Страница 61 из 72
— С чего ты решил, что неисправен именно артефакт академии? — насторожился Сеттар.
Брис замялся, коротко испуганно посмотрел на Аланту, и та открыто хмыкнула.
— Я не знаю, — растерянно потянул адепт. — Понимаете, мы выпили. Немного совсем. Дальше провал. Очнулся в комнате, в этой же таверне… — Леонс кивнул на дракониху. — Она рядом стояла… Голая…
— Врешь, щенок! — рыкнула Аланта и сама удивилась, что прорезался голос.
— Помолчи! — отмахнулся эльф и кивнул Брису. Кажется, я даже услышала, как заскрипели зубы драконихи, но больше она не смогла произнести ни звука.
— Не совсем голая, — скривился адепт. — В простыню замотанная. А на полу у кровати знаки кровью начерчены. Я тоже в одном исподнем, на руках порезы затягиваются на глазах. Перетрусил я тогда, а леди говорит, что проснулся во мне предок мой — ледяной дракон, что сила меня единственного из всех его потомков выбрала, и что появится теперь во мне не только водная магия, но и умение повелевать льдами.
Брис нервно сглотнул и шумно выдохнул.
— Знаки на полу не запомнил? — спросил Сеттар.
— Э-э-э, не уверен. Мутило меня тогда сильно, и в ушах шумело. Один, самый дальний от кровати, кажется, помню.
— Нарисуешь его магистру Салмелдиру! — распорядился Эммерс. — Рассказывай дальше.
— Два дня леди продержала меня в комнате. Чем-то поила странным и тренировала. Но чем дальше, тем злее она становилась, и тем сильнее ругалась. Магия льда у меня появилась, но очень уж слабая. Чем больше мы занимались, тем хуже выходили заклинания льда. Женщина от склок и ругани перешла к побоям, усиленным магией, — Брис громко выдохнул. Где-то в душе мне его было действительно жаль. — Что я мог сделать? Моих сил бы не хватило, чтобы противостоять древней. Терпел. Иногда боль была настолько сильной, что терял сознание. Я уже и не думал, что она выпустит меня из таверны живым. Я боялся ее! До ужаса! До дрожи! Как-то вечером она покинула таверну, что-то прошептав надо мной. Честно скажу, обрадовался. Думал, сбегу. Но зря надеялся. Утром, как проснулся, не смог ни рукой, ни ногой пошевелить. Так и лежал истуканом, пока леди через пару дней не вернулась. Думал, умру в той дыре от голода и жажды. Да я, даже когда она вернулась, лежал и с жизнью прощался. С неподвижным и ребенок справится. Но все вышло иначе. Даму словно подменили. Больше слова грубого от нее не слышал. Магию свою отменила, напоила каким-то отваром. Тогда он мне напитком богов показался. А сама леди улыбается, завтраком кормит, девушек-служанок вызвала, чтобы помогли отмыть меня. Я ж пока лежал… В общем… — Брис покраснел и покосился почему-то на меня.
— Еще бы, — хмыкнул эльф. — Руки-ноги не двигались, а тело жило своей жизнью.
Ох, вот он что имел в виду. Как, наверное, неприятно лежать в луже собственных испражнений. Как же я сочувствовала Леонсу. Вляпался парень по глупости. Не в то, в чем лежал, разумеется, а в Аланту. Хотя, неизвестно что хуже.
Так задумалась, что даже сразу не поняла, про что говорил однокурсник.
— Рассказала она мне про одну реликвию рода Риш-Танин, которая дарит таким как я, полукровкам, долголетие. Обещала отвести в тайное место, но за это я должен был исполнить одно поручение леди. А кто не хочет дополнительно пару сотен лет прожить, если на роду не больше семи десятков прописано? Таким все заманчивым в ту секунду казалось, что даже мучения и издевательства позабылись. Я даже не догадался уточнить, о каком поручении идет речь. Повелся на долгую жизнь, мнимое могущество и сам не понял, как дал нерушимую магическую клятву на крови. Когда узнал, что от меня требуется, чуть с ума не сошел. А уж поздно, ни отказаться, ни рассказать никому не могу.
— Адепт! — отмер ректор. — Говорите по существу дела! Что от вас требовала леди Аланта Риш-Танин!
Брис часто задышал, пытаясь сказать, но тут же завалился на пол, с хрипом схватился за горло и закашлялся. Аланта захохотала. Выглядело это поистине странно. Женщина задирала голову, тряслась, открывала рот, но ни единого звука не издавала.
— Молчать! — заорал Сеттар, бросаясь к мальчишке. Несколько пасов руками, и черты лица Леонса расслабились. Ему удалось набрать в грудь воздуха и с упоением выдохнуть. — С магическими обетами не шутят, Ангус! Тебе ли не знать?
