Страница 42 из 63
— Не настолько хорошо, насколько ты намекаешь, — Лиса затушила сигарету. — Дай еще одну.
— Не много ли?
— Нормально, я давно не курила. И идти в дом не хочется. Софи и Поль довольно милые, но я не очень-то дружелюбна и устаю от людей.
— Ты социопат?
— А ты, я смотрю, просто дипломированный психиатр.
— Я неудачно пошутил, прости.
— Плюнь и разотри, я не обиделась. Возвращаясь к разговору: я знаю Боипело несколько лет. Мы познакомились, когда он прилетал в Москву. Боипело патологически порядочный человек. И очень хороший врач. У него очень четкое понятие профессиональной этики и «не навреди» для него не пустой звук, поверь мне.
— Тогда завтра я открыто поинтересуюсь у него, не за ним ли приезжали эти ребята, — предложил я.
— Не вижу препятствий. А сейчас пошли спать, надеюсь, Поль с Софи оставили нам пару свободных циновок.
Утром меня ждал неприятный сюрприз — одна из машин не желала заводиться. Об этом сообщил мне один из врачей, не успел я выйти на улицу. И вот уже с полчаса я ковырялся под капотом, проклиная Африку, бандитов, доктора Боипело и сожалея, что под рукой нет ящика с инструментами.
— Справляешься? — Лиса подошла и заглянула под капот.
— Жаль тебя разочаровывать, но нет. Похоже, двигатель умер от старости. Где вы нашли такой хлам?
— Власти выделили по просьбе Боипело.
— Видимо, он не самый любимый родственник президента, либо здешний президент просто хотел от него избавиться, — проворчал я, не прекращая попыток реанимировать двигатель.
— Что поделать, — неожиданно раздался голос Боипело, — у президента родственников много, а хорошей техники сейчас наперечет.
— Простите, — неловко улыбнулась рыжая.
— Но вы же не для себя просили технику, — нисколько не смутился я.
— Конечно нет, но сути это не меняет.
— Кстати, а кем вам приходится президент? — довольно нагло поинтересовался я.
— У вас это называется «седьмая вода на киселе», — ответил доктор. — Я даже не знаю, как по-другому назвать наше родство.
Я попытался еще раз завести машину. Бесполезно. Умерла, так умерла.
Захлопнул капот, вытер руки о тряпку и обратился к Боипело:
— Одной машиной меньше. Надеюсь, мы сможем разместить ваших людей в оставшемся транспорте. Идти пешком сейчас равносильно самоубийству.
— Поместимся, — заверил Боипело. — Вы поможете нам добраться до безопасного места, или ваши планы изменились?
— Поможем, я же обещал. Но я хочу задать вам вопрос и услышать на него прямой, четкий главное, честный, ответ.
— Спрашивайте, я отвечу.
— Вчера на нас напали. Смысла в этом нападения ни на грош. Если хотели ограбить, то просто убили бы сразу, на дороге. Поэтому я спрашиваю: могло быть так, что бандитам нужны именно вы? Как врач или родственник президента, или еще в каком-то качестве, я не знаю, но именно вы?
— Не знаю, разочарую я вас или обрадую, но я не представляю никакой ценности. Ни как врач, ни как чей-то родственник. Никак.
С минуту мы смотрели друг другу в глаза. Я ждал, что Боипело отведет взгляд. Но он стоял спокойно, смотрел прямо и улыбался.
— Хорошо, я вам верю. Давайте собираться в дорогу. Если нам повезет, то через пару дней вы будете в безопасности, а мы поедем дальше.
— Так долго? — вмешала Лиса.
— Я закладываю дополнительно время на случай непредвиденных обстоятельств, — пояснил ей.
— Думаешь, что-то еще случиться?
— Не думаю, чувствую, — ответил и пошел собираться.
32
Боипело был прав — в оставшихся машинах поместились все, нам даже не пришлось никого брать себе на борт. Пациенты и врачи оказались чрезвычайно компактными.
Тронулись в путь.
— Егор, — спросила Софи, — возможно, нам стоит заехать в какой-нибудь город, посетить магазин, переночевать в отеле?
Лиса рядом со мной хрюкнула и отвернулась к окну.
