Страница 15 из 51
— Думаю, да. Тетя упомянула город Ко… Коукворт. Раньше я никогда про него не слышал.
— Именно так, Гарри. Так, дамы, нам пора. Дерек уже тут, — миссис Бересфорд кивнула мисс Стрит, они обе попрощались и вышли из дома, лишь на пороге миссис Бересфорд обернулась и подмигнула:
— Удачи, Гарри!
Гарри с тоской проводил миссис Бересфорд и мисс Стрит глазами и тут же обернулся к миссис Кейн:
— Миссис Кейн, я все понял и все сделаю правильно. Но почему именно сову?
========== Совиный гамбит ==========
Несмотря на свою славу заядлого хулигана, в такой процессии Гарри принимал участие в первый раз. Впереди шествовал лично суперинтендант МакФергюссон, держащий идущего на полшага позади паренька за ухо. К слову, опыт у мистера МакФергюссона был явно немалый: уху было совсем не больно, но попытайся Гарри вырваться — вряд ли у него что-нибудь получилось бы.
Чуть позади следовала все еще бодрым шагом миссис Кейн, демонстрирующая крайнюю степень рассерженности.
Еще немного сзади, короткими перебежками от калитки к калитке, перемещались Литтл-Уингингские кумушки, и вся эта процессия (которая, без сомнения, останется в памяти обитателей городка на долгие, долгие годы) медленно, но неотвратимо смещалась к дому мистера и миссис Дурсль.
Гарри немного потряхивало, все же он участвовал в настоящей, как говорила миссис Кейн, операции в первый раз, но здоровенный седой полицейский умудрился погладить большим пальцем его ухо, не ослабляя хватки. Гарри стало поспокойнее. Тем более, что миссис Бересфорд и мисс Стрит временами улыбались ему из толпы сплетниц.
Когда они приблизились к дому Дурслей, в окне на втором этаже мелькнула круглая физиономия Дадли, и Гарри даже сквозь окна услышал его поросячий визг. Спустя несколько секунд из дверей дома выскочила тетя Петунья, с ужасом уставившись на удерживаемого главным полицейским городка племянника.
— Что случилось, мистер МакФергюссон? Неужели Гарри…
Странно, но к ужасу миссис Дурсль примешивалось не беспокойство — пусть даже не за племянника, а за свою репутацию — а нотки торжества. «Впрочем, ничего странного, — запоздало подумал шотландец. — Визит племянника в сопровождении полиции только подтвердит ее же сплетни о мальчугане».
— Здравствуйте, Петунья, — миссис Кейн выступила вперед. — Мне неприятно говорить об этом, но Ваш племянник…
— Что он натворил?! — тетя уже почти визжала, при этом нотки торжества в ее голосе уже полностью вытеснили ужас, она уже явно предвкушала и наказание для мальчика, и долгие жалобы и сетования своим приятельницам, и их пусть и лицемерное, но сочувствие.
Однако миссис Кейн сохраняла невозмутимость:
— К сожалению, он разбил в моем доме окно. И уничтожил стоящую на подоконнике китайскую вазу.
— Как?! — это проорал уже совершенно багровый дядя Вернон, появившийся из дверей вслед за тетей. Вот у того ни капли торжества не было — видимо, та позапрошлогодняя хэллоуинская история с разносом дома была все еще слишком памятна для него и его кошелька. Не будь рядом с Гарри мистера МакФергюссона, тут-то мальчику и настал бы скорый и бесславный конец.
— Камнем, мистер Дурсль. Он подобрал лежащий на дороге камень и бросил его прямо в мое окно!
При этих словах на лицах Вернона и Петуньи проступило некоторое облегчение. Камнем в окно — это было плохо, но нормально.
— Зачем Вы это сделали, мистер Поттер? — вступил в разговор суперинтендант. — По-моему, раньше Вы не были замечены в таких шалостях.
Самовнушение — великая сила. И Вернон, и Петунья Дурсль уставились на МакФергюссона с таким недоумением, словно он только что наградил Джека Потрошителя Орденом Британской Империи. Как это не был замечен?!
— Да всем известно… — Петунья не закончила фразу, поскольку МакФергюссон взглядом прервал очередную ее тираду:
— Извините, миссис Дурсль, я должен расспросить непосредственного участника этого прискорбного события, — глубоко внутри себя суперинтендант негодовал, любая нормальная тетка постаралась бы выгородить пусть даже и не очень любимого племянника, а не топить его, ну да он никогда не питал иллюзий относительно этой семейки. — Итак, в документах полицейского управления случаев хулиганских действий с Вашей стороны ранее не зафиксировано. Почему же Вы разбили камнем окно миссис Кейн?
