Страница 60 из 72
И пока Аланта обводила взглядом всех присутствующих, пытаясь понять, кто есть ее тайный защитник, эльф упростил ей задачу, подтолкнув Бриса вперед.
— Вот этот юный герой спешил на помощь плененной даме! — издевательски произнес он. — Может, расскажешь, что вас связывает с адептом Леонсом?
— Первый раз его вижу! — процедила Аланта и демонстративно отвернулась, словно ей даже смотреть в сторону юнца было неприятно.
Мы же с Эммерсом переглянулись. Он даже улыбнулся мне. Врет и не краснеет! Своими собственными глазами видела, как они мило беседовали. Да все, кто был в ту минуту на полигоне, это видели.
— Вот и чудесно, — почему-то обрадовался Салмелдир. Я же откровенно ничего не понимала, но Сеттар спокойно взирал на происходящее. Значит, все шло по плану, ибо не доверять демону причин не было.
— Мне, наконец, расскажут, что здесь происходит? — снова отмер ректор.
— Обязательно, Ангус. Как только я сам уточню интересующие меня моменты. — Эльф развернулся в сторону Бриса, который хоть и не проронил ни слова, но уже готов был грохнуться в обморок, как изнеженная барышня. Тьфу! А еще боевик! — Ну, юноша, а поведайте-ка нам, с какой целью вы пытались взломать защитный контур академии с помощью вот этой занятной вещицы.
Салмелдир подбросил в руке сияющий прозрачный шар, в котором тут же заклубилось что-то белое, отдаленно напоминающее снежный вихрь в новогодней игрушке.
Вот это поворот!
— А пока вы собираетесь с мыслями для исключительно правдивого ответа, — продолжил эльф, — я вам в качестве справки сообщу, что вы совершенно зря потратили время и так рисковали. — Леонс вздрогнул и поднял глаза на куратора, который даже не смотрел на адепта, он лениво наблюдал за реакцией Аланты. Все-таки, что демон, что эльф — те еще мерзавцы!
— Почему? — голос Бриса прозвучал хрипло и тихо, словно он очень давно им не пользовался.
— Хороший вопрос! — похвалил его Салмелдир. — Потому что у вас не было ни единого шанса на успех. Объясню. Во-первых, вашего магического потенциала не хватило бы даже на разовое использование «взломщика». Во-вторых, вы не видите потоков, и случайная линия отката, попавшая в вас, могла бы убить. Это в лучшем случае. В худшем — вы бы, адепт Леонс, выгорели и до конца дней влачили бы жалкое существование мага-неудачника, испытывая ежедневно жуткие боли. И рано или поздно все равно свели бы счеты с жизнью, но уже по собственной воле. И в-третьих, женщина, которую вы пытались спасти, все равно бы никогда этого не оценила. Но…
Эльф подошел к Леонсу вплотную и приподнял его подбородок, заставляя юношу смотреть в глаза.
— Но это ваше дело и ваше право. В конце концов, по законам человеческих земель вы уже совершеннолетний мужчина, а стало быть, можете отвечать за свои поступки по закону. Итак, что мы имеем. Первое: учащийся тайком пронес в академию артефакт, действие которого не только могло причинить вред живым существам, но и несомненно нанесло бы тяжелый урон самому замку. Второе: адепт, находясь на территории учебного заведения, сам использовал магические заклинания, которые причинили вред другим существам, что само по себе…
— Когда?.. — попытался возразить Брис. Ох, зря он это! Зря! Пора бы усвоить за два с лишним года, что если куратор тебя обличает, значит, вина твоя доказана!
— Запрещенное усыпляющее заклинание третьего порядка, в результате которого на вверенном ему посту заснул имперский гвардеец Матиас Кроу. Мужчина упал, получив сотрясение мозга и вывих руки. Сейчас им занимаются целители.
— Что-о-о-о? — практически зашипел ректор, но на него даже не посмотрели.
— Мне продолжать? — спросил эльф.
— Не надо… — жалко пискнул Леонс. Видимо, много глупостей натворил и понимал, что куратор обо всем знает.
— А скажите мне, дорогой мой друг Ангус, какое наказание ждет адепта только за первые два проступка, озвученные мною, не считая того, что провинившийся юноша вступил в сговор с опасной преступницей, находящейся в процессе разбирательства с Советом древних?
