Страница 23 из 103
— Я тоже всю жизнь донашивал одежду за кузеном, — вздохнул Гарри, — а денег, считай, что и не видел, не то, что в руках держал. И подарков мне не дарили, ни на День Рождения, ни на Рождество. Просто год назад мне повезло, и я стал работать у одной старушки. Помогать по дому и все такое, а она мне платила немного, — про иные источники средств он решил умолчать, в том числе, и чтобы не смущать Рона. У него в голове не укладывалось, что в такой большой, и, судя по всему, довольно дружной семье можно чувствовать себя несчастным.
— А потом Хагрид забрал меня у Дурслей — это мои дядя с тетей, я тебе говорил, — продолжил он, видя, что Рон приободрился, — и рассказал и о том, что я волшебник, и о родителях, и о Волдеморте… Эээ… Ты что?
Рон с испугом и уважением уставился на него, вжавшись в спинку сиденья:
— Ты назвал по имени Сам-Знаешь-Кого… Я думал… Уж кто-кто, но ты…
— Э, я вовсе не пытаюсь казаться храбрецом или что-то вроде, — ответил Гарри, — просто я, ну, немного не знаю, что можно, а что нет. Я и о волшебстве-то узнал совсем недавно, — тут он почти не соврал, — наверное, я буду самым худшим учеником в школе.
— Ничего, — ободрил его Рон, — в Хогвартсе полно тех, кто родился или воспитывался у магглов, и они довольно быстро всему учатся!
Пока они болтали, поезд выехал из Лондона и сейчас несся мимо полей и лугов, на которых паслись коровы и овцы. Гарри и Рон примолкли, глядя в окно.
Примерно в половине первого из тамбура донесся стук, а затем в купе заглянула улыбающаяся женщина с ямочкой на подбородке.
— Хотите чем-нибудь перекусить, ребята?
Не то чтобы Гарри не приготовился к поездке — между переодеванием и встречей с пожилыми леди он основательно запасся сэндвичами в буфете, но контакт надо было налаживать и развивать.
На тележке женщины не было привычных Гарри батончиков «Марс». Все было странным и необычным и, разумеется, такого Гарри никогда не пробовал и даже не видел.
Чтобы ничего не упустить, он набрал всего понемногу и заплатил женщине семь серебряных сиклей и одиннадцать бронзовых кнатов.
Рон удивленно смотрел, как Гарри возвращается на свое место с полными руками и сваливает покупки на свободное сиденье.
— Ты такой голодный?
— Нет, но до этого из волшебного я пробовал только мороженое от Фортескью, — ответил Гарри, разворачивая тыквенное печенье и откусывая сразу половину.
Рон вытащил откуда-то бумажный пакет и вынул из него четыре сэндвича.
— Мама положила. Она всегда забывает, что я не люблю копченую говядину, — грустно произнес он.
— Меняю на свое, — Гарри протянул ему печенье. — Давай присоединяйся…
— Да нет, тебе эти сэндвичи не понравятся — мясо сухое, и соуса никакого нет, — покачал головой Рон и вдруг напрягся. — Мама просто забыла — нас же у нее много…
— Давай ешь, — Гарри кивнул на свои сладости. До этого Гарри делился чем-то со сверстниками всего один раз, когда дарил Бетси плейер — ну, конечно, если не считать насильственной дележки с Дадли и его друзьями, когда он был недостаточно проворен. А теперь ему было, с кем делиться, и он испытывал очень приятное чувство, сидя напротив Рона и вместе с ним поедая купленные припасы. Про имевшиеся у обоих сэндвичи они, в том числе и Рон, так и забыли.
— А это что? — спросил Гарри, беря в руки упаковку «шоколадных лягушек». — Это ведь не настоящие лягушки, правда? — миссис Кейн говорила, что лягушачьи лапки похожи по вкусу на куриные, но Гарри как-то не пришлось этого проверить.
— Нет, не настоящие, они только сделаны в форме лягушек, а сами из шоколада, — улыбнулся Рон. — Будешь есть, вкладыш не выбрасывай — у меня Агриппы не хватает…
— Что? — не понял Гарри.
— А, ну конечно, ты не знаешь, — спохватился Рон. — Там внутри коллекционные карточки. Из серии «Знаменитые волшебницы и волшебники». Многие ребята их собирают. У меня их примерно пять сотен, только вот Агриппы нет и Птолемея, кажется, тоже.
