчетливо выделялся пыльный отпечаток лошадиного копыта. Чуть ниже отпечатка слабо подергивались ножки лучшего ниндзи Страны восходящего солнца. Следом выскочил кучерявый мститель с оглоблей в руках. Судя по всему, лошадь отвоевала свой хомут, о чем красноречиво говорил аналогичный отпечаток на штанах витязя. И, что характерно, на том же самом месте.
- Попался!!! - Оглобля взметнулась вверх.
- Блин! Ну беспредел! В натуре! - возмутился Илья. - А менты где?
Оглобля хрястнула у основания в руках добра молодца. Тот удивленно освидетельствовал деревянный огрызок и уставился на Илью.
- Атас!
Где-то за поворотом зацокали копыта.
- Заметут волки позорные! Валим отсюда!
- Уходим! - Кто-то дернул Илью за рукав и потащил в переулок. Земеля, ноги делаем. Дело пришьют, доказывай потом Горынычу, что ты не закуска!
Илья подхватил рюкзак и инстинктивно рванул следом. Бурная молодость давала о себе знать. Это лишило его удовольствия лицезреть сцену транспортировки главного виновника кабацкой драки подальше от молодцов воеводы сыскного приказа. Черное кимоно Акиры шуршало меж зеленых лопухов палисадника на прицепе у вдребезги пьяной катаны. Шпион что-то пытался еще сипеть. То ли по-японски, то ли по-русски. Разобрать было трудно. "Сенсей" мертвой хваткой держал своего ученика за горло и упорно, извиваясь как змея, полз в кусты. Подальше от ищеек волка позорного Соловья, неоднократно обделявшего его чаркой.