Страница 15 из 16
После душа мне действительно легче. Беру с крючка свежее полотенце, пахнущее цветами и морем, начисто вытираюсь и снова надеваю то же бельё. Другого у меня нет. Я собиралась купить его здесь, попросив его дать мне возможность пройтись часок по магазинам. Купить на те деньги, которые остались от маникюра. Потому что, переволновавшись перед поездкой, я оставила флакон недорогих духов и пакетик с бельём дома в ванной. Хорошо хоть косметичку не забыла.
Он входит, когда я застёгиваю за спиной бюстгальтер. Испугавшись из-за его неожиданного появления, я резко поворачиваюсь к нему.
— Снимай.
Напуганная, я не сразу понимаю, о чём он. Затем послушно убираю от груди бюстгальтер.
— Зачем прикрываешь грудь руками? — спрашивает он.
— Стесняюсь… — тихо говорю я, опуская взгляд на серый матовый кафельный пол.
— Посмотри на меня.
Заставляю себя поднять взгляд. Это непросто. И удаётся лишь усилием воли.
— Чего ты стесняешься? — чуть хрипло спрашивает он. — Я уже видел тебя голой.
— Это не то же самое… — собравшись с духом, отвечаю я.
— В глаза мне смотри.
Двумя пальцами — указательным и средним — он показывает, куда именно мне смотреть. Сама фраза, интонации голоса и этот жест — говорящи. Дают понять, кто здесь начальник, а кто подчинённая. Дают понять, что эти статусы остались прежними и первостепенными. Но у меня и не было иллюзий на этот счёт.
— Зачем ты надеваешь это? — он кивает на бюстгальтер в моих руках.
Его вопрос ставит меня в тупик. А учитывая то, что я знаю, что у меня нет с собой другого белья, меня обжигает волна стыда.
— Ты куда-то торопишься? — задаёт он новый вопрос, и я с облегчением понимаю, что он говорит не о качестве и красоте моего бюстгалтера.
— Вы же сами сказали, что нам надо в четыре выехать…
— Почему на "вы"? — в его голосе звучит недоумение.
— Просто… Привычка. Вы же мой руководитель.
Он усмехается.
— Соблюдаешь субординацию?
Да, пожалуй, после того, что недавно между нами было, это "вы" — звучит глупо. Но "тыкать" ему мне страшно. Это будто тигра дразнить палочкой, который стоит ровно напротив тебя.
— Убери руки, — мягко, но в то же время властно произносит он.
Потупившись, послушно опускаю руки по швам. Чувствую себя его рабой.
— Как ты считаешь, у тебя красивая грудь? — спрашивает он.
Сглотнув, заставляю себя ответить:
— Я не знаю.
Мой ответ — почти шёпот.
— Сколько у тебя было мужчин?
— Два…
— Они говорили тебе, что у тебя потрясающе красивая грудь?
— Нет…
— Они — идиоты.
Не знаю, что ответить. Я тоже не очень высокого мнения о своих бывших, особенно о последнем, но не по причине их умственных способностей. У меня претензии только к их порядочности.
— Наташа, посмотри на меня.
Тихонько вздохнув, снова заставляю себя взглянуть ему в глаза. Чуть прищуренные, тёмные, внимательные, изучающие. Мне сложно удерживать на них взгляд.
— Твоя грудь похожа на капли потаявшего воска, застывшие на свече. Небольшие, но полные, округлые и упругие, с торчащими на розовых холмиках маленькими затвердевшими сосками, они — практически совершенны. Я многие видел, можешь мне верить. Твои — маленький шедевр природы.
Чувство, которое я испытываю, когда он, не меняясь в лице, спокойно говорит мне это, удивительно: я готова провалиться сквозь землю от стыда и одновременно с тем мне невыразимо приятно. Просто до мурашек.
— Считаю, что для них нужно другое бельё, — безапеляционно произносит он.
Значит, он всё-таки и о моём бюстгальтере тоже…
— Как насчёт тёмно-синих кружев? Цвета индиго, в тон цвету твоих глаз. Или чёрного, как ночь? Или тебе больше нравится белоснежное бельё? — он кивает на мой простой белый бюстгальтер с гладкими чашечками.
— Руслан Львович, я…
— Без отчества, будь добра. Имени достаточно.
— Руслан, — поправляюсь я. — Я… не знаю, что сказать. Правда. Покупая бельё, я обычно думаю не о кружевах.