Гарри развернул «лягушку» и вытащил карточку. На ней был изображен Повелитель Памяти собственной персоной, и Гарри ничуть не удивился, что именно он оказался на его первой шоколадной лягушке. Правда, одет он был не так, как тогда, на лужайке. «Альбус Дамблдор» гласила подпись под картинкой.
— Так вот какой он, этот Дамблдор! — воскликнул Гарри, вспомнив, что «официально» Дамблдора он никогда не видел. Получилось немного фальшиво, но Рон, вроде бы, ничего не заметил.
— Только не говори мне, что ты никогда не слышал о Дамблдоре! — запротестовал Рон. — Можно, я возьму одну «лягушку» — может быть, Агриппа попадется…
Гарри перевернул карточку и прочитал:
«Альбус Дамблдор, в настоящее время директор школы «Хогвартс». Считается величайшим волшебником нашего времени. Профессор знаменит своей победой над темным волшебником Гриндевальдом в 1945 году, открытием двенадцати способов применения крови дракона и своими трудами по алхимии в соавторстве с Николасом Фламелем. Хобби — камерная музыка и игра в кегли».
Про другие хобби и достижения директора карточка умалчивала. Гарри подумал, что это первая информация, которую он получил о директоре, не считая болтовни Хагрида, и потому ее надо тщательно обдумать, но потом. Может быть, у директора есть свой камерный ансамбль и ему срочно нужен барабанщик?
Гарри снова перевернул карточку и с удивлением заметил, что картинка куда-то делась.
— Он куда-то исчез! — удивился Гарри. Интересно, если директор может перемещаться по картинке и за ее пределы — может ли он подслушивать и подглядывать? Наверное, будет правильным считать, что может.
— Но ты же не ждал, что он будет торчать тут целый день, — заметил Рон. — Он вернется. А вот мне опять попалась Моргана, а у меня таких уже шесть штук. Может, возьмешь и начнешь собирать коллекцию?
Рон как бы случайно окинул взглядом кучку «лягушек», которые дожидались, когда их развернут.
— Угощайся, — предложил Гарри, проследив направление его взгляда. — Кстати, ты знаешь, что у магглов, если человека фотографируют, то он никогда не шевелится и никуда не исчезает с фотографии?
— Да ты что? — ужасно удивился Рон. — Что, они вообще не двигаются? Ну дела!
Гарри смотрел на карточку до тех пор, пока на ней снова не появилось изображение Дамблдора, который неожиданно улыбнулся ему. Рон этого не заметил, вопреки заверениям, его вообще куда больше интересовал процесс поглощения шоколада, чем разглядывание карточек. А Гарри глаз не мог отвести от столь ценного источника информации. Скоро, помимо Дамблдора и Морганы, в его коллекции появились Хенгист из Вудкрофта, Альберик Граннион, Цирцея, Парацельс и Мерлин. Прошло немало времени, прежде чем он отложил последнюю карточку, на которой неспешно почесывала нос жрица друидов Клиодна.
Гарри долго разглядывал и ее, и другие карточки. На всех на них волшебники словно разыгрывали закольцованную сцену, совершая одни и те же действия, как и фотографии на той газете, что Гарри видел у Хагрида. Все, за исключением Дамблдора, чье поведение было значительно более разнообразным.
Понятно.
Местность за окном резко изменилась. На смену возделанным полям пришли леса, реки и зеленые холмы.
Кто-то постучал в дверь купе. На пороге появился круглолицый мальчик, мимо которого Гарри проходил, когда они с семейством Уизли шли по платформе. Выглядел он так, словно собирался вот-вот расплакаться.
— Извините, — сказал мальчик, — вы тут не видели жабу?
«Вот и второй кандидат в друзья», — подумал Гарри.
— Не видели, — вежливо сказал он, — но, если ты хочешь что-то найти — сходи в первый вагон, к префектам. Они помогут, мне его брат объяснил, — он кивнул в сторону Рона.
— Она в-вечно от меня убегает! — воскликнул мальчик.
— Я думаю, что любой префект круче жабы, и он непременно ее найдет, — серьезно сказал Гарри.
— Тогда я пошел, — сказал круглолицый, — но если вы ее увидите…
Гарри подумал, что двух столь коротких встреч для тщательно подстроенной случайности все-таки слишком мало, так что если этого мальчика действительно назначили его вторым другом, то он скоро увидит его и услышит про жабу в третий раз.