— Да… — почесал затылок ректор. — Но как теперь мы узнаем все остальное?
— Собственно, я и сам могу вам рассказать, что было дальше, — усмехнулся эльф.
— Прошу, магистр. Не сочти за труд, потому что лично я в этом деле абсолютно ничего не понимаю, — ответил ему Одайл. На Бриса ректор старался не смотреть, памятуя о своей оплошности.
— Согласен, — кивнул Салмелдир. — История старая, если не сказать — древняя. Но распутать ее стоило давно. Боюсь, до прибытия членов Совета древних полной картины мы не узнаем, но роль адепта Леонса определим с легкостью, ибо имеем неоспоримые доказательства его деяний. А он нам кивнет, если мои догадки окажутся верны. В чем лично я не сомневаюсь. Итак, леди Риш-Танин потребовала, чтобы юноша убил Валери Снарк.
— Но, позвольте, зачем? — выдохнул потрясенный ректор.
— У меня есть одна версия, но я могу и ошибаться. Поэтому сейчас, для начала, я задам тебе один вопрос, магистр, а ты мне на него ответишь с предельной искренностью.
— Задавай!
— Много ли среди людей ныне здравствующих магов огня? — озвучил свой вопрос эльф, и я сразу поняла, к чему он клонит.
Ангус Одайл задумался, потом хмыкнул, а затем удивленно посмотрел на нас.
— Шесть, — ответил он. — За последнее столетие было шесть магов огня, включая адепта Снарк. В живых осталась только Валери. Не могу припомнить всех подробностей, но пятеро магов огня были мужчинами, и все погибли при загадочных обстоятельствах.
— Вот тебе и ответ, Ангус, — вздохнул Салмелдир. — Готов поспорить, что ко всем этим смертям леди Риш-Танин имеет непосредственное отношение. Возможно, как в случае с Валери, она действовала через подставных лиц, но ее вины этот факт не умаляет. Всех магов огня убила Аланта. Зачем? Считайте это личной неприязнью, обидой и местью, чьи корни теряются в веках. Адепту Снарк очень повезло, что ты, дорогой друг, так вовремя пригласил единственного мужчину, который бы мог ее защитить. Но даже он едва не просчитался. Хочешь узнать план этой коварной женщины?
— Буду весьма признателен, — отозвался ректор. Я тоже хотела.
— Адепту Леонсу были переданы очень древние и опасные артефакты, любое использование которых фактически не оставляло адептке Снарк шансов на жизнь. Да и нужен-то для этого был сущий пустяк: капля крови, кусочек ногтя, слюна или хотя бы волосок девушки. Так было дело? — эльф посмотрел на Бриса, и тот отчаянно закивал головой, соглашаясь с магистром. — Вот только Леонсу никак не удавалось добыть нужную частицу. Слишком аккуратной оказалась девушка, и слишком магически одаренной.
— Значит, мальчик не виноват? — почти с облегчением спросил Одайл.
— Не спеши с выводами, Ангус. Брису удалось добыть один волосок Валери, который он поделил на три части и использовал в трех артефактах. Их бесполезные остатки валяются у меня в мастерской. И если бы не магистр Сеттар, то у вас не было бы больше мага огня. Хвала Малху, благодаря моему другу, все покушения провалились. Кстати, об одном ты знаешь. Это было сразу после бала, когда зачарованные адептки выпустили боевые пульсары шестого порядка. Подозреваю, именно на балу Леонс и раздобыл заветный волос. Мешкать не стал и решил убрать девочку в суете и неразберихе, так?
Брис снова кивнул.
— Да-да, действительно. С девочками потом долго работали целители и ментальные маги. Но как же тогда леди Риш-Танин? Вы же сами мне рекомендовали ее пригласить.
— Верно, Ангус. Когда адепт Леонс провалил столь гениальный план Аланты, она решила взглянуть на Валери сама. Для этого ей нужно было проникнуть на территорию академии. Незадолго до этого мой друг чрезвычайно удивил меня, сообщив, что Алли, которую мы знали с юности, стала вдруг великолепным водником со способностями к магии льда. Поэтому шустрой даме, чтобы попасть в замок, понадобилось лишь один раз случайно столкнуться со мной, и я тут же попросил вас об услуге. Конечно, мы давно не виделись с Алантой, и за столько лет могло все измениться, поэтому ни я, ни Сеттар все же не спускали с нее глаз. Но, увы, едва не подставили Валери. Никак не ожидали, что леди-дракон начнет действовать сразу, не попробовав усыпить нашу бдительность.