Страница 25 из 37
- Что? - растерянно повел плечами Обухов, замерев. Большой палец, удерживающий полотенце, соскользнул с него и коснулся кожи девушки. Мягкая подушечка осторожно прошлась по щеке, разглаживая морщины и вызывая странный внутренний трепет. - Я зол на вас, потому что вы посмели сбежать, даже не попрощавшись со мной и не объяснившись. Неужели я настолько вам противен, Анна? - Девушка едва ли успела открыть рот, как он продолжил: - Я услышал от служанки, что вы покинули поместье, и спустя тридцать минут после вашего отъезда я отправился вслед за вами. Я вернул бы вас обратно, чего бы мне это ни стоило. И не важно, находитесь вы в ужасном борделе или во вполне приличной гостинице.
- Но… - Аня потянулась к щеке, намереваясь смахнуть слезу, но ее опередил Обухов. Откинув на пол полотенце, он крепко сжал лицо девушки, так внимательно и жадно ее разглядывая, что сердцебиение вмиг ускорилось до невозможности. - Зачем вам это? Не понимаю…
- Я просто хочу, чтобы вы остались со мной, - без капли сомнений отчеканил мужчина, и Аня задохнулась от нахлынувших эмоций. - Простите, что обидел… Это я глупец, что позволил своей злости возобладать над разумом. Мне нет прощения. Одна мысль, что эти подонки могли вам навредить, приводит меня в бесконтрольное бешенство.
- Мне нужно было уехать, и я все сделала правильно, - проглотив чувства, рационально ответила девушка, отвернувшись к комоду, где стояла вторая и последняя свеча в комнате. - Спасибо, за помощь. Я всегда буду перед вами в долгу.
Громко выдохнув, Обухов чуть сильнее надавил пальцами на скулы девушки, насильно заставляя ее снова повернуться к мужчине.
- Скажите мне это прямо в глаза, - глухо прошептал он. - Скажите, что равнодушны ко мне... Что я вам омерзителен… И тогда я сейчас же оставлю вас в покое. Клянусь.
Аня открыла рот, пытаясь солгать, но слова застряли в глотке, не в силах вырваться наружу. Плюнув на условности и правила, она так быстро пробормотала себе под нос, что и сама едва ли успела расслышать свои же слова:
- Нет, вы нравитесь мне! Более того, мне кажется, что я вас люблю. Но… У вас есть невеста, и я не позволю этому союзу распасться. - Аня лишь украдкой взглянула на Обухова, и ее смутил тот черный огонь, что зажегся в глубинах его глаз, будто спичка. - Еще я полностью не соответствую всем вашим требованиям! И именно поэтому…
Девушка не успела договорить, потому что ее оглушил поцелуй мужчины. Резкий, как порыв ветра. Нетерпеливый, требовательный, жадный... Обухов буквально придавил Аню к спинке дивана весом своего тела, прорычав что-то невнятное и нечленораздельное.
Его руки плавно скользнули по плечам, незаметно стаскивая с них платье. Быстро и умело расшнуровав корсет, Обухов резко сдернул его вниз, лишь на мгновение отстраняясь от Ани, давая ей возможность отдышаться.
Девушка осталась в одной лишь нижней сорочке, и взгляд мужчины прошелся по ней с таким диким, неутолимым желанием, что тело Ани словно по щелчку пальцев покрылось мурашками. Она лишь на мгновение растерялась, ведь в ее мире вряд ли можно назвать соблазнительным наряд в пол из плотной хлопковой ткани.
- Ты так красива, - хрипло и сбивчиво пробормотал Обухов, напрочь опьяняя разум Ани. Приятная нега разлилась по венам, а легкое покалывание в конечностях заставило бабочек в животе затрепетать с новой силой.
Сердцебиение ускорилось, пульс отбивал ритм в ушах… Когда она, руководствуясь первобытным животным порывом, обхватила шею мужчины и притянула его к себе, Обухов с глухим стоном обрушился на девушку с новой порцией поцелуев. Пальцы его нетерпеливо сминали под собой кожу, а затем он и вовсе приподнял ее за бедра.
- Это не самое лучшее место, - словно в бреду послышался голос Обухова. При каждом слове губы его снова и снова скользили по Аниным, - Но я не могу ждать и минуты!
Аня утонула в мягких перинах и множестве разноцветных бархатных подушек. Слабый свет свечи позволял ей увидеть лишь часть облика человека напротив: звериный оскал, цепкий внимательный взгляд.
Обухов рассматривал Аню недолго, она едва ли успела набрать полные легкие кислорода. А затем он поспешно стянул через голову свою свободную накрахмаленную рубашку, заправленную в брюки, и, не глядя, откинул ее в сторону.
Аня нервно сглотнула, чувствуя, как во рту снова стало сухо. В полутьме каждая мышца Обухова казалась стальной броней, а раскинувшиеся по рукам синие вены – громом среди ясного дня. Ступив одним коленом на постель, мужчина навис над Аней. Именно тогда она заметила внушительный шрам на его животе, прямо под пупком.
- Можно? - не дожидаясь ответа, Аня нежно провела указательным пальцем по его контуру. Обухов зашипел и прогнул спину. Девушка одернула руку, считая, что делает ему больно, но тот вернул ее на прежнее место в то же мгновение. - Откуда это?
- Война… Или ты думала, я всю жизнь жил в уютном, милом домике и вел размеренную жизнь? Отнюдь, дорогая, - говоря это, он стремительно поднял руки девушки вверх, срывая с ее губ всхлип неожиданности.
Сдернув сорочку, он тут же сжал ее грудь и выдохнул горячий пар сквозь стиснутые зубы, словно дым сигареты. Сознание Ани превратилось в переваренную овсянку, но тут же вернулось на место, когда Обухов серьезно спросил:
- Ты девственница?
Девушка напряглась. В помещении резко похолодало, а кожа вновь покрылась мурашками, но уже по иной причине.