Вот теперь Сеттар внимательно посмотрел на магистра Одайла. Но тот, словно выброшенная на бережок рыба, хватал ртом воздух и тщетно пытался ослабить завязки профессорской мантии.
— Затрудняетесь ответить? — хмыкнул эльф.
— Исключение… Лишение магии… Заточение в темницу… — все еще задыхаясь, выдавил из себя ректор.
— Все верно, Ангус, — кивнул куратор. — И, если память мне не изменяет, заточение пожизненное, а в случае измены (а помощь преступнику приравнивается именно к измене, тем более для совершеннолетнего боевого мага) — заточение может быть заменено смертной казнью. Все так?
Смотрел эльф на ректора, а вот Леонс пошатнулся и стал заваливаться. Но упасть ему не дал Сеттар. Он ловко подхватил Бриса и аккуратно усадил у влажной каменной кладки, довольно сильно похлопав по щекам. Когда сознание адепта стало проясняться, демон вернулся ко мне.
— До чего нынче слабый боевой маг пошел! — на мой взгляд, чересчур наигранно посетовал Салмелдир. И ведь даже головой покачал. — Эммерс, кликни там стражу, пусть забирают смертника. С ним все ясно.
Сеттар не тронулся с места. Да этого и не потребовалось. Понятно, что спектакль разыграли, чтобы разговорить Бриса и не тратить на него много времени. В конце концов, он на фоне Аланты — мелкая сошка.
Леонс ожил, резко перевернулся и встал на колени, на них же пополз к эльфу.
— Это не я… Я все расскажу… Не нужно стражу! Я все расскажу! Не надо-о-о-о-о-о… — Брис выкрикивал слова, прерывая свой монолог всхлипами и подвыванием.
— Говори! — рыкнул демон.
— Да-да, я… я сейчас… — засуетился Леонс, не зная к кому ползти.
— Слабак! — брезгливо процедила Аланта и сплюнула себе под ноги.
— Лучше быть живым слабаком, чем мертвым героем, — огрызнулся Брис, но дракониха не удостоила его даже взглядом.
— О, леди передумала и уже признает свое знакомство с обвиняемым? — тут же весело поинтересовался Салмелдир, но и ему не ответили. Впрочем, он не расстроился. Наоборот, сияющая улыбка стала еще шире. И чему радуется? — Тогда, дайте юноше слово.
Эльф что-то прошептал над причудливой безделицей, и случилась странная вещь: рот драконихи открывался, а слов не было. Неужели, ее лишили голоса? Первый раз подобное видела. Любопытные артефакты в арсенале у нашего куратора.
— Рассказывайте, Леонс, — устало произнес ректор. Выглядел магистр скверно.
Брис вздрогнул, еще ниже опустил голову и заговорил:
— Все началось этим летом. Леди Риш-Танин подсела ко мне в таверне, где я обедал по пути в поместье родителей. Дама, скрывающая свою внешность под искусно наложенной личиной, кутающаяся в длинный плащ, сразу показалась странной. Она заговорила первая. Вроде о пустяках, но я сам не заметил, как стал отвечать ей, рассказывать о своей учебе. Женщину интересовали исключительно маги огня. Тут выбор невелик. Во всей нашей академии лишь в Снарк едва теплился дар этой стихии. Я не думал, что совершаю дрянной поступок, упомянув Валери в разговоре…
Бриса прервал эльф.
— Мда… Чем бы дитя не тешилось, лишь бы не руками! — закатил глаза он. — Ты как личину-то разглядел, милейший? Особенно, искусно наложенную.
— Так это… Она же сначала старухой была, древней такой. Нос длинный до подбородка свисал, а потом личину-то сняла и оказалась молодой… — замешкался Леонс.
— Да-а-а, практически юной, я бы сказал, — саркастично хмыкнул куратор, притянув неприязненный взгляд Аланты. Ну, да. По человеческим меркам, она та еще старая плесень.
— Друл! — строго окликнул друга Эммерс. — Дай ему сказать!
Думаете, смутил? Разумеется, нет.
— Ну? Говори уже, говори! Долго молчать будем? — поторопил Салмелдир Бриса. Наглость — второе счастье.
— В общем, рассказал я ей про Валери, а она кристалл достает точно такой же, на котором нашу магию и кровь проверяли, и кинжал мне подает. Я, конечно, хотел отказаться, но почему-то не посмел. Оказалось, что во мне есть кровь северных, ледяных драконов. Значит, артефакт в академии не исправен.