Страница 47 из 72
— Да, магистр! — слаженно ответили адепты. Все, не только провинившиеся.
— Поэтому, — продолжил Салмелдир, — в назидание, исключительно для вашей же пользы, с завтрашнего утра и на седьмицу адепты Клери и Леонс поступают в распоряжение к главному конюху. Конское дерьмо и не такие головы прочищало. Кстати, от утренних тренировок вас никто не освобождает. На занятиях присутствовать опрятными и умытыми. И вообще, чего стоим-то? — эльф обвел нас взглядом, заставляя выпрямиться и подтянуться. — Плохого мага ноги кормят, а хороших среди вас пока нет. Бегом! Десять кругов для начала!
Отработку в конюшнях назначали редко. Все знали крутой нрав главного конюха. Огромный полуорк Гомус не щадил адептов, попавших в его вотчину, приставляя их к самой грязной и тяжелой работенке, отпуская затрещины нерадивым, и почти каждому придумывая забавное прозвище, которое прилипало к несчастному до самого выпуска из академии. Но все равно, такая участь была намного желаннее, чем быть отчисленным за использование магии в замковых стенах.
Боевики, выстроившись в шеренгу, привычно потрусили в сторону знакомой рощицы. Мы с Рилом в этот раз плелись в хвосте, поэтому видели, как все еще не успокоившиеся Клери и Леонс обменялись пинками и злыми взглядами. Рядом зло выдохнул куратор.
— Мда, больной вроде и шел на поправку, но как-то не дошел, — тихо произнес он и заорал: — Максимальный темп, адепты! Светило высоко — до завтрака далеко! Бегом!
За моей спиной уже привычно выросли воздушные крылья. Бежала я легко, а вот покидала поляну с тяжелым сердцем, оставляя наедине Эммерса и леди Аланту.
— Как думаешь, из-за чего это они? — спросил запыхавшийся Тьери, пристраиваясь рядом.
— Понятия не имею, — отозвалась я.
— Думаю, что из-за тебя это все, Вал! — вдруг выпалил Рил.
— Чего? — даже с ритма сбилась, споткнулась и чуть не распласталась на тропинке. — Я-то тут причем?
Друг перешел на легкую трусцу. Теперь, когда эльф и основная масса адептов вырвались далеко вперед, можно было слегка пофилонить.
— Итона после бала как подменили. Ходит сам не свой, на девиц не смотрит, в вечеринках не участвует. Кстати, от Леонса он тоже отдалился. Ходят слухи, что Клери к тебе подбивал клинья, но куратор запретил ему приближаться. Скажи, было что-то подобное?
И так он это спросил, что я невольно вздрогнула. Интересно, зачем ему это знать? Праздное любопытство или какая-то цель? Но посмотрев в безмятежные голубые глаза Рила, всклокочила непослушные рыжие вихры и рассмеялась:
— Тебе-то что? Сам что ли в меня влюбился?
Почему-то даже мысль об этом казалась абсурдной. Тьери был моим другом, собеседником, напарником по проказам, но как мужчину… Не-е-е-ет! Как мужчину я его не воспринимала никогда.
— Может и влюбился, — буркнул он и остановился. — Что с того?
Мне тоже пришлось затормозить. Пожалуй, впервые я взглянула на Рила другими глазами, оценивая его как женщина. А ведь он довольно мил, широкоплеч, умен. С ним почти всегда интересно и весело. И даже россыпь веснушек на лице можно считать пикантной изюминкой, а не недостатком. Но никаких романтических чувств я к нему не испытывала никогда. Тем более, сейчас, когда все мысли были о лорде Сеттаре. Что и правда все? Стоило признать, я непозволительно часто думаю о демоне, а о Тьери вспоминаю лишь тогда, когда вижу.
Но под взглядом удивительных васильковых глаз, почему-то чувствовала себя неуютно. И обидеть его не могла, и лгать не хотела.
— Не клеился он ко мне! — выпалила я. — Наши семьи знакомы, и его отец пригрозил Итону, что лишит его наследства, если тот не сделает мне предложение.
Зачем я решила быть столь откровенной с Рилом? Сама не понимала.
— И он сделал? — Тьери не улыбался и спрашивал очень серьезно.
— Угу, — кивнула я. — А еще поцеловал. Кстати, Клери ужасно целуется. Восхищенные адептки других факультетов его умения явно переоценивают.
— Тебе-то откуда знать? — скептически хмыкнул друг. — Можно подумать, у тебя опыт имеется.