— Я… Я хотел прогнать сову.
— Сову? — мистер Дурсль вытаращил глаза и столкнулся со столь же удивленным взглядом мистера МакФергюссона.
— Чем же Вам не угодила сова, мистер Поттер? — МакФергюссон попытался вложить в слово «сова» максимум презрения к пернатым. Впрочем, памятуя восемьдесят первый и Джима Бейкера, это было нетрудно.
— Они… Они странные. Я хотел прогнать ту, что сидела на столбике около дома миссис Кейн, но не попал, — мистер Дурсль с удивлением заметил, что они с мистером МакФергюссоном кивнули с совершенно одинаковым одобрением.
Впрочем, мистер Дурсль испытывал должный пиетет к полиции Ее Величества, тем более, что начальник полицейского участка, судя по всему, тоже чувствует неприязнь к этим птицам. Ну, а то, что ненормальный племянник хоть на что-то реагирует так, как полагается добропорядочному жителю Литтл-Уингинга, понизило градус его справедливого негодования. Проклятые птицы! Да, мелкий засранец вляпался в неприятности, но, слава богу, это были хотя бы совершенно нормальные неприятности.
— Итак, мистер Поттер, у Вас не было намерения причинить вред имуществу миссис Кейн?
— Не было, сэр. Извините.
— Извиняться Вам придется перед пострадавшей. Миссис Кейн, Вы подтверждаете слова мистера Поттера?
— Подтверждаю, офицер. На столбике действительно сидела самая настоящая сова. Не могу представить, что она забыла в городе днем.
Возможно, в вопрос о том, что могла делать сова днем посреди городка могла бы внести ясность мисс Фигг, но мисс Фигг (на всякий случай, уж очень близко она, с точки зрения полицейского, стояла к некоторым странностям вроде тех же сов) как раз сейчас сидела в участке и составляла заявление о пропаже одного из своих драгоценных котов.
Каковой кот, совершенно случайно, вот уже третьи сутки подряд ежедневно лакомился свежей печенкой в клетке на чердаке того же самого здания и не изъявлял никакого желания столь гостеприимный чердак покидать.
— Ну что ж, я не вижу никаких причин вмешиваться в это дело и тем более оформлять какие-то бумаги. Если, разумеется, обе стороны договорятся о возмещении ущерба имуществу миссис Кейн. Есть возражения?
Возражений не было. Миссис Кейн тетя Петунья провела в гостиную, а Гарри был торжественно посажен дядей Верноном под арест в чулан (причем при водворении внутренности чулана загораживала, во избежание слухов, могучая дядина спина, ведь чулан в качестве места наказания вполне соответствует правилам хорошего тона, а вот в качестве постоянного места жительства, пусть даже и малолетнего хулигана — уже не вполне). На этот раз Гарри достал книжку «Пятнадцатилетний капитан» какого-то француза с очень похожей на дядино имя фамилией Верн, но, в отличие от дяди, этот француз совершенно не был нудным, и Гарри увлекся. Разговор на кухне проходил спокойно — обычно крикливые дядя и тетя не орали, а, пожалуй, подлизывались к спокойной и деловой миссис Кейн. Мальчик едва успел спрятать книжку, как только щелкнул замок.
— Вот что, парень, — дядя Вернон был намного менее зол, чем ожидал Гарри, черт, да он даже казался довольным! — Если ты думаешь, что мы обязаны оплачивать еще и твои хулиганства, то ты жестоко ошибаешься. Отрабатывать ущерб тебе предстоит самому. Сейчас ты пойдешь с миссис Кейн и будешь работать у нее три раза в неделю до тех пор, пока полностью не рассчитаешься за стекло и вазу. А чтобы не страдала твоя тетя, которой ты в это время помогать не сможешь, ты будешь получать половину денег, которые принято платить помощникам по дому и приносить ей. Вторая половина пойдет в возмещение ущерба. Ты все понял?
— Да, дядя.
— Отлично. Выметайся. Начинай отрабатывать прямо сейчас: леди нужна твоя помощь в покупках. И если миссис Кейн на тебя хоть раз пожалуется…