Страница 55 из 72
— Э-э, ты чего надумала? Чего надумала, я тебя спрашиваю? Какая к сиэклу сестра? Ориан сиротка, которую Коум пожалел и вырастил, как родную. Это все. Рины никогда не были в родстве с Сеттарами. И прекрати надумывать! Может, ванну примешь и поспишь пару часиков? До подъема еще есть время.
Вымыться хотелось, а вот сон пропал. Тут такие дела, захочешь — не уснешь.
— А как Сеттары стали правящим родом? — снова спросила я.
— Так опять же, все благодаря Коуму. Хороший был мужик! — вздохнул Вас.
— Умер?
— Давно. Демоны после смерти своей пары больше века не живут, а его жена в родах, давая Эммерсу жизнь, скончалась. Тогда многие умирали, не справлялись с избытком магии. Странно, одаренных магов все меньше, а вспышек все больше.
И снова круг замыкался на хранах, а значит и на элементалях тоже. Окажись в семье Сеттаров такой как Вас, и здравствовали бы по сей день оба родителя моего демона.
— И как они раньше существовали без майар? — вопрос я задала чисто машинально и не ждала на него ответа.
— А сиэкл их знает. Здесь, говорят, в старые времена и среди людей маги не рождались. Потом начали. Магический фон сдвинулся, видимо, а больше всех пострадали древние. Ну ты про Сеттаров слушать будешь или без надобности уже?
— Буду! — тут же заверила храна.
— Так вот, после исчезновения императора такая война за трон началась, что демоны чуть не перебили друг друга. Созвали они совет из старейшин всех родов, и уже он то и определил, кто больше всех достоин стать новым императором. Единогласно решили, между прочим.
— Кого выбрали?
— Известно кого! Коума Сеттара! — от моей недогадливости Вас даже глазки смешно закатил. — Только зря. Отказался он. Сказал, что жить ему осталось мало и ответственность на себя брать не будет. Но его так просили, что пошли на условие, поставленное Коумом — императором назначили его младшего брата Намаса с условием, что когда единственному сыну Эммерсу стукнет двести лет, трон перейдет к нему. А Коум стал тогда при брате советником.
— Хмм, если на момент войны с элементалями Коум уже потерял супругу, то Эммерсу двести лет давно уж исполнилось, — насупилась я.
— Правильно мыслишь, Лерка. Исполнилось давно, только демон наш тоже, как его папаша, на всю голову повернутый. Ему этот трон без надобности, все воюет, да путешествует. А когда свободен, сидит отшельником в своем замке да науками занимается. Ну, дядька его, понятно, рад, что племянник не проявляет к трону интерес.
— А ты откуда знаешь, чем Эммерс занимается? — подозрительно прищурилась я.
— Так… — смутился рогатик. — Справочки навел. Мало ли вокруг болтливой нечисти?
Да уж, немало. И одну болтливую нечисть я знала лично!
Глава 24
Ванну принимала быстро. Но стоило завернуться в полотенце и ступить на мокрый пол, как нога соскользнула, и я приложилась бедром об угол небольшого комода. Да так сильно, что даже зашипела от боли.
Конечно, комнаты адептов были оборудованы несколько иначе, намного скромнее. Размерами значительно уступали той, в которой поселили меня. О ванной приходилось лишь мечтать, ее заменял самый простой душ. И комодов там не стояло, просторы не позволяли, и, вообще, боевики жили в довольно аскетичной обстановке. Другое дело — преподавательский состав. Разница чувствовалась во всем.
Малх! Как же больно! Наверняка синяк будет. И пока я рассматривала поврежденное место, придерживая одной рукой полотенце, появившийся рядом хран испуганно произнес:
— Попали мы, Лерка!
А потом мы оба вздрогнули. Слишком громко ударилась об стену дверь, а по комнате разнеслось гневное:
— Лери!
«Попали!» — моя первая мысль была вполне созвучна выводам Васа, но…
А какого, собственно, сиэкла, Сеттар тут раскомандовался? Если бы не его «Лери», я, возможно, снова стерпела бы, но слишком свежи были в памяти подробности последнего боя. Пусть марширует к своей Алли, или как он там ее называет?
Снарков не испугать, не запугать и не заставить идти против принципов. Я же ни в чем не провинилась, поэтому просто не позволю разговаривать со мной в подобном тоне.
