Страница 10 из 161
— Так что ты там говорил насчет двух поджопников, Джок? — поинтересовался Гарри.
— Я говорил о сотне фунтов и цыпочке, — огрызнулся обладатель жилетки и татуировок.
— Вот слушай, ты сейчас оскорбил мою подругу, — прищурился Гарри. — Или тебе надо доплачивать, чтобы ты вообще замечал женщин, а, краса-а-авчик?
Мадонна хрипло захохотала.
— Говорят, у Джока действительно не очень-то стоит на девчонок, — громко прошептала она своим подружкам. — А вот до Чарли он постоянно докапывается, к чему бы это?
Джок бросил на нее испепеляющий взгляд, но ничего не сказал — видимо, Мадонна была здесь в авторитете.
— Кончай звиздеть, голубец, — подзадорил его Гарри, делая шаг вперед.
Джок ринулся на брюнета и тут же вспахал носом асфальт. Одна из девчонок длинно всхлипнула. Гарри пнул валяющегося на боку противника в задницу.
— Это был первый, — заметил он, поправляя несуществующие очки. — Тебе как — сразу второй отвесить или хватит пока?
Байкер вскочил и попытался заломать Гарри, прыгнув на него сверху. Снова неудачно: Гарри отшатнулся в сторону и пробил противнику в печень, не забыв добавить ему обещанный второй поджопник.
— Свободен, Джок, — разлепила губы Мадонна, — на сегодня ты свое получил.
— Я ффе рафно тебя дофтану, Ффертяффый! — прохлюпал Джок, отползая за границы круга.
— Не в этот раз, красавчик, — кивнул Гарри. — Еще желающие получить обоснуй есть?
Желающих не нашлось.
— Чарли ведь не твой, верно? — спросила у блондинки Мадонна.
— Нет. Мы договорились, что Правила в нашем случае не действуют. Но как ты догадалась?
— Это видно. Он просто учит тебя носить твой шрам.
— А это можно? Научиться носить? — Лаванда выглядела изумленной и даже расстроиться забыла.
— Можно. У меня вон все пузо изрезано. Жила с одним наркошей… Пока не прибила его.
Лаванда опустила взгляд. Голый живот байкерши действительно пересекали несколько довольно грубых шрамов.
— Ты же их не заметила, верно? Вот и парни не замечают. А Чарли… Скажи, что ты чувствуешь, когда мужчины дерутся за тебя?
— Возмущение! Я не какая-то там…
— Только возмущение? А если честно? Разве то, что мужчины готовы за тебя драться, не льстит тебе, хотя бы капельку?
— Ну… Где-то очень глубоко. Хотя возмущение сильнее.
— Вот ради этого «очень глубоко» он тебя именно к нам и привез. Точнее, ко мне. И к Джоку, тот обязательно попытался бы тебя отбить. Мог бы и в «Кокни`з Кокз», он с ними тоже гонял, но там на него уже не выеживаются. А тут ты сама убедилась, точнее даже не ты, а вот эта самая глубина твоей души, что ты настолько привлекательна, что парни готовы ради тебя боль терпеть. Хотя тебя это и возмущает. И, кстати, правильно возмущает, нефиг самцам потакать. Дави в себе это. Хей, Вертлявый! На танцы останешься?
— Ненадолго. Мне еще надо вернуть девушку маме и папе. Особенно маме — она страшнее, — усмехнулся Гарри, вытирая с лица кровь — Джок все-таки разок достал его. — Не обижайся, Мадонна, но ты не самая опасная женщина из тех, что я видел в этой жиз…
Гарри резко развернулся и перехватил руку Джока с блеснувшим в ней ножом, подшагнул и дернул захваченный в замок локоть чуть вверх. Хруст костей перекрыл даже женский визг, клинок — складной нож типа навахи — брякнул об асфальт и тут же был поднят Лавандой, которая, как оказалось, знала, с какой стороны его держать.
Гриффиндорец пару раз двинул Джоку по челюсти, а потом еще и добавил левой по печени.
— Это было лишнее, приятель, — сказал он, позволяя байкеру рухнуть, наконец, на асфальт и свернуться в позу зародыша, баюкая сломанную руку. — Совсем лишнее.
В руке Гарри материализовалось узкое лезвие того самого кинжала — Лаванда подозревала, что это был подарок, полученный Гарри на прошлое Рождество — и его острие прошлось по кожаной жилетке и штанам лежащего, распуская их на лоскуты.