— А вот и… — «имеется» договорить не успела.
— Лери! — злой, очень злой рык заставил вздрогнуть и захлопнуть рот. К нам стремительно приближался разъяренный демон. Глаза его полыхали так, что даже мой огонь зашевелился под кожей, а в груди нещадно запекло.
Боялась ли я его? Нет, разумеется. Но будил он во мне странные чувства, непривычные и сладкие. Словно горячий мед разливался по венам. Ровно до той секунды, как вслед за Эммерсом не появилась леди Риш-Танин, тоже почему-то злая. И, могу поспорить, жаба готова была меня прикончить. Зеленые омуты сияли ярче изумрудов, а губы дама поджала так, что они превратились в узкую полоску. Чем я так досадить ей успела? Не спорю, Аланта тоже мне крайне неприятна, но не до смерти одной из нас.
— Магистр, — осторожно кивнула я.
— Почему вы опадываете? — На мне взгляд Эммерса не задержался, вся его мощь досталась Тьери.
Парень сник, съежился и, кажется, перестал дышать. Самое время его спасать.
— Я упала и растянула ногу, а Рил мне помогал, — вместо друга ответила я.
Огонь в глазах Сеттара стал менее ярким. Он ухмыльнулся и скептически покачал головой.
— Свободны, адепт! Снарк я помогу сам, — скомандовал он Тьери, и тот, кивнув, потрусил в сторону полигона, оставляя меня наедине с двумя основательно разгневанными нелюдями.
— До чего беспомощны и распущены люди, не правда ли, дорогой? — фыркнула жаба, бросив брезгливый взгляд на мою в общем-то совершенно здоровую ногу.
Неприятная особа! Дорогой? Для тебя — бесценный, склизкое земноводное! Злость зарождалась где-то внутри, принимая вид огненного шара.
— В людях есть много хорошего, Аланта. Порой нам есть чему поучиться у них, — ответил Сеттар и направился ко мне.
Его слова очень не понравились леди жабе, она процедила что-то о полигоне и направилась вслед за Тьери. Демон присел на корточки, взял мою ступню и осторожно согнул.
— Больно? — спросил он.
— Немножко. — Если уж врать, то до конца.
— Заливаешь, я бы почувствовал.
И так Сеттар посмотрел, что жарко стало. От стыда, конечно, тоже, но больше от странной волны жара, которая прокатилась от макушки до кончиков пальцев на ногах. Еще один такой взгляд, и я стеку расплавленной лужицей к его ногам, а мне, между прочим, магии учиться нужно.
— Спасибо, уже все прошло! — голос чуть охрип. Вернула себе ногу, которую демон все еще удерживал.
— Боли я не почувствовал, Лери, а вот вспышка магии была. Вспышка не стихийной редкой магии.
Вот тебе и раз. Но ни я, ни Рил магию не использовали. Мы просто разговаривали. Тогда… Кто это мог быть? Определенно, тут было о чем подумать.
— Идем, защита от воды тебе в любом случае пригодится! — Сеттар сгреб мою руку и пошел вперед, заставляя двигаться следом.
Отрабатывать магические приемы с разгневанной, ненавидящей меня драконихой не хотелось, но выбора, как всегда, не оставили. Малх! За что мне это?
Салмелдир зверствовал. Он заставил всех проходить полосу препятствий. При этом шутки сыпались более злые и изощренные чем всегда.
— Что застыл, Брис? — орал эльф. — Сделал дело, вымой тело. Уступи место следующему смертнику! Тревор, кривыми должны быть извилины, а не руки! — он тут же отвлекался на того, кто преодолевал очередной снаряд и вопил: — И нечего краснеть, как девица! Девственность лечится! Причем, за один раз.
Обычно, в таком скверном расположении духа куратор пребывал нечасто и недолго. Пар спускал и успокаивался, поэтому никто не возражал. И все стойко терпели, нехорошо поглядывая в сторону Клери и Леонса.
Кстати, Итон, увидев меня, сделал шаг навстречу, но увидев рядом демона, вернулся в строй. Такая реакция показалась странной. Мы с ним вроде бы все выяснили, и говорить было не о чем. А вдруг что-то случилось дома? Ведь наше поместье располагалось неподалеку от богатого Клери-холла. Надо бы выяснить.
Леонс свое отстрадал и отдыхал, привалившись к дереву. Но стоило рядом появиться Аланте, как парень напрягся и выпрямился. С чего бы? Судя по его взгляду, дракониху он видел не впервые.