— Лери! — бесновался Эммерс. В ванную он по каким-то своим соображениям заглянуть и не подумал. Его счастье!
Поправив полотенце, я шмыгнула носом и открыла дверь, сразу натолкнувшись на строгий взгляд демона. Но стоило ему меня увидеть, как лицо сразу стало растерянным. Ненадолго, буквально на пару секунд, но и это дорогого стоило. Очень быстро потрясение сменилось предвкушающей улыбкой, которая чуть искривила красивые губы, а в глазах разгорался огонек — предвестник того самого, фирменного Сеттарского пламени.
— Лери… — выдохнул он.
Странно, вроде, ничего нового, и опять это его возмутительное «Лери», но с такой интонацией произнесенное, что невольно все открытые участки моего тела покрылись мурашками. А ведь в замке, по ощущениям, и топят хорошо.
Решительность таяла. Я замялась, переступив с ноги на ногу, а потом поправила полотенце. Демон внимательно проследил за каждым моим движением. Казалось бы, боевой факультет, где проходят обучение в основном юноши, отбивает излишнюю стеснительность. Но сейчас, когда на меня вот так смотрели, чувствовала, как к щекам приливает кровь, заставляя их полыхать. Где-то под полотенцем отчаянно билось сердце, как у маленького загнанного зверька. Хотелось ойкнуть и сбежать, лишь бы не плавиться под пристальным огненным взглядом.
Но я почему-то стояла и тоже не сводила с демона глаз. Красивый, зараза! Нет, не как Клери. Тот и в подметки Эммерсу не годился. Это все равно что дешевый самоцвет сравнивать с благородной редкой драгоценностью. На свете много ценителей безделушек, но абсолютно все мечтают о чем-то необыкновенном, изысканном и величественном.
— Лери… — прошептал абсолютно невозможный мужчина и шагнул ко мне.
А я… Я позволила, и не убежала, и не возразила. Прижалась к мощному телу, пытаясь впитать в себя его силу, его уверенность. Дышала им и не могла надышаться.
— Девочка моя… живая… — слова, которые родной хриплый голос произносил между быстрыми, жгучими поцелуями, доносились словно издалека. Я была здесь и не здесь одновременно. Витала где-то, распадалась на кусочки и молила богов, чтобы это никогда не заканчивалось. А Эммерс, он все говорил и говорил, целуя подбородок, щеки, глаза, лоб и даже нос. — С ума меня сводишь… Как же ты меня испугала…
Настоящий поцелуй, он тоже случился, немного позже, когда испуганный лорд уже выплеснул основную часть своего беспокойства. Сеттар просто накрыл мои губы своими и пил меня жадно, словно желал удостовериться, что вот она я — живая и стою рядом, и даже млею от восторга, позволяя творить с собой недопустимые для девицы вещи. Жених — не муж ведь, правда? Хотя… Кто их, демонов, разберет? Одно слово — древние.
И даже потом, когда поцелуй все же закончился, мы еще долго стояли обнявшись, соприкоснувшись лбами. Я чувствовала, как выравнивается дыхание Эммерса, как он перестает дрожать, как расправляется упрямая морщинка между бровями. Похоже, к нему возвращалась прежняя уверенность, а вот я начинала нервничать. Дело даже не в «Лери», и даже не в том, что я едва не погибла. Дело в том, что я совершенно и бесповоротно не собиралась ему спускать ни единой «Алли», что бы там их раньше не связывало.
— Как же ты меня напугала, Лери! — уже не первый раз повторил лорд Сеттар.
Ну, знаете ли, я тоже!.. И пусть девушки из порядочных семей не употребляют столь грубых выражений, плевать! Я тоже чуть не обделалась со страху. Не каждый день стоишь, глядя смерти в глаза, зная, что вас разделяет один единственный шаг, и только чудо может уберечь от него.
— Прекрати! — я ужом вывернулась из объятий демона, едва не потеряв полотенце. Сразу стало холодно и одиноко.
— Что? — растерялся недогадливый лорд.
— Не смей называть меня собачьей кличкой! — я испепеляла Сеттара взглядом. — Конечно, мой жизненный опыт не сопоставим с твоим, но, поверь, я никогда не стану специально унижать человека. Особенно, если меня попросили этого не делать.