— А о чём?
Я пожимаю плечами.
— Об удобстве.
— По-твоему, кружевное бельё не может быть удобным?
— Может, конечно.
— Тогда и проблемы нет, правда?
— Да, наверное.
— Мы сейчас поедем и купим тебе красивое бельё в одном из лучших салонов Петербурга. Ты будешь мерять его в кабинке, а потом звать меня, и я помогу тебе с выбором.
Это не предложение. Он говорит это так, будто возражений не может быть в принципе.
— Хорошо, — тихо отвечаю я.
Наверное, я снова потупилась. Потому что он делает шаг ко мне, снова поднимает пальцами мой подбородок и, наклонясь, нежно целует в губы.
А затем, оставив меня в ванной, выходит за дверь.
Глава 10.1
Мы выходим из отеля. Руслан задирает манжет пиджака и смотрит на часы. Ряд припаркованных серебристых и красных машин вдалеке — это весь транспорт, который я вижу. При том, что перед нами довольно большая панорама. Я бросаю взгляд на Руслана:
— Мы пешком?
Вопрос не праздный: судя по тёмно-серым тучам, которые заволокли почти всё небо, вот-вот хлынет проливной дождь.
Но Руслана, похоже, мой вопрос забавляет, потому что он ухмыляется и отвечает:
— Такси вызвал.
Я не понимаю, что смешного я спросила, учитывая то, что мы вышли на пустую площадку, но мне очень нравится его ухмылка — она лучится мужским обаянием, к тому же у него чуть выпуклые, очень красивые губы. Вспоминаю наши поцелуи, сразу за тем то, что за ними последовало, и заливаюсь волной смущения.
— Ща приедет, — успокаивает Руслан меня, стараясь, тем не менее, спрятать новую ухмылку.
Мы стоим под козырьком, и я смотрю в сторону набережной, выглядывая ожидаемое такси. Не проходит и минуты, как из-за угла отеля появляется сверкающий чёрной краской роскошный автомобиль. Он останавливается прямо перед входом в отель, и я машинально отхожу в сторону, чтобы пропустить вышедшего из него аккуратно подстриженного сероглазого брюнета в чёрном костюме и белой рубашке. Однако он не торопится войти. Вместо этого подходит к Руслану и они обмениваются рукопожатиями. А затем этот мужчина здоровается со мной и, улыбаясь, кладёт моему начальнику на ладонь ключ с золотисто-чёрным брелком в виде круга с раскинутыми в стороны орлиными крыльями и золотой буквой "B" по центру.
— Спасибо, Тём, — говорит Руслан.
— Тебе спасибо. Ты надолго к нам?
— Дня на три. Может задержусь. В любом случае, на связи.
Мужчина качает головой.
— Слушай, я сегодня вечером в Индию лечу. К твоему отъезду, скорее всего вернусь, но если чё — звони Петьке, хоккей?
— Хоккей.
— Всё, побежал. У меня тут свидание неподалёку.
— Блин, а чё ты не сказал-то? Я бы каршерингом воспользовался.
Артём хмыкает и говорит:
— Слушай, она не та особа, которой имеет смысл пускать пыль в глаза. К тому же, я собираюсь выпить с ней вина. Поэтому за руль твоей красотки по-любому бы не сел.
— Понял.
Ещё одно рукопожатие, вежливый кивок с улыбкой в мою сторону, и мужчина уходит в сторону набережной. Я недоумевающе смотрю на Руслана.
— Пойдём, — говорит он. — У нас шоппинг, ты не забыла?
Он подходит к машине, открывает передо мной дверь и я растерянно сажусь на переднее пассажирское сиденье. В стильном и просторном бежевом салоне пахнет очень приятно — ментолом и шоколадом. А ещё в нём тепло. Обтянутое кожей кресло — мягкое и безумно комфортное, я сразу в нём расслабляюсь. Оглядываю панель управления, большой экран навигатора, окна, заднее сиденье, коробку передач. В жизни не ездила в таких роскошных автомобилях.
Закрыв дверь, Руслан обходит машину и усаживается за руль. Поворачивает ключ и панель впереди загорается множеством огоньков. Руслан по-хозяйски кладёт руку на мощную серебристую ручку, уверенным жестом переключает скорость и утапливает педаль газа. Автомобиль плавно тронувшись с места, тихо выезжает с территории отеля.
— Это твоя машина? — набравшись смелости, ошеломлённо спрашиваю я.