Затем Гарри подошел к мотоциклу Джока и аккуратно пропорол боковины обеих шин где-то на четверть окружности, напоследок пробив в нескольких местах бак.
— Вопросы? — обратился он к собравшимся.
— Никаких. Ты в своем праве, — ответила Мадонна. — И спасибо за представление. Ричи, заводи музон!
— Теперь я знаю, почему ты не возил сюда Гермиону, — сказала Лаванда, когда они остановились неподалеку от «Дырявого Котла».
— Потому что она слишком правильная?
— Нет. Точнее, не совсем. У нее логика забивает чувства. Она только оскорбилась бы тем, что выступает в качестве приза.
— А ты?
— Я тоже оскорбилась. Но… не только. Чувствовать себя призом действительно было обидно, и мне хотелось побить тебя уже после этого Джока. А потом… Потом я поняла, зачем ты привез меня сюда. Ты всегда показываешь вместо того, чтобы убеждать словами. Спасибо.
— Я рад, что ты поняла. И у меня есть еще один вопрос.
— Про Чемпионат Мира?
— Откуда знаешь? — вытаращил глаза Гарри.
— Папа три дня назад «совершенно случайно» выиграл четыре билета в Министерскую Ложу в Ветеранской Лотерее. С рекомендацией пригласить тебя. А до этого Людо Бэгмен, якобы за оказанную услугу, достал Артуру Уизли аж десять билетов в ту же ложу. Вроде как он его брата от чего-то там отмазал. Видимо, Министр Фадж ищет контактов с Мальчиком-Который-Выжил. Саймон будет дежурить, а мама не очень любит квиддич, так что можно будет и Гермиону взять.
— Вот как… Сначала Уизли, теперь вы… А кто еще будет? В ложе?
— Разумеется, Малфои. Малфою-папочке надо показать, что его позиции в окружении Министра не ослабли, поэтому он сделал довольно щедрое пожертвование, формально — Госпиталю Святого Мунго…
— А если меня не будет в ложе, у твоего отца будут неприятности?
— Могут быть, — вздохнула Лаванда. — Пенсию уж точно не поднимут.
— Тогда придется потерпеть даже Малфоев, — взлохматил шевелюру Гарри. — Ладно. Надо подумать. Одно понятно — пропускать этот чемпионат никак нельзя, уж больно много узелков там завязывается… Кстати, оставь наваху себе. На память.
====== Информация В Подарок ======
В свой официальный день рождения, тридцать первого июля, Гарри был в отличном настроении, даже несмотря на то, что попался на шутку близнецов: они добавили в присланный Джинни кулек с конфетами несколько ирисок собственного производства, да еще и, похоже, со слабыми принуждающими чарами на них, так что Гарри вытащил «заряженную» конфету первой. В результате его язык вытянулся не меньше, чем на пару футов и оставался таким минут пятнадцать. И лишь после этого на фантике от конфеты проявилось поздравление от Фреда и Джорджа, которое Гарри и прочитал, болтая длиннющим языком.
Поскольку в этот момент он, к счастью, находился в своей собственной комнате, он разложил присланные конфеты рядком и провел над ними рукой, выбирая наугад.
Действительно, чары: фантики выбранных им якобы наугад пяти конфет слегка отличались от прочих, так что юноша, преодолев желание съесть еще одну (или даже не одну) конфетку, снова смешал их все и начал тренироваться определять чары с помощью попного мозга. Получалось не очень. То есть заряженные-то конфеты он выбирал уверенно, но вот попытки выбрать только незаряженные пока неизменно проваливалась. Надо будет посоветоваться с Сириусом, как лучше противостоять таким чарам.
Когда язык наконец-то уменьшился до нормального размера, Гарри поставил на каждый фантик едва заметную пометку и ссыпал заряженные сладости в общий кулек. Тренажер получился замечательный, ну, а месть он продумает вместе с Бродягой.
Невилл с Шимусом снова прислали ему пакет драконьей селитры, которую он решил употребить частично на удобрения садика тети Петуньи (в конце концов, дом и садик уже фактически принадлежат ему), а частично — на палисадники миссис Кейн и Аткинсов.
Подарок от Гермионы принесла здоровенная чайка и, само собой, это была книжка о магических методах оказания первой помощи. Лаванда, явно состоявшая в заговоре с мисс Грейнджер, подарила ему волшебную аптечку — несколько смоченных бадьяном тампонов, флакончики с зельями (разумеется, к каждому прилагалась инструкция) и самонаматывающиеся бинты.