— Софи, — вздохнул, призывая себя быть терпеливым, — во-первых, здесь явная напряженка с городами. Во-вторых, как вы знаете, в стране практически идет гражданская война и посещение города, даже если таковой и найдется, может быть небезопасным. И, в-третьих, как вы уже успели заметить, происходить что-то странное. Мне кажется, что за нашим, с позволения сказать, караваном охотятся бандиты, и у меня нет уверенности, что они охотятся не за вами.
— Почему за нами? — подал голос Поль.
— Почему бы и нет? Вы иностранцы, французы. С точки зрения здешний бандитов вполне подходящий объект для захвата и получения выкупа.
— Но Элизабет тоже иностранка, — возразил Поль.
Вот засранец!
— И Элизабет, — согласился с ним. — Я ничего не утверждаю. Пока. Я просто говорю, что что-то происходит, а вот что именно, я не знаю. Слишком мало данных для анализа.
— Говоря коротко, — сказала Лиса французам, — никаких городов. На всех парах мчимся на границу. И давайте доверимся профессионалу.
Французы промолчали, но чувствовалось, что им есть, что возразить.
Дальше ехали в молчании.
— Не обижайся на них, — попросила Лиса, когда мы остановились на небольшой перекур.
— С чего ты взяла, что я обижаюсь?
— Вижу, — она улыбнулась. — Ты хочешь беспрекословного подчинения. Это естественно, ведь ты спец и знаешь, что нужно делать.
— И ты мне подчиняешься? — получилось двусмысленно.
— Рок, ты дурак, — Лиса засмеялась. — Я военный врач, я подчиняюсь тебе, потому что ты профессионал. Вот если придется резать, ты будешь подчиняться мне.
— О, да, — подтвердил я, — но, надеюсь, что твои навыки, как врача, нам не понадобятся. Хотя, кто знает, как все обернется.
— Ты все еще думаешь, что нас будут преследовать?
— Да, я уверен, что нас ищут. И найдут, это вопрос времени. Поэтому нам нужно довезти Боипело до безопасного места и делать ноги. ЦАРские спецы уже ждут на границе.
— Кто такие царские спецы?
— ЦАР — Центральноафриканская республика.
— А спецы?
— Коллеги мои.
— Русские?
— По национальному признаку? — уточнил я. — Не знаю, может и русские. Наши.
— Помогают из цеховой солидарности?
— Что-то вроде этого, ты же помогаешь французам.
— Как их можно было оставить? Они же совершенно неприспособленны, особенно Поль.
— А мне показалось, что они не в первый раз попадают в подобную ситуацию.
— Ну, они много ездят с такими миссиями. Но до гражданской войны и бандитов как-то не доходило.
Я смотрел на нее, на то, как заправляет за ухо выбившуюся из прически прядь, как держит сигарету в тонких, но сильных пальцах, как поворачивает голову, следя за тем, как Боипело осматривает своих пациентов.
— Он справиться? Твоя помощь не нужна?
— Неужели ты думаешь, что я стояла бы здесь с тобой, если бы нужна была моя помощь?
— Нет, конечно, нет.
— Он хороший врач и вполне может обойтись без меня.
— Я соскучился по тебе. Ужасно соскучился, — неожиданно признался ей.
— Я тоже, — рыжая повернулась ко мне. — Только сейчас поняла, что мне тебя не хватало. Спасибо, что прилетел за мной.
— Я обещал твоему деду, что привезу тебя домой.
— Даже так?
— Ага, привезу, а потом выпорю.
— Ты извращенец?
— Нет, просто мне кажется, что тебя давно никто не порол.
— Меня вообще никогда не пороли.
— Возможно, зря.
— Возможно. А тебя? Тебя в детстве били?
— Нет.
— Мне тоже кажется, что зря.
Лиса потушила окурок, затоптав его в землю, потянулась и перевела тему:
— Ты посмотри вокруг, какая красота. Прямо как в рекламных плакатах «Путешествуйте по дикой Африке».
— Тебе нравится Африка?
— Да, здесь красиво.
— А грязь? Голод?
— Как такое может нравиться? Я просто говорю, что природа красивая. А все остальное… Я просто выполняю свой долг.
— Поцелованная богом?
— Вот только не начинай! Ты не представляешь, как это тяжело. Каждый, кто попадал мне на стол, ждал чуда. Но в медицине чудо случается не всегда. Врачи не всесильны, к сожалению.